Виктор Доценко - Кровь за кровь

Целую крепко! Твоя любящая мать. Если задержусь, помни об экзаменах…»

Виктор грустно опустился на стул. Конечно, умом он все понимал: мать не могла поступить иначе, но все-таки было обидно, что в их самый любимый праздник они не будут вместе… Виктор развернул пакет и обнаружил красивый галстук и давнюю свою мечту: наручные часы с красивым кожаным ремешком.

— Какая же ты прелесть у меня, мамочка! — воскликнул он и тут же начал примерять подарки… Настроение улучшилось, и Виктор тут же начал обзванивать тех, кого решил пригласить к себе на Новый год. На радостях пригласил и Дикого, который позвонил, чтобы поздравить Виктора с Новым годом. Всех предупредил, что пропускать в квартиру на праздник будут только тех, кто в масках или костюмах-персонажах… Затем позвонил Лане. Она пришла со своей университетской подругой, и они втроем стали готовиться к празднику…

Около двенадцати часов ночи решили, что оставшуюся часть можно пока отложить, и Лариса, подруга Ланы, пообещала прийти завтра к двум часам, чтобы окончательно все закончить. Когда Лариса ушла, Виктор достал из «новогоднего» чемодана костюм Снегурочки и предложил Лане его надеть… Когда она вошла в комнату, то Виктор был настолько изумлен, что не мог вымолвить ни слова. Она была так прекрасна в этом наряде, что восторженный Виктор не удержался и бросился ее целовать.

— Как жалко, что я не художник! Ты прекрасна, словно из сказки!

— Ничего, милый, я люблю тебя и вижу себя в твоих глазах! — ласково проговорила Лана, и ее глаза сияли счастливым блеском…

Новый год удался на славу: Виктор, нарядившись Дедом Морозом, встречал вместе со Снегурочкой гостей, и каждому было посвящено четверостишие, которое сочинила Лана. А когда все собрались, то каждый должен был исполнить небольшой номер от имени своего персонажа, в костюм которого он был облачен. Самым смешным номером был признан номер Дикого, у него была маска поросенка. Он исполнил под гитару довольно забавную песенку о том, как хорошо быть маленьким поросенком, потому что когда подрастаешь, то становишься свиньей. Ему был вручен главный приз — бутылка шампанского.

За столом решили не сидеть: в углу стоял столик, где были наставлены различные закуски и напитки, и каждый подходил и выбирал себе то, что ему хотелось. Остальное время было занято музыкой, шутками к даже лотереей… Было шумно и весело. Постоянно звонил телефон: в основном звонили Татьяне Николаевне. Но без пятнадцати двенадцать раздался звонок междугородной, и Виктор, взяв телефон на кухню, где было самое тихое место, поднял трубку:

— Мама?

— Вит, милый! — услышал ой далекий голос Марины. — Здравствуй! От всей души поздравляю тебя с Новым годом и желаю тебе самого светлого, чистого в жизни… Я только что получила твое поздравление, какой же ты все-таки молодец!!! А я дрянная девчонка, ты даже не можешь себе представить, что я пережила за эти месяцы! Я думала, что не выдержу и умру… Но теперь все позади… — Она кричала в трубку, и голос ее прерывался от слез.

— Маришенька, ласточка моя! Дай же мне хоть слово сказать! Милая, я тоже переживал нашу ссору, а потом больница… Я так скучаю по тебе… Когда мы сможем наконец увидеться с тобой?

— Какая больница? О какой ты больнице говоришь?

— Да ерунда… Аппендицит вырезали.

— И я ничего не знала! — Она снова зарыдала.

— Мариша, успокойся, все уже давно позади… Когда же мы увидимся?

— Даже и не знаю… Мама говорит, что только летом отпустит меня в Москву… Поступать в институт…

— А я не поступил… — грустно проговорил Виктор.

— Ничего, Витюша, вместе будем поступать… Все будет хорошо… А может, ты смог бы махнуть в Омск? Ведь ты говорил, что здесь кто-то у вас есть… Вот было бы здорово!

— Разъединяю! — произнесла телефонистка.

— Пиши, Витюша! — прокричала Марина, и сразу же раздались частые гудки…

Виктор задумчиво положил трубку на аппарат и посмотрел на мамин подарок: осталось три минуты до наступления Нового года, и он быстро направился к гостям…

— Мама звонила? — спросила Лана.

Виктор отрицательно покачал головой и сказал:

— Ну что, ребята, поднимем наши фужеры за уходящий тысяча девятьсот пятьдесят восьмой год… За те радости и удачи, которые он подарил нам, и забудем те огорчения, которых также хватало в этом году! — Раздались удары кремлевских курантов. — С Новым годом! — все подняли фужеры с шампанским, и раздался мелодичный звон хрусталя…

Продолжал звонить телефон, но от Татьяны Николаевны звонка все не было. «Ну и поругаю ее, когда позвонит», — подумал Виктор.

Потом звонки неожиданно прекратились, но Виктор не обратил на это внимания, подумав, что уже просто поздно… Гуляние продолжалось до самого утра, и, только когда гости разошлись по домам и они с Ланой решили немного прибраться, Виктор заметил, что телефон отключен.

— Вот черти! — с досадой воскликнул Виктор. — А мама, наверно, звонила…

— Да, нехорошо получилось! — покачала головой Лана. — Ну, ничего, не огорчайся сильно! Попросишь прощения, и в честь праздника тебя помилуют!

Но в этот момент раздался длинный телефонный звонок междугородной, и Виктор мгновенно схватил трубку.

— Мама?! — воскликнул он.

— Это вы, Виктор? — услышал он мужской хриплый голос.

— Да… Кто это?

— Басалаев.

— Иван Павлович? — вспомнил Виктор ассистента Татьяны Николаевны, который часто бывал у них дома, а однажды исполнял роль Деда Мороза. — Где же мама? Почему она сама не звонит, или очень занята? Ой, простите, с Новым годом вас, Иван Павлович!

— Спасибо, — ответил он каким-то глухим и странным голосом. — Будьте, пожалуйста, вечером дома… мы… мы приедем к семи. — И тут неожиданно Виктор услышал в трубку рыдания. Или ему показалось?

— Что с вами, Иван Павлович? — спросил он неуверенно.

— Со мной-то все в порядке… — Теперь Виктор понял, что Иван Павлович действительно плачет.

— Что с мамой? — неожиданно закричал Виктор. — Где мама? Позовите ее к телефону!

— Дайте сюда трубку! — услышал он чей-то голос. — Что вы мучаете ребенка?.. Виктор, мужайте»… Ваша мать… скончалась… час тому назад…

— Это неправда! Вы лжете! Позовите маму к телефону! Мама! Мамочка! Где мамочка? — Он выронил трубку из рук и обхватил ими голову.

— Витенька, что случилось? Витенька! Витенька! — Лана гладила его по голове, ничего не понимая, потом взяла трубку.

— Виктор, что с вами? — кричали в трубку.

— Что вы ему сказали? Что? — закричала Лана.

— Кто вы?

— Я знакомая Виктора! Что случилось?

— Это хорошо, что вы рядом… Дайте ему что-нибудь успокоительного… Погибла Татьяна Николаевна. В семь мы приедем… Не оставляйте его одного… Слышите, не оставляйте его одного! — Но Лана ничего не ответила и тихо положила трубку на аппарат. — Витенька! Витенька, родненький ты мой! — закричала неожиданно она. — Оба мы с тобой сиротинушки!