Дон Уинслоу - Власть пса

— Не проблема! — бросает Арт.

И начинает перетаскивать его в Соединенные Штаты — попросту выдергивает его через дыру в заборе, но загнутый конец проволоки цепляется за брюки Квито. Арт все тянет, и острая проволока вонзается в зад Квито.

Квито лежит, наколотый на крючок левой ягодицей. Он визжит:

— Я застрял! Я застрял!

Арту наплевать — он упирается ногами в землю по американскую сторону забора и тянет. Проволока разрывает зад Квито, и теперь он визжит во всю глотку, потому что ему очень больно, у него течет кровь, и потому что он в Америке и янки колотят его почем зря, а потом суют кляп в рот, чтобы прекратить его визг, надевают на него наручники и тащат к джипу; Квито видит солдата пограничного патруля и пытается заорать, позвать на помощь, но migra [77] Агент (исп.) попросту берет и поворачивается спиной, будто ничего не видит.

Про все это Квито рассказывает судье, тот сурово смотрит на Арта и спрашивает его, где произошел арест.

— Подсудимый был арестован в Соединенных Штатах, ваша честь, — отвечает Арт. — Он находился на американской территории.

— Подсудимый заявляет, что вы протащили его через дыру в заборе.

И Арт — общественный защитник Квито буквально подпрыгивает на стуле от возмущения — отвечает:

— В этом, ваша честь, нет ни слова правды. Мистер Фуэнтес пришел в нашу страну по своей собственной воле, чтобы незаконно купить оружие. У нас есть свидетель.

— Это мистер Мендес?

— Да, ваша честь.

— Ваша честь, — вмешивается общественный защитник, — мистер Мендес явно заключил сделку с...

— Никакой сделки не было, — перебивает Арт. — Клянусь на Библии.

Теперь — очередь за следующим.

С Доктором так легко не получится.

У доктора Альвареса процветающая гинекологическая практика в Гвадалахаре, и он никуда не ездит. Ничто на земле не соблазнит его пересечь границу или хотя бы приблизиться к ней. Он знает, что наркоуправлению известно о его роли в убийстве Идальго, и знает, как истово разыскивает его Келлер, так что добрый доктор накрепко окопался в Гвадалахаре.

— В Мехико уже из-за Квито Фуэнтеса подняли ор, — говорит Арту Тим Тейлор.

— Плевать.

— Тебе легко говорить.

— Это точно.

— Сколько тебе повторять, Арт, мы не можем свалиться туда и захватить Доктора. А мексиканцы этого делать не станут. Не будут они и экстрадировать его в Америку. Это тебе не Гондурас и не каньон Койота. Дело закрыто.

Для тебя может быть, думает Арт.

Но для меня — нет!

Оно не будет закрыто, пока все до единого участники убийства Эрни не будут мертвы или за решеткой.

Если мы и мексиканские копы не могут этого сделать, то мне остается найти того, кто сможет.

И Арт отправляется в Тихуану.

Где Антонио Рамос держит небольшой ресторанчик.

Арт застает бывшего копа сидящим на улице. Тот закинул ноги на стол, в зубах зажата сигара, холодное «Текате» наготове под рукой. Рамос видит Арта и говорит:

— Если ты ищешь превосходный chile verde [78] Зеленый перец (исп.) , могу тебе сказать — не по адресу пришел.

— Нет, я не за тем. — Арт присаживается. Он заказывает мгновенно подскочившей официантке пиво.

— Тогда что тебе?

— Не что, а кто. Мне нужен доктор Умберто Альварес.

Рамос качает головой:

— Я в отставке .

— Я помню.

— И вообще, разведывательную службу разогнали, — продолжает Рамос. — Я позволил себе один широкий жест в жизни, а они сочли его неуместным.

— Но все-таки я могу воспользоваться твоей помощью?

Сбросив со стола ноги, Рамос наклоняется, придвигая лицо к Арту:

— Ты уже пользовался моей помощью, припоминаешь? Я сдал тебе этого долбаного Барреру, но ты не спустил курок. Ты не хотел мести, тебе требовалось правосудие. И не получил ничего.

— Дело не закрыто.

— И зря. Потому что правосудия не существует, а к мести ты относишься несерьезно. Ты не мексиканец. Мы мало чего воспринимаем всерьез, но месть — да.

— Я тоже.

— Ну как же!

— Я серьезен на сто тысяч долларов, — заявляет Арт.

— Ты предлагаешь мне сто тысяч долларов за убийство Альвареса?

— Не за убийство, — поправляет Арт. — Я хочу, чтобы ты похитил его. Запихнул в мешок и погрузил на самолет в Штаты, где я смогу отдать его под суд.

— Ну видишь, вот про это я и говорил. Ты слабак. Желаешь мести, но кишка тонка, чтоб взять и отомстить. Тебе непременно требуется замаскировать ее этим своим mierda [79] Дерьмовый (исп.) «справедливым судом». Куда проще было б застрелить его.

— Мне не надо, чтоб проще и легче. Я хочу засадить Доктора в какую-нибудь адову федеральную дыру до конца его дней, чтобы он тяжко и долго мучился. И надеюсь, что проживет он там очень-очень долго. Это ты слабак, раз хочешь избавить его от страданий.

— Ну не знаю...

— Ты мягкотелый и усталый. И не говори мне, будто ты не устал. Сидишь тут день за днем, стряпаешь тамали [80] Мексиканское блюдо из кукурузной муки с мясом и специями. для туристов. Ты же слушаешь новости. И знаешь, Мэтти и Фуэнтеса я уже захватил. А следующим будет Доктор, с тобой или без тебя. Потом на очереди Баррера. С тобой или без тебя.

— Сто тысяч баксов?

— Сто тысяч.

— Мне потребуется несколько человек...

— Я даю тебе сто тысяч баксов за эту работу, — перебивает Арт. — А уж ты дели их, как желаешь.

— Ох, ох, какой крутой парень.

— И тебе лучше в это верить.

Рамос долго затягивается сигарой, выдыхает идеальными кольцами дым, следя, как они поднимаются к небу. Потом роняет:

— Черт подери, все равно я тут никаких денег не делаю. О'кей, acuerdate? [81] Согласен (исп.)

— Мне он нужен живой, — говорит Арт. — Доставишь труп — и твои денежки усвистели.

— Si, si, si...

Доктор Умберто Альварес-Мачаин заканчивает прием: галантно провожает свою последнюю пациентку до дверей, желает доброй ночи секретарше и заходит напоследок в кабинет привести в порядок бумаги перед уходом. Он не слышит, как семеро входят в приемную. Ни о чем не догадывается, пока в кабинете не появляется Рамос. Он приставляет электрошокер к щиколотке доктора и нажимает.

Альварес, свалившись на пол, катается от боли.

— Твой последний funciete [82] Прием (исп.) , Доктор, — говорит Рамос. — Там, куда ты отправишься, никаких chocho не будет.

И ударяет шокером снова.

— Что, больно, да, ублюдок?

— Да, — стонет Альварес.

— Будь на то моя воля, я б всадил тебе пулю в голову. Но, к счастью для тебя, не я тут распоряжаюсь. А теперь сделаешь все, что я скажу, понял?

— Да.

— Вот и прекрасно.

Ему надевают на глаза повязку, связывают телефонным шнуром запястья и выводят через заднюю дверь к машине в проулке. Заталкивают на заднее сиденье, потом заставляют лечь на пол. Рамос, забравшись в машину, ставит ноги на шею Альваресу, и они едут в надежное убежище в пригороде.