Сергей Белан - Ресурс Антихриста

Когда они с яунциемской дороги свернули на Царникаву и проехали пару километров после поворота, Верховцев приказал свернуть в лес и заглушить двигатель. Он поставил перед Хирургом включенный диктофон и сказал:

— Начинай исповедь, Оскар Адольфович. И без купюр, может и зачтется, а будешь лапшу вешать, на снисхождение не рассчитывай.

— А что говорить? — скучно поинтересовался тот.

— Недогадливый… Придется твои мозги расшевелить наводящими вопросами…

— Я отлить хочу, — не дал ему договорить Хирург.

— Отлей, отлей, — великодушно разрешил детектив. — Избыток мочи не должен влиять на процесс мышления.

Держа пистолет наготове, он вывел Хирурга из машины:

— Давай, толстяк, поливай! И без фокусов — шаг влево, шаг вправо, сам знаешь…

Верховцев тоже не преминул воспользоваться случаем облегчиться и, сделав дело, они снова вернулись на исходные позиции: Хирург — на место водителя перед диктофоном, Верховцев — у него за спиной.

— Начинай, любезный, — сказал Олег, убедившись, что диктофон остался в режиме записи. — Рассказывай, как вы убрали президента «Пикадора», по чьему приказу, куда подевали труп, где…

— Послушай, детектив вонючий, или кто ты там на самом деле, а пошел бы ты… — неожиданно оборвал его Хирург, и по агрессивному тону, которым это было сказано, Верховцев почувствовал внезапную перемену настроения своего подопечного. — Я — не Чухонец! Ничего ты не услышишь и хрен, что мне сделаешь. Мой совет: забирай свою мандулу, верни мне пушку и проваливай, лучше всего из Латвии. Некогда мне на тебя время тратить…

И он уже взялся за ключ зажигания, пытаясь завести двигатель, но в это время раздался приглушенный хлопок выстрела. Хирург по-поросячьему взвизгнул — пуля, оторвав ему мочку правого уха, прошила лобовое стекло, оставив в нем маленькую аккуратную дырочку.

— О-ой-ой!.. Сука… гад!.. — истерично запричитал он, инстинктивно хватаясь за простреленное ухо, и ладонь тут же обагрилась кровью. Кровь ручейком стекала по его оплывшей шее куда-то под воротник. Олег бросил на переднее сиденье свой платок. Тот схватит его и стал прикладывать к уху.

— Спокойно, Ласманис, не верещи! Я ведь предупреждал — шутить не собираюсь. И больше, бога ради, не искушай — у меня со стрельбой всегда было неважно, а потому в следующий раз вместо другого уха могу случайно угодить в твою лысину и повредить мозжечок. Ты все понял?

Хирург ничего не ответил, продолжая лишь потихоньку скулить и всхлипывать.

— Ну вот, вредный дядя, так бы сразу. Пленка мотается… Итак, кто убрал Таланова? Быстро!.. Вопрос — ответ, вопрос — ответ, никакой лирики!..

— Ну… в общем… значит так…

— Живей! — Верховцев болезненно ткнул глушителем пистолета его в спину.

— Ну… это хозяин приказал, — наконец разродился пострадавший.

— Кто хозяин? Серебрянский?

— Да… он… — с величайшим усилием выдавил Хирург.

— Когда произошло убийство, где, при каких обстоятельствах?

— Не помню точно… в июне. Кажется девятого или десятого… На даче какой-то… за Гауей…

— Так, хорошо… Что случилось на даче? Подробно, по порядку…

— Мы, значит, приехали туда…

— В какое время? Сколько вас было? — плотно сыпал уточняющими вопросами частный детектив.

— Четверо нас было… А приехали где-то после обеда, может быть в час, может чуть позже…

— Назови всех четверых!

— Чухонец, ты его знаешь… Сироп — его фамилия Казанец, звать Максим, еще Полковник — Антимонов Николай… и я…

— С тобой все понятно, а остальные бандиты откуда?

— Они в штате компании… служба безопасности…

— Что ж, это многое объясняет, — произнес детектив. — Итак, цель вашего приезда на дачу?

— Забрать деньги. Хозяин, Юлий Викентьевич, сказал, что этот человек…

— То есть Таланов, президент «Пикадора»?.. — уточнил Верховцев.

— Да, Таланов… Что он собирается свалить за бугор с чужими деньгами. Что часть этих денег принадлежит нашей компании, но надо изъять все.

— Хирург, если было сказано даже и так, как ты говоришь, не заливай, что ты в это поверил, — насмешливо бросил Олег.

— Мне платят за работу, я ее выполняю, а обсуждать приказы не мое дело.

— Надо же, почти как в армии, — язвительно заметил детектив. — Ну, конечно, за большие деньги зачем отягощать себя лишними сомнениями. Так, вы приехали на дачу, что дальше?..

— Там был этот… Таланов. Мы хотели по-хорошему, он нам бабки, мы ему жизнь. Он парень несговорчивый оказался — пришлось утюжок нагреть… Ну и тогда он нам мозги компостировал, что-то насчет того, что деньги на вокзале в камере хранения. Ну, потом Сироп ему язык развязал, он это умеет, и все прекрасненько отыскалось и… В общем, по-хорошему не получилось, вышло так, что оставлять в живых его было нельзя.

— Кто конкретно убил Таланова? Ты?! Хотя глупый вопрос — ты, шкура, все равно мне правду не скажешь, об этом тебя в другом месте спросят. Куда дели труп?

— Зарыли… в лесу.

— Что, сразу после убийства?

— Нет, после этого мы тут же уехали. Труп убрали потом, ночью.

— Все правильно, продумано грамотно. Туда должен был приехать Каретников, вы знали… разыграно, как по ногам… А деньги?..

— Отвезли хозяину.

— Сколько там было?

— Кофр и сумочка… не считали…

— Верю, что не считали, но прикарманить по ходу дела — прикарманили, так? — с иронией осведомился Верховцев.

Хирург проглотил эту пилюлю молча.

— Как узнали местонахождение Таланова? — последовал новый вопрос детектива.

— «Пикадор» был взят под контроль. Телефон фирмы и все разговоры в офисе прослушивались.

— Как долго?

— Точно не скажу. Неделю… может, чуть больше.

— Это делалось по указанию Серебрянского?

— Да… его, — с неохотой подтвердил Хирург.

— На Таланова вас навел Каретников?

— Не знаю, не в курсе. Все распоряжения давал хозяин.

— Допустим, что так. Фирма «Латкокимпэкс» под вашим хозяином?

— Формально нет, а фактически да.

— Чем она занимается?

— Лесом. Покупает, продает…

— Наркотики. И наркотики тоже, — дополнил частный детектив. — Или нет?

— Не… не знаю, н-ничего не знаю, — заикаясь, зачастил Хирург, и хотя Олег был уверен, что на этот раз Хирург откровенно лжет, заострять внимание на данном вопросе и «дожимать» его до конца он не стал.

— Почему вы пасли Гиацинтова? Что вы от него хотели?

Хирург проигнорировал и не ответил. Тяжело сопя, он выкинул в окно окровавленный платок и под бдительным присмотром Верховцева вынул из «бардачка» какую-то тряпку, и снова приложил ее к простреленному уху.

— Я спросил про Гиацинтова, — жестко напомнил ему Олег.

— А на кой черт он вам сдался? — в голосе Хирурга слышалось искреннее недоумение. — Он вам кто, сват, брат?..