Кен Фоллетт - В логове львов

– Пойдемте скорее! – воскликнул Жан-Пьер и направился поперек луга.

Он с трудом сдерживался, чтобы не перейти на бег. Эллис и Джейн находились, быть может, в том самом доме, откуда вышли члены поискового отряда, и он двигался туда быстрыми шагами. В нем снова начал вскипать гнев: долго сдерживаемая внутри ярость так и рвалась теперь наружу. К дьяволу чувство собственного достоинства, говорил себе он. Я выскажу этой презренной парочке все, что на самом деле о них думаю.

Когда он сблизился с отрядом, командир начал что-то говорить по-русски. Не обращая на его слова никакого внимания, Жан-Пьер повернулся к пилоту и распорядился:

– Спросите у него, где они.

Пилот задал вопрос, и офицер действительно указал на деревянный дом вблизи. Ничего больше не желая слышать, Жан-Пьер обогнул группу солдат и рванулся к дому.

Злость буквально бурлила в нем, когда он ворвался в эту простую, грубо срубленную деревянную хижину. Еще несколько военнослужащих из поискового отряда расположились перед входом в главную комнату. Они лишь бегло взглянули на него и расступились, давая пройти.

В углу сидели двое привязанных к скамье людей.

Жан-Пьер в шоке уставился на них. У него отвисла челюсть, кровь отлила от лица. Он увидел перед собой сначала анемичного вида юношу лет восемнадцати или девятнадцати с длинными грязными патлами и с усами, кончики которых свисали по обе стороны рта. Рядом сидела грудастая блондинка, девушка примерно того же возраста с цветами, вплетенными в волосы. Паренек с облегчением посмотрел на Жан-Пьера и сказал по-английски:

– Эй, приятель, надеюсь, ты нас выручишь? Мы здесь вляпались в какую-то дерьмовую ситуацию.

Жан-Пьер почувствовал, что готов просто взорваться от негодования. Это была всего лишь парочка хиппи, направлявшаяся по всем известному маршруту к святыням Катманду – то есть обычные туристы, поток которых не совсем иссяк даже в условиях войны. Какое жуткое разочарование! И угораздило же этих недотеп попасть сюда как раз в тот момент, когда проводилась масштабная операция для обнаружения двух других людей с Запада!

Разумеется, Жан-Пьер отнюдь не собирался помогать этим сидевшим на наркотиках дегенератам.

Вошел пилот. Заметив выражение лица Жан-Пьера, спросил:

– В чем дело?

– Это не те, кого мы ищем. Пойдемте со мной.

Мужчина последовал за ним наружу.

– Не те? Разве они не американцы?

– Да, американцы, но только не их мы разыскиваем.

– Что вы собираетесь делать?

– Мне необходимо переговорить с Анатолием. Свяжите меня с ним по рации немедленно.

Они снова пересекли луг и забрались в кабину вертолета. Жан-Пьер сел в кресло пулеметчика и надел его пару наушников. Он в нетерпении топал ногой в металлический пол, пока пилот вел какие-то казавшиеся нескончаемыми разговоры по-русски. Наконец раздался голос Анатолия, звучавший так, словно доносился с другого конца планеты, и искаженный атмосферными помехами:

– Жан-Пьер, друг мой! Анатолий на связи. Где ты сейчас? Прием.

– Я в кишлаке Атати. Двое пойманных здесь американцев – это не Эллис и Джейн. Повторяю: не Эллис и Джейн. Просто пара непутевых подростков, алчущих нирваны. Прием.

– Меня это почему-то не слишком удивляет, Жан-Пьер, – снова заговорил Анатолий.

– Что!? Почему же? – попытался перебить его Жан-Пьер, забыв, что связь односторонняя.

– …Поступили сразу несколько рапортов, что Эллиса и Джейн видели в долине Линар. Поисковая группа пока не догнала их, но они идут по следу и уже подобрались совсем близко. Вот это действительно хорошие новости. Прием.

Вся озлобленность Жан-Пьера на хиппи сразу улетучилась, и к нему отчасти вернулось бодрое расположение духа.

– Долина Линар? Где это? Прием.

– Очень близко от того места, где ты сейчас. Она ответвляется от долины Нуристан в пятнадцати или двадцати милях к югу от Атари. Прием.

Действительно, это казалось совсем близко!

– Ты уверен? Прием.

– Поисковый отряд получил информацию о них сразу в нескольких кишлаках, через которые они проходили. Описание внешности полностью подходит для Эллиса и Джейн. И о ребенке тоже упоминалось. Прием.

Тогда это точно они.

– Мы можем определить их нынешнее местоположение? Прием.

– Пока нет. Я как раз отправляюсь, чтобы присоединиться к тому поисковому отряду. После чего буду располагать более детальными сведениями. Прием.

– Ты хочешь сказать, что уже покинул Баграм? А чем закончилось дело с твоим… важным гостем? Прием.

– Он уехал, – кратко объяснил Анатолий. – Я же сейчас нахожусь в воздухе и встречаюсь с отрядом у кишлака Мундол. Он находится в долине Нуристан в той точке, где от нее отходит долина Линар. Поблизости расположено крупное озеро с тем же названием – Мундол. Направляйся туда, и продолжим дело вдвоем. Проведем в кишлаке ночь, а утром лично возглавим дальнейшие поиски. Прием.

– Я уже скоро там буду! – восторженно воскликнул Жан-Пьер. Потом ему пришло в голову поинтересоваться: – А как нам поступить с этими хиппи? Прием.

– Отдам приказ доставить их в Кабул для допроса. У нас найдутся люди, способные напомнить им суровые реалии подлинного мира, в котором мы живем. Дай мне теперь поговорить с твоим пилотом. Прием.

– До встречи в Мундоле. Прием.

Анатолий начал разговаривать с пилотом по-русски, и Жан-Пьер снял наушники. Странно, думал он. Зачем Анатолию понадобилось понапрасну тратить время и силы своих коллег, чтобы допросить совершенно безвредных хиппи? Они явно не были шпионами. Потом до него дошло, что единственным человеком, действительно хорошо знавшим, были ли в самом деле задержаны Эллис и Джейн или нет, оставался именно он – Жан-Пьер. А существовала вероятность – пусть это было самым диким допущением, – что Эллис и Джейн могли уговорить его отпустить их, а Анатолию сообщить об ошибке поискового отряда, поймавшего всего-навсего пару никому не интересных хиппи.

Воистину он оказался подозревавшей всех сволочью, этот русский полковник.

Жан-Пьер нетерпеливо ждал, пока он закончит разговор с пилотом. По всем приметам казалось, что группа, находившаяся в Мундоле, очень близко подобралась к своей цели. Вероятно, уже завтра Эллис и Джейн будут все-таки захвачены. Если разобраться, их попытка сбежать с самого начала представлялась более или менее обреченной на неудачу, но Жан-Пьер все равно не переставал тревожиться, и ему предстояло переживать агонию непрерывного нервного напряжения до тех пор, пока их обоих не свяжут по рукам и ногам и не запрут в тюремной камере у русских.

Пилот тоже снял наушники и сказал:

– Мы доставим вас в Мундол на этом вертолете. На «Ми-8» вся остальная группа вернется на базу.

– Хорошо.