Роберт Ладлэм - Ультиматум Борна

— Это здесь, — сказал Луис. — Они ждут нас в отдельном кабинете.

— Уже довольно поздно. — Марио взглянул на свои часы. — По местному времени сейчас почти полночь.

— Нестрашно, подождут.

— Ты не сказал, как их зовут, Лу. Как к ним обращаться?

— Тебе это не нужно, — ответил Дефацио, направляясь к дверям ресторана. — Никаких имен... Все, что от тебя требуется, это быть вежливым... Понимаешь, что я имею в виду?

— Мог бы об этом и не говорить, Лу, — запротестовал Марио. — Только объясни, при чем тут вежливость?

— Пойми, он дипломат высокого ранга, — объяснил саро supremo, взглянув на своего спутника, человека, который едва не убил в Манассасе Джейсона Борна. — Он работает на Рим и вращается в самых высоких кругах, но у него есть прямая связь с патронами на Сицилии. И он, и его жена — птицы высокого полета... Их работа высоко ценится. Ты меня понимаешь?

— И да и нет, — признался Марио. — Если он занимает такое высокое положение, почему он согласился пасти наши мишени? Ему это вроде не по рангу?

— Потому что он вхож туда, куда нашим pagliacci [128] и близко не подойти, понимаешь? Я дал знать нашим людям в Нью-Йорке, кто наши клиенты, особенно один из них, capisce? Наши шефы и в Манхэттене, и в поместьях к югу от Палермо пользуются особым языком, понимаешь?.. Все сводится к простой формуле: «Сделай» или «Не делай».

— Кажется, понимаю, Лу. Мы должны показать уважение.

— Уважение — да, мой добрый кузен, но не слабость, capisce? Никакой беспомощности! Пускай все знают, что этой операцией от начала до конца руководил Лу Дефацио. Понял?

— В таком случае, может, мне отправиться домой к Энджи и детям? — засмеялся Марио.

— Что?.. Заткнись, cugino! Деньги, которые ты заработаешь, обеспечат ренту всему твоему выводку.

— Их всего пятеро, Лу...

— Идем. Запомни, уважение уважением, но мы не пойдем ни на какие дерьмовые штучки.

Отдельный кабинет был декорирован в духе, характерном для ресторана «Тетразини». Стены были расписаны выцветшими фресками с изображением пейзажей Рима, Венеции и Флоренции. Ненавязчивая музыка, главным образом оперные арии и тарантеллы, и мягкое освещение создавали атмосферу интимности и уюта. Все дышало Италией. Если бы саро забыл на минуту, что он в Париже, у него могло возникнуть впечатление, что он ужинает на римской виа Фраскати в одном из многочисленных семейных ресторанчиков, которыми славится эта старинная улочка.

В центре кабинета стоял большой круглый стол, покрытый темно-красной скатертью. Над столом спускалась довольно скромная люстра. Вокруг стола стояли четыре стула. Кроме того, стулья были расставлены вдоль стены, т. е. всегда была возможность разместить в кабинете значительное число гостей и при необходимости вооруженную охрану: За столом сидели мужчина и женщина. Мужчина был смуглолицый, с темными вьющимися волосами; располагавшаяся слева от него женщина средних лет была в вечернем платье. На столе стояли бутылка «кьянти классикс» и массивные бокалы. На стуле рядом с мужчиной лежал черный кожаный чемодан.

— Я из Нью-Йорка, меня зовут Дефацио, — представился саро supremo, закрывая за собой дверь. — Познакомьтесь, мой кузен Марио, вы могли о нем слышать. Он способный парень. Находясь вместе с нами, он тратит время, которое обычно посвящает своей семье.

— Да, слышали, — произнес сидящий за столом мужчина. — Марио, il boia, esecuzione qarantito [129], — свободное владение любым видом оружия. Присаживайтесь, господа.

— Я считаю подобную аттестацию излишней, — заметил Марио, подходя к столу. — Я знаю свое дело, вот и все.

— Это замечание профессионала, синьор, — вступила женщина, когда Дефацио и его кузен расположились за столом. — Что вам заказать? — спросила она.

— Пока ничего, — ответил Луис. — Может быть, попозже... Марио, мой толковый родственник по материнской линии, — дай Бог матери найти покой в объятиях Христа, — спросил меня, как мы будем величать вас? Может, мистер и миссис «Париж»? Я хочу сказать, что нет необходимости называть настоящие имена.

— Нас знают как графа и графиню, — ответил мужчина, натянуто улыбаясь.

— Ну, что я тебе говорил, кузен? Это птицы высокого полета... Итак, граф, какие у нас дела?..

Граф перестал улыбаться и ответил:

— Я введу вас в курс дела, но если бы это было в моей власти, я бы забыл и вас, и все ваши дела...

— Эй, я здесь не для того, чтобы размазывать всякое дерьмо!

— Лу, пожалуйста! — вмешался Марио. — Спокойно! Думай, что говоришь...

— А он думает? Кому нужно все это дерьмо?

— Вы просили меня ввести вас в курс дела, синьор Дефацио, и я пытаюсь сделать это, — сказал граф. — Вчера около полудня мою жену и меня едва не убили. Это не то, от чего можно прийти в восторг. Мы не собираемся это терпеть. Вы-то представляете, во что вы вляпались?

— Вас чуть не убили?.. Вас что, взяли на мушку?!

— Если вы думаете, что нападение было направлено именно против нас, то, к счастью, нет. В противном случае мы бы не сидели здесь с вами.

— Синьор Дефацио, — не дала договорить мужу графиня. — Нам известно, что у вас контракт на этого инвалида и его друга доктора. Это так?

— Да, — кивнул саро supremo. — Пока так. Но в дальнейшем речь пойдет о более важных персонах... Понимаете меня?

— Увы, нет, — процедил граф.

— Я говорю вам о деле, в котором, возможно, понадобится ваша помощь. Ваши услуги будут хорошо оплачены.

— И кто же еще значится в этом контракте? — спросила графиня.

— Еще один человек, для встречи с которым и прибыли инвалид и доктор, эта «сладкая парочка».

Супруги переглянулись, после чего граф, поднеся к губам бокал с вином, произнес:

— "Третье лицо". Ясно... Контракт, в котором три мишени, должен быть весьма прибыльным... Какова же сумма, синьор Дефацио?

— Эй, вы что! Разве я спрашиваю вас, сколько вы зарабатываете в этом сраном французском Париже? Скажу коротко: много! А для вас это шестизначная цифра, если все пойдет как надо.

— Шестизначных цифр очень много, — заметила графиня. — И похоже на то, что сумма контракта выражается семизначной цифрой.

— Семи?.. — выдохнул Дефацио.

— То есть более миллиона долларов, — закончила графиня.

— Ну, вы хватили... Скажу одно: наши клиенты платят за то, чтобы названные люди оставили этот мир, — сказал Луис и задышал спокойнее, поскольку семизначное число не приравняли к семи миллионам. — Мы не задаем вопросов, мы делаем свою работу. В подобных ситуациях мы получаем щедрое вознаграждение, а наша организация подтверждает свою репутацию. Верно, Марио?

— Безусловно, Лу, но я не разбираюсь в этих тонкостях.

— Тебе хорошо платят, не так ли, кузен?

— Меня бы здесь не было, если было не так, Лу.

— Понимаете, что я имею в виду? — спросил Дефацио, взглянув на собеседников. — Эй, в чем дело?.. А, никак не можете забыть вчерашнее происшествие? Что это было? Они вас заметили, так, что ли? Заметили вас, и один из них пульнул пару раз, так? Да и что еще могло случиться? Они ведь не знали, кто вы такие, вы просто оказались там. Может, лишний раз мелькнули у них перед глазами, поэтому они решили немного поиграть мускулами, так? Это старый прием: пугнуть незнакомца так, чтобы он обосрался от страха.