Роберт Ладлэм - Ультиматум Борна

— Не надо меня заводить...

— Граф пытается объяснить тебе, Лу, — сказал Марио. — Мы должны выслушать синьора, потому что это может быть жизненно важно для нашего дела. Присядь, кузен. — Луис послушно сел. — Продолжайте, граф.

— Благодарю вас, Марио. Вы не возражаете, если я буду называть вас по имени?

— Вовсе нет, синьор.

— Не исключено, что вам придется наведаться в Рим...

— А мне кажется, нам надо вернуться в Париж, — вновь закашлялся Дефацио.

— Очень хорошо, — согласился граф, теперь обращаясь к Дефацио и его кузену, но явно отдавая предпочтение Марио. — Может, вам и удастся подстрелить эту троицу из снайперской винтовки, но к их телам вам не подобраться, потому что их будут караулить русские. Они откроют огонь, как только заметят вас, уверенные, что вы — люди Шакала.

— Тогда надо устроить какую-то отвлекающую суматоху, — сказал Марио. — Скажем, такой симпатичный пожар в их доме... Мне приходилось это делать: в суматохе, когда повсюду пожарные машины, воют полицейские сирены, снуют люди, царит неразбериха, легко нажать на курок и выполнить задание.

— Прекрасный план, Марио! Но русские все равно остаются.

— Мы всех их перебьем! — крикнул Дефацио.

— Вас всего двое, — сказал граф, — а в Барбизоне их по крайней мере трое, не говоря уже об отеле, где остановились калека и доктор.

— Значит, надо превзойти их по численности. — Дефацио вытер тыльной стороной ладони пот со лба. — Сначала мы ударим по этому Барбизону, верно?!

— Но вас всего двое, — повторила графиня.

— А ваши люди! — воскликнул Дефацио. — Мы используем несколько человек... За это я заплачу дополнительно. Граф покачал головой и тихо сказал:

— Мы не пойдем на войну с Шакалом. Таковы полученные мной инструкции...

— Чертовы ублюдки!

— Какое оригинальное замечание, особенно в ваших устах, — усмехнувшись, заметила графиня.

— Вероятно, наши боссы не столь щедры, как ваши, — продолжил граф. — Мы готовы к сотрудничеству, но только до определенного предела.

— Вы никогда больше не сделаете ни одной поставки ни в Нью-Йорк, ни в Филадельфию, ни в Чикаго!

— Пусть эти вопросы обсуждают наши боссы. Вы согласны? Внезапно раздался стук в дверь — четыре резких, настойчивых удара.

— Avanti, — крикнул граф, вытаскивая из-за пояса автоматический пистолет; он спрятал его за свисающим краем скатерти и улыбнулся вошедшему владельцу «Тетразини».

— Emergenza [135], — сказал невероятно тучный мужчина, подходя к графу и протягивая ему записку.

— Grazie [136].

Владелец ресторана исчез столь же быстро, как и появился.

— Могу вас поздравить, вероятно, боги Сицилии благоволят вам, — промолвил граф, прочитав записку. — Наш человек сообщает, что интересующие вас люди находятся вне Парижа. По непонятным причинам они без охраны, т. е. практически беззащитны.

— Где?! — вскричал Дефацио, вскакивая со стула. Вместо ответа граф спокойно поджег зажигалкой листок бумаги и бросил его в пепельницу. Марио бросился к пепельнице, но граф, отшвырнув зажигалку, взялся за пистолет.

— Для начала обсудим гонорар, — сказал он, наблюдая, как бумажка превращается в щепотку пепла. — Наши хозяева из Палермо явно не столь щедры, как ваши. Пожалуйста, говорите быстрее, дорога каждая минута.

— Ах ты, ублюдок, мать твою!

— Я не страдаю эдиповым комплексом... Сколько, синьор Дефацио?

— Ну что ж, к делу, — ответил Дефацио, опускаясь на стул. — Триста тысяч долларов каждому.

— Это excremento [137], — заметила графиня. — Попытайтесь еще раз. Секунды переходят в минуты, а вам невыгодно их терять.

— Хорошо! Удваиваю!

— Плюс накладные расходы, — добавила графиня.

— Какие еще расходы, мать их?

— Марио прав, — сказал граф. — Следите за своими выражениями, по крайней мере в присутствии моей жены.

— Вот дерьмо...

— Я предупредил вас, синьор. Расходы составляют дополнительно четверть миллиона...

— Вы спятили!

— Нет, не будьте таким вульгарным. Общая сумма составляет один миллион четыреста пятьдесят тысяч долларов, которые вы должны уплатить согласно инструкции из Нью-Йорка... Если же нет, без вас будут очень скучать в... как же называется это место?.. Бруклин-Хайтс, синьор Дефацио, не так ли?

— Где они, наконец? — выдохнул саро supremo, болезненно переживая поражение.

— На частном аэродроме в Понкарре, примерно в сорока пяти минутах езды от Парижа. Они ждут самолет, который опаздывает из-за метеоусловий и был вынужден совершить посадку в Пуатье. Самолет прибудет не раньше чем через час.

— Вы привезли необходимое нам снаряжение? — быстро спросил Марио.

— Оно здесь, — ответила графиня, указав на черный чемодан.

— Где машина?! — крикнул Дефацио. Марио взял чемодан.

— Ждет, — ответил граф. — Водитель знает маршрут.

— Пошли, кузен. Сегодня наш черед сдавать, и ты сможешь отдать должок.

Аэропорт в Понкарре был почти пустым — только за стойкой в зале ожидания скучал клерк, да авиадиспетчер, которому заплатили сверхурочно, сидел перед радаром в башне на летном поле. Алекс Конклин и Мо Панов немного отстали, а Борн и Мари вышли из здания и направились к летному полю, огражденному металлической сеткой. Полоса для самолета, прибывающего из Пуатье, была окаймлена посадочными огнями.

— Теперь я не задержусь, — сказал Джейсон.

— Все это чертовски глупо, — резко возразила Мари. — Абсолютно все.

— Тебе незачем оставаться, наоборот, ты должна уехать. Быть одной в Париже опасно. Апекс, конечно, прав: если люди Карлоса найдут тебя, ты станешь их заложницей. К чему рисковать?

— Пойми: я умею оставаться незаметной и не хочу быть за десять тысяч миль от тебя. Прости, что скучаю без тебя, мистер Борн, — ты мне небезразличен.

Джейсон взглянул на нее. Слава Богу, подумал он, что мы стоим в тени, и Мари не может видеть выражение моих глаз.

— Так будь же разумной, — отчужденно сказал он и почувствовал фальшь в своих словах. — Нам известно, что Карлос сейчас в Москве и что Крупкин идет за ним по пятам. Завтра Дмитрий перебросит нас туда, и мы будем под защитой КГБ в самом охраняемом городе в мире.

— Тринадцать лет назад тебя уже защищало правительство Соединенных Штатов...

— Это разные вещи. Тогда Шакал точно знал, куда я направляюсь и когда прибуду на место. Сейчас он думает, что мы останемся в Париже, а не отправимся за ним в Москву. Поэтому он приказал своим людям охотиться за нами.

— Чем же вы займетесь в Москве?

— Об этом мы узнаем по прибытии. Но там нам будет лучше, чем в Париже. Крупкину пришлось попотеть. Всех офицеров высшего эшелона с площади Дзержинского, которые говорят по-французски, он взял под наблюдение... По его словам, связного Шакала обязательно найдут. Да, что-то произойдет, у нас все козыри. И только когда мы покончим с Шакалом, я перестану беспокоиться о тебе.