Роберт Ладлэм - Ультиматум Борна

— Чему именно?

— Не знаю. Наверное, всему... тому, что там — кладбище. Но я обязан поверить, не так ли?

— Ты не хотел верить в Лондон и Брюссель, в командующего Шестым флотом и хранителя сверхсекретных кодов в Лэнгли. Я всего лишь добавляю кое-что к этому списку... Теперь ты должен выяснить, кто они такие. После этого мы можем начать действовать.

— Повтори с самого начала: у меня голова просто лопнет от всего этого. Телефонный номер в Нью-Йорке, номерные знаки...

— И еще трупы, Алекс! Фланнаган и генеральша! Они уже в пути — таков был наш уговор, и тебе придется прикрыть их.

— И только-то? Суэйн кончает самоубийством, в доме находятся два человека, которым можно задать пару вопросов, а мы говорим им «чао» и отпускаем на все четыре стороны? Это лишь чуточку менее безумно, чем то, что ты только что сообщил мне.

— У нас нет времени, чтобы затевать какие-то игры. Кроме того, сержант не сможет ничего добавить к тому, что уже сказал: генерал и он находились на разных уровнях.

— Да что ты? Надо же!

— Сделай это. Дай им уйти. Они могут понадобиться нам позднее. Конклин тяжело вздохнул, явно выражая сомнение.

— Ты уверен? Все это очень сложно.

— Сделай это! Ради Христа, Алекс. К чертям собачьим все сложности, нарушения и манипуляции, на которые тебе придется пойти! Мне нужен Карлос!!! Мы плетем сеть, и он может попасть в нее. Я смогу поймать его.

— Ладно, ладно. В Фолс-Черч есть один доктор, которого мы раньше привлекали для специальных операций. Я разыщу его, а уж он знает, что надо делать.

— Отлично, — произнес Борн, думая сразу о многом. — А теперь запиши, что я скажу, на магнитофон. Я повторю все, что сообщил мне Фланнаган. Поторапливайся, у меня еще много дел.

— Включил, Дельта-один.

Джейсон быстро, но четко, чтобы на пленке не было никаких неясностей, читал с листка, который он заполнил во флигеле Фланнагана. Он назвал имена семерых самых частых и весьма известных гостей на вечеринках у генерала (никакой гарантии в отношении правильности фамилий и их произношения); затем — номерные знаки, которые были записаны во время более серьезных, проходивших раз в два месяца собраний; потом — номера телефонов адвоката Суэйна, всех охранников поместья генерала, питомника для собак и служебного гаража Пентагона и, наконец, не зарегистрированный в справочнике номер в Нью-Йорке: он был анонимный, сообщения записывались на автоответчик.

— Это — дело номер один, Алекс.

— Мы его расколем, — сказал Конклин, записывая на пленку и свой голос. — Я позвоню в питомник и поговорю с ними в пентагоновском стиле: мол, генерал срочно отправился в опасную командировку, поэтому мы заплатим двойную цену, чтобы животных поскорее забрали. Кстати, открой ворота... С номерными знаками проблем не будет: я попрошу Кэссета прогнать их через компьютеры и выяснить имена в обход Десоула.

— Как насчет Суэйна? Мы должны какое-то время скрывать, что он покончил жизнь самоубийством.

— И как долго?

— Откуда, черт подери, мне знать? — сердито сказал Джейсон. — До тех пор, пока не выясним, кто они такие, и я или ты не свяжемся с ними — и мы вместе начнем раздувать панику. Тогда мы и предложим им Карлоса как решение их проблем.

— Слова, слова, — заметил Конклин, в тоне которого совсем не чувствовалось уверенности. — На это могут уйти целые дни — неделя, а может, и больше.

— Так об этом-то я и говорю.

— В таком случае лучше всего ввести в курс дела Питера Холланда...

— Нет, только не сейчас. Мы не знаем, что он предпримет, и я не хочу, чтобы он вставал у меня на пути.

— Ты должен верить хоть кому-то, кроме меня, Джейсон. Может, мне и удастся водить доктора за нос сутки-двое, но я сомневаюсь, что больше. Он захочет получить подтверждения с более высокого уровня. И не забывай, что мне в загривок дышит Кэссет по поводу Десоула...

— Дай мне два дня, выцарапай мне эти два дня!

— Одновременно выуживая всю необходимую информацию, держа Чарли на привязи, цедя сквозь зубы ложь Питеру: мол, мы продвигаемся, выискивая вероятного связного Шакала в отеле «Мейфлауэр»... Разумеется, ничем подобным и не пахнет, потому что мы, превысив свои полномочия, увязли в каком-то сумасшедшем, тянущемся уже двадцать лет сайгонском заговоре, в который вовлечен Бог знает кто, — черт бы нас побрал, если нам это известно. Только эти «кто-то» — чрезвычайно влиятельные люди. Не вдаваясь в подробности их общественного положения, мы узнали, что у них есть свое кладбище на территории поместья одного генерала, заведующего в Пентагоне материально-техническим снабжением. Да и с генералом также приключилась неприятность: он взял да и снес себе голову, — бывает же такое! Впрочем, это — всего лишь печальный инцидент, который мы сейчас распутываем... Боже, Дельта, опомнись! Ракеты вот-вот столкнутся!

Несмотря на то, что рядом с ним находился навсегда замерший на стуле генерал Суэйн, Борн смог вяло усмехнуться.

— Ведь на это мы и рассчитываем, не так ли? Это сценарий, достойный пера нашего любимого Святого Алекса.

— Я — всего лишь пассажир в этой машине, за рулем — кто-то другой...

— Что с доктором? — перебил его Джейсон. — Ты почти пять лет не занимался оперативной работой. Откуда ты знаешь, что он все еще занят в этом бизнесе?

— Я встречал его там и сям: мы оба без ума от музеев. Пару месяцев назад в Коркоранской галерее он пожаловался мне, что теперь ему дают не так уж и много работы.

— Сегодня ночью ты можешь это изменить.

— Постараюсь. А ты что собираешься делать?

— Осторожно обыщу всю комнату.

— В перчатках?

— Разумеется, в резиновых.

— Не прикасайся к телу.

— Только карманы осмотрю осторожненько... По лестнице спускается жена Суэйна. Перезвоню, когда они уйдут. Разыщи этого доктора!

Айвен Джакс, доктор медицины, выпускник медицинского факультета Йельского университета, прошедший практику и работающий в настоящее время в Главном госпитале штата Массачусетс хирургом, выходец с Ямайки и некогда — благодаря протекции своего чернокожего собрата с невероятным именем Кактус — «консультант» ЦРУ, въехал в поместье генерала Нормана Суэйна в Манассасе, что в Вирджинии. Временами Айвену хотелось, чтобы он никогда не встречал на своем жизненном пути старого Кактуса (именно в эту ночь его обуревало такое чувство), но вообще-то он не жалел об этом знакомстве. Благодаря «волшебным бумагам» старика Кактуса Джаксу во времена репрессивного режима Мэнли удалось вытащить с Ямайки брата и сестру, хотя тогда тем, кто имел престижную профессию, вообще было запрещено эмигрировать, не говоря уж о том, чтобы забрать с собой свои сбережения.

Кактусу, однако, благодаря искусной подделке правительственных разрешений удалось вырвать обоих молодых людей из страны, а также добиться перевода их банковских счетов в Лиссабон. Все, что требовалось старому мошеннику, — это украсть чистые бланки документов, включая накладные на экспорт/импорт груза, два паспорта, кое-какие фотографии и образцы различных подписей, добыть которые оказалось легче легкого: в контролируемой правительством прессе печатались сотни бюрократических декретов. Теперь брат Айвена — состоятельный юрист в Лондоне, а сестра — аспирантка в Кембридже.