Эптон Синклер - Приобретут весь мир

Альфи объяснил, что самолёты гуннов пытались противостоять британской блокаде. У них были базы недалеко от побережья Франции. Действительно, они имелись по всему побережью Европы, от Нарвика в Северной Норвегии до испанской границы. Они пытались установить господство над Ламаншем и блокировать британские порты. В налёте участвовало по пятьсот самолётов за раз. Бомбили суда и грузы, доки и гавани, нефтяные хранилища и все военные объекты. По большей части они приходили ночью, потому что их дневные потери были слишком велики. Но ночная бомбардировка была неточной. И теперь у англичан был замечательный новый ночной истребитель с устройством для наблюдения в темноте, настолько сверхсекретным, что даже Альфи не знал, что это такое. Он также показал, что англичане построили большое количество имитационных авиабаз, чтобы обмануть немцев. Они были настолько хороши, что немцы бросали на них больше бомб, чем на настоящие. Настолько хорошие, что у британских летчиков возникли проблемы с тем, чтобы поминать о том, чтобы не приземлиться на них.

Альфи рассказал о новом Бэдд-Эрлинге, известном как Тайкун ( магнат). Он говорил прямо. Нет смысла уклоняться от фактов. Он был хорош, но не достаточно хорош. Не так хорош, как новейший британский истребитель, Супермарин Спитфайр , сокращенно Сабспит . Альфи вошел в технические подробности, и Ланни делал осторожные заметки, потому что ему было хорошо иметь данные по этому вопросу, тем более, что он улетал завтра. У этих новых непосед было восемь пулеметов, по четыре в каждом крыле, и они давали потрясающий конус огня. Но калибра 7,69 мм. не хватало, должен быть 12,7. Конечно, это добавит вес. Была тенденция к тому, чтобы истребители стали тяжелее. Большая скорость означала мощные двигатели, и была потребность в броне на жизненно важных частях и т. д.

Как поединок вековой давности между артиллерией и бронёй на линкорах был поединок между защитой и маневренностью на истребителях. Альфи отметил, что существует такая вещь, как чрезмерная маневренность. Большая, чем человеческий организм мог выдержать. Если идти со скоростью более трёхсот пятидесяти километров, наверняка на мгновение теряешь сознание, и можно не очнуться, пока не ударишься о землю, или пока не изрешетит враг. Англичанин нарисовал экстраординарную картину того, что означало провести воздушную дуэль на высоте семи или восьми километров над землей, дышать из кислородного баллона, преследовать врага, который нырял и уклонялся на потрясающих скоростях, которые могли достичь эти самолеты. Гунн увернулся. Он почти был в прицеле, и если бы можно довернуть на крошечную долю больше, то получили бы его. Но на глазах появляется желтовато-серый занавес, первое предупреждение о потере сознания. Нужно точно знать, как долго сможете быть без сознания. Возможно, придется принимать такое решение десяток раз в ходе продолжительной дуэли ума с вашим противником. Он сталкивается с такой же проблемой. Если вы выпрямитесь, то потеряете своего человека. Кроме того, можно обнаружить еще один вражеский самолет на своем хвосте, который может увидеть вас в своём прицеле.

Это очень страшная потеря сознания было вызвано центробежной силой, отгоняющей кровь с головы. Были способы противостоять этому. Частично. Потянуть живот и набрать дополнительное количество воздуха в легкие. Или быть выносливым человеком, которым Альфи не был. Наклонение вперед помогало немного, потому что оно опускало голову и облегчило задачу сердца. Летчик сказал: «Если бы не этот желтовато-серый занавес, я мог бы получить в пять раз больше ублюдков».

Ланни ответил: «Я скажу кое-что важное. Робби рассказывал мне, что наши ученые работают над проблемой летного костюма, который предотвратит потерю сознания. У него будут надувные резиновые карманы над определенными частями тела, которые будут ограничивать отток крови к конечностям и, как правило, удерживать ее в голове. Вещь будет автоматической, когда центробежная сила достигнет определенной точки, зажимы будут немедленно применены. Это будет не очень удобно, но это может позволит удержвать врага в прицелах».

— Вы можете сказать Робби, если он получит это, то может забыть о броне и сосредоточиться на маневренности и огневой мощи.

«Не говори ничего об этом, даже твоему начальству», — предупредил Ланни. «Это довольно очевидная идея, но нацисты, возможно, не напали на нее. Если мы ее получим, ты можешь быть уверен, что мы отправим ее в Британию».

Когда эти двое в последний раз обсуждали перспективы воздушной войны, внук баронета сказал: «Наши люди лучше». Теперь Ланни хотел узнать, как это работает, и ответ был следующим: «Мы держимся за себя, и никто не может спрашивать больше, учитывая недостатки. Гунн находится в наступлении, а это означает, что они всегда превосходят нас по численности, иногда мы сражаемся один к десяти или двадцати, и нужно выжить, пока не придет помощь».

Основным недостатком была география. У немцев были базы близкие к Англии, и они могли сбрасывать бомбы на британские города через несколько минут после их обнаружения. Но если англичане захотели бомбить немецкие города, им нужно было пролететь час или два, весь путь подвергаясь зенитному огню. У противника было время собрать истребители. Короче, у него было все в его пользу, и они шли и приближались. «Когда один из наших людей сам ловит Гунна, Гунн ныряет в ближайшее облако и не испытывает никакого стыда, это говорит о том, кто лучше».

Альфи говорил о людях, с которыми он летал. Они были более рассудительными, чем в последней войне, по оценке Рика. Они выбросили будущее из головы и жили данным моментом и его опасностями. Они спасали Англию или пытались, но они редко говорили об этом. Они говорили о враге и его трюках и о критической десятой секунды, в которые они его достали. Всегда было что-то новое, чтобы узнать, какой-то новый боевой порядок, какое-то устройство для командной работы. Во время отдыха они читали детективы или говорили о девушках. Большинство из них были молодыми, а новички были еще моложе.

Королевские военно-воздушные силы были волонтерской организацией, а пилоты были в основном из высшего класса. Альфи сказал: «Мне не нравится это признавать, но это старая школьная связь, которая выполняет эту работу, потому что больше ничего другого нет. Но это будет недолго, мы должны принимать квалифицированных мужчин, где бы мы их ни находили теперь, и это все к лучшему, и если мы не разрушим кастовую систему Англии, мы обнаружим, что в этой войне вряд ли стоит сражаться».

Ланни согласился со всем этим. Но он хотел грустно покачать головой, когда лётчик продолжал говорить: «После этой войны будет другая Англия. Наши люди никогда не будут довольны старой жизнью после жертв, которые они совершили». Ланни слышал точно такие же слова от отца Альфи во время Первой мировой войны, прежде чем этот мальчик родился. Однако не было никакого смысла говорить что-либо, чтобы возражать человеку, который принадлежал смерти.