Джонатан Келлерман - Он придет

Я надел плотные слаксы, кожаную куртку, шерстяной свитер с горлом и прихватил с собой единственный имеющийся у меня плащ – двубортную поплиновую штуковину без подкладки, которая хороша для Южной Калифорнии, но в нынешнем окружении представляла собой весьма сомнительную ценность. Быстро перехватил завтрак – копченый лосось, рогалики, сок и кофе – и в десять минут восьмого направился в порт.

В автомобильной очереди я оказался одним из первых. Очередь быстро двигалась, и вскоре я съехал по аппарели в чрево парома вслед за фольксвагеновским микроавтобусом с наклейкой «Спасите китов» на заднем бампере. Подчиняясь взмахам руки матроса, одетого в светящийся оранжевый комбинезон, припарковался в двух дюймах от гладкой белой стены автомобильной палубы. Восхождение на два лестничных пролета привело меня на прогулочную палубу. Я прошел мимо сувенирного киоска, табачной лавочки, кафе и полутемного помещения, забитого от стены до стены игральными автоматами. Какой-то официант, сосредоточенно нахмурив брови, в полном одиночестве играл в «Пэкмена» – квакающая мультяшная голова ловко пожирала пунктирные линии на экране.

Я нашел место с видом на корму, положил сложенный плащ на колени и откинулся в ожидании часовой поездки.

Паром был практически пуст. Несколько таких же пассажиров, как и я, были молоды и одеты для работы: наемная сила с материка, едущая обслуживать усадьбы Бриндамура. Обратный рейс, без сомнения, будет полон рабочим людом совсем иного толка: адвокатами, банкирами и прочими финансистами, направляющимися в расположенные в центре города шикарные офисы и залы для совещаний.

Океан вздымался и опадал, вспениваясь под порывами ветра, который ерошил серо-стальные водяные валы. На море были и суда поменьше, в основном рыболовные шаланды и буксиры, которые словно исполняли какой-то диковинный танец – то вдруг дружно, как по команде, тянулись к небу, то приседали в реверансе, окунаясь по самые мачты. На их фоне паром наверняка представлялся со стороны игрушечной моделью, твердо стоящей на полке у серой стены.

На палубу поднялась группа из шести молодых людей лет двадцати, которые уселись футах в десяти от меня. Светловолосые, с бороденками той или иной степени лохматости, одетые в измятые штаны хаки и серые от грязи джинсы, они передавали по кругу термос с чем-то явно не имеющим отношения к кофе, перешучивались, курили, клали ноги на сиденья и разражались коллективным гоготом, который походил на пьяный закадровый смех. Один из них заметил меня и протянул термос.

– Глотнешь, мужик? – предложил он.

Я улыбнулся и покачал головой. Парень пожал плечами, отвернулся, и веселье продолжилось по новой.

Прогудел гудок парома, палуба вздрогнула от заработавших двигателей, и мы начали двигаться.

На половине пути я подошел туда, где сидели молодые выпивохи, которые наконец-то угомонились. Трое спали, храпя с открытыми ртами, один читал похабный комикс, а еще двое, включая того, что щедро предлагал мне выпить, сидели и курили, загипнотизированные тлеющими кончиками своих сигарет.

– Простите.

Двое курильщиков подняли глаза. Читатель не уделил мне никакого внимания.

– Да? – Щедрая Душа улыбнулся. У него недоставало половины передних зубов – плохая гигиена ротовой полости или взрывной характер. – Извини, братан, суп «Кэмпбелл» весь вышел. – Он подхватил термос и потряс его. – Так ведь, Дуги?

Его спутник, толстый парень с отвисшими усами и каракулевыми бачками, рассмеялся и кивнул.

– Угу, кончился. Хороший был супчик. Горяченький. Сорок пять градусов.

От всей компашки несло как от винокуренного завода.

– Все нормально. Спасибо за предложение. Просто вот думаю, нельзя ли получить у вас кое-какую информацию про Бриндамур.

Оба парня явно изумились – словно никогда не думали, что могут располагать какой-либо ценной информацией, и даже перешли на «вы».

– А чё вас интересует? Жопа мира – и весь сказ, – сказал Щедрая Душа.

– Сто пудов, – согласно кивнул Толстяк.

– Мне нужен один дом на острове, а карту, сколько ни искал, нигде не нашел.

– В том-то и дело, что никаких карт нету. Люди там привыкли прятаться от остального мира. У них там частные копы, которые достанут тебя только за то, что плюнешь не в ту сторону. Мы с Дугом и все эти остальные клоуны едем туда, чтобы поле для гольфа в порядок привести – подровнять, всякий хлам подобрать, подмести, все такое… Закончим вечерком работу – и прямиком обратно на паром. Мы хотим сохранить работу, так что по-другому никак.

– Угу, – толстый снова кивнул, – никаких местных телок, никаких пьянок. Рабочие люди сто лет так поступают – мой старик работал на Бриндамуре до того, как вступил в профсоюз, а я туда мотаюсь, только покуда он и меня туда не пристроит. Тогда в жопу всех этих отшельников. Он мне рассказывал, что у них в те дни даже песня была: «Бери больше, бросай дальше, а потом беги на пароход».

Он рассмеялся и хлопнул своего приятеля по спине.

– А что вы хотите найти? – Щедрая Душа прикурил следующую сигарету и засунул ее в неопрятную дыру на месте верхних резцов.

– Дом Хиклов.

– Родственник ихний, что ли? – спросил Дуг. В глазах у него, похожих по цвету на море вокруг и налитых кровью, вдруг промелькнуло туповатое беспокойство – не окажусь ли я тем, кто повернет его слова против него.

– Нет. Я архитектор. Еду просто поглазеть. Мне говорили, что дом Хикла может представлять интерес. Якобы самый большой на острове.

– Скажете тоже, – буркнул он. – Они там все большие. В любой из них весь мой долбаный район влезет.

– Архитектор, говорите? – Физиономия Щедрой Души осветилась интересом. – А долго на такого учиться?

– Пять лет в колледже.

– Забудь! – подколол его толстый. – Ты же у нас полный тупица, Харм. Для начала читать и писать выучись.

– Пошел в жопу, – добродушно отозвался его друг. И мне: – Я тут прошлым летом на стройке работал. Архитектура – это жутко интересно.

– Еще как. Я проектирую в основном частные дома. Вот езжу, подсматриваю новые идеи…

– Классно. Главное, чтоб интерес не пропадал.

– Интерес, интерес… – ворчливо заметил Дуги. – А вот в нашей работе – ни хрена интересного, чувак. Только мусор подбираем… Блин, а вот в этом клубе действительно весело – на прошлой неделе мы с Мэттом пару использованных резинок на поле нашли, прямо возле одиннадцатой лунки! И все это мимо нас, Харм.

– Лично мне такого веселья не надо, – отрезал Щедрая Душа. – Если хотите узнать про дома, мистер, спросите у Рея.

Он повернулся и перегнулся через спящего, чтобы ткнуть локтем малого с комиксами, который уткнулся носом в свое чтиво и ни разу не поднял взгляд. Когда он это сделал, то вид у него был либо как у беспросветно тупого, либо как у сильно одурманенного.