Сандроне Дациери - Убить Отца

На перекрестке двух коридоров имелась даже площадка для барбекю. Здесь расположилась равнодушная к влажности и царящему наверху хаосу перуанская семейка, которая готовила цыпленка на гриле под решеткой парковки. Коридор периодически перегораживали то бронированные двери, то возведенные из подручных средств баррикады, но первые Сантьяго всякий раз отпирал одним из собственных ключей, а вторые знал, как обойти.

Наконец они оказались перед подвальной дверью, запертой на такой же висячий замок, как и дверца в лифтовую шахту. Когда Сантьяго открыл ее, они попали на какой-то склад, загроможденный побитой сантехникой.

– Отсюда можно попасть в парк? – озадаченно спросила Коломба.

– Exactamente [38] Точно (исп.) . . Но расслабляться рано. Самое сложное впереди, – сказал Сантьяго и направил луч фонарика на заставленный банками с краской стеллаж. – Отодвиньте его, – приказал он.

Хорхе и татуированный сдвинули этажерку, открыв метровую брешь в стене, и вернулись в коридор, чтобы постоять на стреме.

Коломба взглянула на Данте, но тот никак не реагировал на происходящее и, казалось, не понимал, что происходит.

«Вот и отлично», – подумала она. В одиночку она бы его не удержала.

– Это вы стену раскурочили? – спросила Коломба.

– Два месяца жилы рвали, – с гордостью сказал Сантьяго.

По его словам, всего в нескольких метрах от подвала находился дренажный тоннель, направляющий ливневый сток из парка в проходящий под домом канализационный коллектор. Кукиллос проделали туда лаз, который использовали в качестве запасного выхода на случай облавы. Бывало, что в дождливую погоду тоннель почти доверху заполнялся водой, и пройти становилось невозможно, однако в последние дни было сухо, и они могли без проблем попасть в парк.

– Так вот как ты улизнул, когда я искала тебя два года назад, – сказала Коломба.

– Я был невиновен, как и ты, – засмеялся он.

Татуированный бегом вернулся на склад:

– Копы уже рядом! Я слышал шаги и треск раций.

– Вам пора. – Сантьяго передал ей фонарик и похлопал Данте по спине.

Тот снова остался безучастным и, когда Коломба подтолкнула его вперед, равнодушно залез в тесный, воняющий выгребной ямой тоннель. Она влезла в него вслед за Данте, потом обернулась и посмотрела на Сантьяго.

– Спасибо, – выдавила она.

– О, какие изысканные манеры! – засмеялся он и задвинул брешь стеллажом.

Трое кукиллос выбежали со склада, заперли дверь на замок и разделились, чтобы спрятать в подвалах рюкзаки. На полпути к выходу Сантьяго столкнулся лицом к лицу с Сантини и группой спецназовцев и понял, что попал. Как и всех остальных, кого полиция обнаруживала в подвалах, его прижали к стене и без лишних церемоний заковали в наручники.

– Где она? – спросил Сантини, сунув ему под нос фотографию Коломбы.

– Впервые вижу, – с развязной улыбочкой ответил Сантьяго.

Сантини приказал своим людям прочесать подвалы вдоль и поперек и, если потребуется, снести все стены. Сантьяго обмяк в руках тащивших его куда-то полицейских. Прежде чем его запихнули в битком набитый фургон, он успел подумать об этом gringo loco – чокнутом гринго, который хотел спасти детей, и о его подружке с пронизывающим взглядом.

– Mucha suerte y adelante, compinches! [39] Удачи и вперед, приятели! (исп.) Удачи! – прошептал он. Впервые в жизни он переживал за чужие шкуры.

В это время Коломба и Данте ползли по тоннелю. Точнее, по нему ползла Коломба, которой то и дело приходилось подталкивать Данте вперед. Он же двигался вслепую, не открывая глаз, постоянно останавливался и то и дело падал лицом в грязь. Минут через десять земляные стены сменились бетонными, и Коломба поняла, что они добрались до коллектора. Теперь можно было ползти на четвереньках. Постепенно воздух становился свежее и холоднее. Однако за поворотом оказался почти наглухо перекрывающий тоннель бетонный уступ. Пространство между уступом и сводом коллектора было перегорожено прочным с виду куском листового металла.

Коломба с беспомощном ужасом подумала, что Сантьяго ее обманул. Они замурованы с обеих сторон и, как крысы, подохнут в канализации. Легкие сжались от паники, и перед глазами в свете фонаря затрепетали тени.

– Только не сейчас, – пробормотала она и, уперевшись в стену, изо всех сил толкнула заграждение.

Лист металла с оглушительным грохотом выпал наружу, и тоннель залил поток льющегося с высоты тусклого света. Коломба помогла Данте забраться в проделанную ей щель, пропихнула туда мешок с одеждой, наконец забралась сама – и тут же упала на дно сухого дренажного тоннеля, который представлял собой проведенную прямо под открытым небом бетонную траншею, почти скрытую корнями и ветвями деревьев.

Она выключила фонарь, чтобы их не заметили. Когда ее глаза привыкли к темноте, она различила за кронами деревьев очертания домов, из которых они сбежали. Над зданиями слепнем кружил вертолет.

Данте, с ног до головы перепачканный пылью и землей, лежал, зарывшись лицом в ворох листвы, и тяжело дышал через рот. Его лицо и руки были покрыты длинными черными полосами канатной смазки. Коломба потрясла его за плечи и заметила, что его глаза понемногу оживают.

– Все получилось, – сказала она ему. – Мы выбрались.

Сначала Данте казался безразличным, но ему придали бодрости свежий воздух и свет луны.

– Куда? – слабым голосом спросил он.

– Потом объясню. Сможешь встать?

Данте не пошевелился. Тогда она взяла его за плечи, поставила на ноги и подтолкнула вдоль канала, по сторонам которого росли деревья. Мешали идти то ветви, то попадающиеся на дне камни. Траншею покрывали трещины, и временами идти приходилось прямо через лужи. В этот час в парке не было ни души. Впереди показался огороженный из-за ремонтных работ искусственный водоем.

Наконец они подошли к забору из проволочной сетки, отделяющему парк от дороги. Убедившись, что их не поджидают полицейские автомобили, Коломба облегченно вздохнула и не без удивления отметила, как быстро привыкла считать врагами людей, которые еще недавно были ее верными товарищами.

– Подожди здесь, – сказала она Данте, спряталась в кустах и переоделась из превратившейся в половую тряпку ночнушки в вещи, которые ей выдала сестра Сантьяго: джинсы, явно поддельную футболку с логотипом «Джорджо Армани» и свитер.

Ей немного полегчало, но она бы с радостью отдала литр крови за возможность принять душ: она измазалась в грязи до кончиков волос.

За время ее отсутствия Данте даже не пошевелился. Он следил глазами за вертолетом, который описывал все более широкие круги над районом.

«Кто-то сообразил, что мы улизнули», – подумала Коломба. Если полицейским хватит машин, они скоро перекроют дороги.