Йорн Хорст - Гончие псы

От увиденного у Вистинга пересохло в горле. Тело окоченело, и ему стало тяжело дышать. Юнас Равнеберг был упомянут в двух документах. В одном он давал свидетельские показания. Другой был отчетом одного из следователей.

Вистинг положил бумаги на верхушку коробки и поднял ее, но потом снова отставил от себя. На рабочем столе стоял компьютер. Он был подключен к сети и тихо гудел. Вистинг пошевелил мышью по столу, и на экране возникло окно для ввода имени и пароля.

Он отвел взгляд от экрана и посмотрел на коробку с документами по делу Эллен. Потом снова уставился в монитор. Неожиданно решился и ввел свое имя пользователя и пароль. У него, очевидно, не отозвали право доступа, потому что через какое-то время полицейская база загрузилась. И сразу же пожалел. Наверняка можно было отследить, и когда и откуда он вошел в систему. Впрочем, не было никаких причин проверять его сетевые логи, если только у кого-нибудь не возникнут подозрения.

У Вистинга было семнадцать непрочитанных сообщений. Большая часть оказалась групповыми рассылками, и его не заинтересовало их содержание. Вместо этого он зашел в следственную базу и забил в поиск имя Линнеи Каупанг.

Линнея фигурировала в качестве потерпевшей в деле 11828923: «Пропавшая женщина младше 18 лет».

Файлы были организованы в хронологическом порядке. Вистинг открыл документ, с которого началось расследование. Линнея Каупанг была объявлена пропавшей своим отцом в субботу в 12:45. К тому времени ее не было дома почти сутки.

Мать пропавшей девушки умерла двенадцать лет назад, и отец воспитывал дочь один. Он рассказал, что ее не было дома, когда он вернулся домой с работы в пятницу вечером. В течение вечера он связывался с одноклассницами и другими знакомыми, но никто не знал, где она может быть. Она никогда раньше не пропадала, а сейчас не была в депрессии или в ссоре с отцом.

Вистинг кивнул. Три последних пункта были решающими, чтобы в полиции начали работать над делом так, будто с девушкой что-то случилось, а не отложили его вместе с другими делами о пропавших подростках.

Двое одноклассников рассказали, что Линнея села на маршрутный автобус между Ларвиком и Сандефьордом. Водителя допросили. Он помнил Линнею и был уверен, что высадил ее на остановке в Сниппене.

Вистинг быстро пробежался по отчету о том, как были организованы поиски от главной дороги и к дому, находившемуся почти в километре от автобусной остановки, и стал читать итоговый отчет о работе со свидетелями. Это усилило образ Линнеи Каупанг как общительной, милой и положительной девушки. Но никто ее не видел.

Отчет об отслеживании мобильного телефона Линнеи Каупанг удивил Вистинга. Последний разговор произошел за три часа до исчезновения. Она позвонила подружке, которая позже дала показания и объяснила, что речь шла об уроках. Телефон тогда находился в зоне покрытия, включающей старшую школу имени Тура Хейердала [20] Норвежский археолог, путешественник и писатель. . Странным было то, что когда телефон отследили в реальном времени, он находился в области возле Баккентейгена между Хортеном и Тенсбергом.

Нельзя было отследить, как он там оказался. Поиск производился каждые пять минут, сообщений о его перемещении не поступало. В понедельник вечером сигналы пропали, вероятно, потому что в мобильном сел аккумулятор.

Следователи решили, как и Вистинг сейчас, что телефон на ходу выкинули из машины. Вдоль государственной дороги 19 были произведены поиски в районе обочины, и возле съезда к тюрьме Берг они нашли мобильный Линнеи марки «Сони Эрикссон Иксперия». Находка ничего не прояснила, и расследование застопорилось.

Вистинг стоял в раздумьях. Насколько он знал, в прессе не писали о том, что был найден телефон. Он не понимал, почему. Если бы он возглавлял расследование, он бы поделился этими сведениями, чтобы попытаться собрать больше информации. Пока что исчезновение было локальным делом, однако если бы жители района Хортен поняли, что оно касается и их тоже, они могли бы передать новые сведения и сообщить о своих наблюдениях.

Резкий звук вырвал Вистинга из задумчивости. Одна из тяжелых пожарных дверей в здании хлопнула, отозвавшись в стенах подвала. Он застыл и прислушался, но вскоре, не услышав ничего больше, вернулся обратно к отчету.

Насколько он мог оценить развитие дела, наибольший интерес привлекли два человека. Один был моряк на пенсии, живущий в доме по соседству. Его описывали как затворника и алкоголика. Соседи видели, как он ночами смотрит по телевизору порнофильмы. Его допрашивали дважды, у него не было алиби на то время, когда пропала Линнея.

Кроме того, прямо возле автобусной остановки, на которой Линнея сошла с автобуса, коммуна организовала жилищное товарищество для людей с психическими заболеваниями. Все его жители и сотрудники были допрошены, и многие из них отметили, что Рольф Танген, наркоман, ранее судимый за изнасилование, весь день отсутствовал. Домой он вернулся только вечером, около половины седьмого, и был, по словам очевидцев, вспотевшим и взволнованным. Сам Танген говорил, что совершал прогулку по лесу.

Вистинг вышел из своей учетной записи и понес коробку с документами по делу Эллен к двери. Он не считал, что совершает кражу, но вообще-то именно это он и делал, и он знал, что у него возникнут серьезные проблемы, если это обнаружится. Впрочем, у него и так были серьезные проблемы, и помочь разобраться с ними могло понимание расследовавшегося семнадцать лет назад дела.

Он осторожно толкнул дверь плечом, выглянул и прислушался. Ничего не услышал и направился к гаражу. В большом подвальном помещении было абсолютно темно, но датчики движения были связаны с электричеством и постепенно наполняли пространство светом. Вистинг поставил коробку со старыми документами на пол рядом с мусорным ведром и отправился на пост дежурного этажом выше, чтобы повесить мастер-ключ на место. Полицейская рация потрескивала, и он понял, что оба патруля отправились на завод «Фаррис», где сработала сигнализация.

Боковым зрением он отметил движение на мониторе системы видеонаблюдения и увидел проходящего через пустое помещение с камерами предварительного заключения мужчину. Затем монитор сменил картинку на видео из гаража. Нильс Хаммер выходил из следственного изолятора. Так следователи часто сокращали путь, собираясь домой. Хаммер прошел через гараж, остановился у мусорного ведра, у которого Вистинг оставил материалы по делу Эллен, и что-то выбросил. Картинка на экране опять сменилась: теперь на нем был виден пустой вестибюль.

Вистинг не двинулся с места, пока экран, переключаясь между камерами, снова не показал опустевший подвал. Расстояние до мусорного ящика было все же слишком большим, а картинка слишком нечеткой, чтобы он мог с уверенностью сказать, что коробка по-прежнему там, но выглядело все именно так.