Игорь Сотников - Палиндром

И тут скорей сэру Рейнджеру следовало задаться прозвучавшим из уст президента вопросом, нежели самому президенту. Но что поделать, когда здесь и, в общем везде, за правило принято, что именно президент должен задавать вопросы, а вот его советники в свою очередь, должны искать на все его вопросы ответы. А вот как только все условности будут соблюдены, то только тогда, во время рабочего процесса и советнику можно будет, так, за между делом, спросить президента о чём-нибудь таком, крайне необходимом.

Так что сэр Рейнджер, будучи в курсе всех этих церемониальных правил, дал именно тот ответ, какой от него ожидал услышать президент. – Вы очень верно уловили суть дела, Мистер президент. – Сказал сэр Рейнджер. – А по конкретней нельзя. – Сказал Мистер президент, присаживаясь рядом с сэром Рейнджером на диван. – Можно. – Утвердительно говорит сэр Рейнджер, вытаскивая из папки две сверху лежащие карточки претендентов на вакансию генпрокурора. После чего он их кладёт на стоящий перед ним журнальный столик, затем убирает в сторону папку и, сделав необходимую паузу для достижения нужного уровня внимания к смотрящим на них с фотографий лиц на этих карточках, приступает к той конкретики, которую от него ждёт президент.

– Делать ставку на одну фигуру, будет не совсем разумно. Так что будем баллотировать на пост сразу двоих. Ну а кто из них будет основным, а кто запасным вариантом, то это вам решать, Мистер Президент. – Сказал сэр Рейнджер, посмотрев на президента. Ну а президент ожидал, что сэр Рейнджер опять всю тяжесть принятия решения перекинет на него, и не особо был удивлён тому, что его надеждам не суждено было не сбыться. – Даже не понимаю почему, я до сих пор этого хитрого лиса, сэра Рейнджера, рядом с собой терплю. – В порывах нетерпения сэра Рейнджера, что в последнее время было частным явлением, Мистер президент более чем нужно хмурился в сторону этого увёртливого советника.

– А вы мне что посоветуете? – спросил Мистер президент, как всегда найдя нужное решение из создавшегося затруднительного положения – и попробуй только сэр Рейнджер сослаться на то, что он кто такой, чтобы советовать президенту, президент мигом срежет его, указав на его удостоверение, где золотым по белому написано: Сэр Рейнджер, первый советник президента.

Ну а сэр Рейнджер всё это знает и поэтому начинает выразительно умно выглядеть – он подпёр подбородок рукой и принялся вдумчиво вглядываться в лежащие перед ним фотографии претендентов. Так проходит, ни больше, ни меньше, а как раз столько времени, чтобы принятое за это время решение получило для себя очень важное, характерное обозначение «обдуманное», – и тут совсем не важно, что там про себя в этот момент думал обдумывающий это решение человек (он мог наслаждаться видами кончика своего носа или вообще вздремнуть), главное, он делал вид, что обдумывал, – и сэр Рейнджер озвучивает то, что он надумал.

– Я думаю, что надо дать дорогу молодым. – Как всегда сэр Рейнджер верен себе, давая такие прямые ответы, что президенту приходится самому доводить их до ума. Правда мистер президент за время общения с сэром Рейнджером, не стоял на месте и так сказать, поднаторел в его и понимании того, что он хочет сказать. Что в данном случае и не сложно было сделать. А нужно было всего лишь сравнить даты рождения претендентов, – внешний вид слишком обманчив при сегодняшних возможностях пластической медицины, – и дело, можно сказать, в шляпе.

– Значит, останавливаем наш выбор на господине Атнанта. – Сказал Мистер президент. Ну а сэр Рейнджер, опять в своём роде даёт ответ – он его ни к чему не обязывает. – Это ваше решение, Мистер президент. – На что Мистер президент и сказать ничего против не может. Это и в самом деле, – да и внешне так выглядит, – его решение. И поэтому Мистер президент так быстро переводит тему разговора.

– Ну а что насчёт знакового дела? – прищурившись, спросил сэра Рейнджера Мистер президент, даже не положив руку на фотокарточку выбранного господина Атнанте, а оперевшись на него своей рукой. Ну а Сэр Рейнджер увидел в этом знак – президенту очень важно это новое, пока что ещё находящееся в стадии планировании дело, оно должно послужить для него опорой в своём противостоянии со своими могущественными противниками из глубинного государства. А новый генпрокурор должен ему в этом помочь, только формально выступая на стороне его противников.

– Оно вроде как начинает получать свои очертания. – Сэр Рейнджер своей туманностью изречений заставляет президента начать нервничать. Что может привести к непредсказуемости, а может даже и ко всей неадекватности его поведения – ведь Мистер президент весь свой вес, тот, который не поместился на диван, перенёс на ту свою руку, которая в качестве опоры для себя выбрала фотокарточку господина Атнанте. А фотокарточка имеет сильно скользкую поверхность, и только стоит ему, даже на совсем чуть-чуть изменить угол наклона своей руки, как более чем вероятно, его рука соскользнёт со своего скользкого упора, и кто знает, куда дальше Мистера президента занесёт.

И хорошо, если он только разобьёт свою голову об этот стол, что только для его головы будет больно и несколько проблематично потом всем объяснять, откуда у него под глазами появились эти синие подтёки – не знаю отдыха, ни днём, ни ночью, вот и появились – но, а если получиться так, что он вдруг, так неудобно для себя извернётся – в этот момент в кабинет зайдёт первая леди и всё увидит – и упадёт не носом или лбом на этот стол, а свои губами прямо вопьётся в так сурово поглядывающего на него с фотографии господина Миллера. И как ему после всего случившегося объясняться с первой леди, чего только не видевшей и испытавшей за время их брака, но такого сочного, прямо в губы предпочтения себе, да ещё и с улыбкой на устах (это конечно плод фантазии разыгравшегося воображения первой леди) она точно никогда не забудет.

Но ладно первая леди, с ней как-нибудь можно будет договориться до новой коллекции Падло Рабанны или Неруды, в общем, чего-то там такого модного, но как быть с этим знаком судьбы, указавшим таким демонстративным способом президенту на то (иногда этих глупых людей нужно тыкать носом), что его выбор был не верный, – вон какой скользкий этот господин Атнанта и он в самый ответственный момент вполне может подвести, – и значит нужно делать ставку на второго претендента, на прокурора Миллера. А ведь Мистер президент так до сих пор и не изжил в себе все эти суеверия, и верит во все эти приметы, особенно, если они намекают на что-то очень плохое. И что теперь ему остаётся делать?

Но надо отдать должное сэру Рейнджеру, он всё-таки умеет предусматривать некоторые последствия своих и чужих поступков, действий или не действий, и если они грозят ему не теми последствиями, на которые он не рассчитывал, то он умеет быстро делать выводы и отменяет ненужные действия или в данном случае, ускоряет свои действия, где промедление с ними, всем их уже утверждённым планам смерти подобно.