Эдуард Голубев - Копия

– Дурочка, куда же ты бежала? – дальнобойщик развернулся и посмотрел на другую сторону дороги, пытаясь ответить сам на свой вопрос, где и увидел стоящего на обочине Билли. – Это ваша собака?

– Нет, я её впервые вижу, – ответил он, а щенок, услышав голос старика, подскочил на лапы, подбежал к нему и присел напротив, виляя купированным хвостом, – но если не найдутся хозяева, возможно, станет моей.

Она была породы боксер месяцев пять от роду. Огромные добрые кофейные глаза, преданно смотревшие на Билли, уже покинул испуг, и в них была только просьба “возьми меня к себе”. Водитель снова улыбнулся и, открывая дверь грузовика, весело спросил:

– Интересно, как ты её назовешь?

– Пусть будет Джина. Джинджер.

– Удачи вам, – двигатель грузовика начал набирать обороты и вскоре детище компании Mack Trucks исчезло из виду, оставив на асфальте свежие следы тормозного пути, спасшего только начинающую жизнь этого щенка.

Билли пошел к дому, а Джина, быстро перебирая лапами, чуть обогнала и, задрав голову в полуобороте, смотрела на него, не сводя глаз.

– Что, девочка? Завтра в городе помимо глобуса придется купить тебе поводок, – старик чуть задумался и добавил, – наверно ещё будку с намордником.

Джинджер не возражала, а старик уже представлял, как он будет с ней гулять по аллеям парка Максвелл. Вдвоём, всё-таки оно веселее.

На следующее утро Билли проснулся пораньше и первым, что увидел, это просящиеся глаза Джины перед кроватью. Он сразу понял, кареглазая хотела гулять. Старик вывел её за дом и, наслаждаясь утренней сигаретой, с интересом наблюдал за щенком. Отбегая в сторону, она каждый раз оборачивалась и смотрела на него, как бы спрашивая разрешения на дальнейший променад. Через двадцать минут они вернулись домой и Билли начал собираться для поездки в город. Он терялся в сомнениях, не зная где оставить собачонку, в доме или на улице. Решив, что она может устроить страшный хаос среди рабочих принадлежностей и инструментов, что нельзя было допустить (подобное случалось у его соседей в Нью-Йорке), старик закрыл дверь, выпустив её на веранду. Сев за руль микроавтобуса, он посмотрел на Джину. Она не сводила глаз, и в утренней тишине раздалось еле слышное скуление.

– Я скоро буду. Веди себя хорошо, девочка, – включая первую передачу, сказал Билли.

Несмотря на почтенный возраст, Dodge Van Ram вальяжно и тихо, как шикарный лимузин, тронулся с места. Выехав на трассу, старик, набирая скорость, вскользь посмотрел в правое зеркало заднего вида и чуть не ударил по тормозам. Джина гналась по обочине за машиной, а некупированные большие висячие уши, словно крылья, поднимаясь вверх, бешено делали взмахи в ритм бега. Подавив в себе желание остановиться, Билли наоборот прибавил обороты, пока она окончательно не исчезла из виду. Он вернулся через два с половиной часа, и ликованию щенка не было предела. Джинджер не давала подойти к задним дверям микроавтобуса, прыгая и извиваясь перед стариком так, что обрубок хвоста почти доставал до головы, всем видом показывая, насколько сильно она счастлива. Билли поймал себя на мысли, что ни одно живое существо в жизни никогда не было так рада ему и от этого внутри стало очень тепло. Он с улыбкой достал ошейник, на котором уже было выгравировано Ginger, а под именем номер мобильного телефона, и одел на неё, привязав поводком к перилам. Наконец-то старик смог спокойно подойти к багажному отсеку своей машины. Если глобус не составил большого труда перенести его в дом, то с деревянной будкой пришлось повозиться. Билли не забыл, что скоро придут холода явно некомфортные для короткошерстного боксера, поэтому договорился с продавцом, что в субботу он приедет и полностью утеплит конуру, приобретя там же в магазине всё для этого необходимое. Так у вчерашнего безымянного щенка появился свой дом и любимый хозяин.

На следующий день Джина уже показала, что готова преданно нести службу, встретив Джессику воинственным молодым лаем, вызвав у неё милое удивление и маленькую толику испуга. Она остановилась в десяти ярдах от веранды и не успела позвать Билли, как открылась дверь. Старик вышел на улицу, улыбаясь, погладил щенка и довольный своей четвероногой подопечной сказал:

– Джинджер, фу, это свои. Познакомься, её зовут Джессика. Доброе утро, мисс Олсон, проходите в дом. Она вас не тронет. Да, Джина?

Прекратив лай, питомица посмотрела на гостью и маленький моторчик внутри неё завилял коротким хвостом с такой скоростью, что создалось впечатление, как будто сзади прицепили небольшой веер.

– Всё, она вас приняла. Если хотите, можете погладить, – Билли с трудом присел рядом (вчерашние нагрузки с будкой в этом возрасте дали о себе знать), положил ладонь на голову и двумя пальцами начал теребить за ухом. Джессика без капли боязни нежно провела рукой от холки до хвостика и с этого момента окончательно стала для Джины не чужой.

Занятие проходило очень плодотворно и чем-то напоминало первый урок по игре на фортепиано. Старик со знанием дела ставил её кисть под правильным углом для удобства создания равномерного тонкого слоя незаметного для глаз, раскрывая свои секреты и подсказывая в каких случаях крем надо наносить от центра лица, а в каких обратно. Сегодняшнее обучение было посвящено только этому, как у начинающего пианиста, первым делом в руке не должно быть скованности, которая сдерживает тебя, ведя к усталости, а усталость к ошибке, которая могла перечеркнуть всё – безбедное будущее Линды, мечты Билли и свободу Айвана.

Они уже заканчивали, и маленькая стрелка на настенных часах приближалась к римской цифре двенадцать, когда на улице послышался лай, а затем веселый голос того, кто всё это затеял:

– Собака, откуда ты здесь? И как тебя зовут?

Повторилась утренняя процедура знакомства и теперь в жизни Джины появился ещё один известный ей человек. Билли заварил Джессики кофе, Владу сделал чай, а себе достал баночку пива из холодильника и, видя вопросительный взгляд, рассказал о позавчерашнем происшествии на дороге.

– Заставит она тебя бегать. Боксеры остаются щенками до конца жизни. Готовься к этому, старина.

– Знаете, мистер Стеблин, я только буду рад. Мне как раз этого не хватает. Будет кому прогонять мою лень и тоску, – и с ухмылкой задумавшись, Билли добавил, подняв глаза вверх, – пока живой, а там этим займутся черти. Рай мне явно не светит.

Влад не был бы самим собой, если за эту неделю не узнал о старике практически всё, что его интересовало. Фред Коулман был прав, полагая, что у него криминальное прошлое. Билли Сандерс отсидел за изнасилование несовершеннолетней 15 лет, но свою вину не признал. После окончания Технологического института моды он там же в Манхэттене нашел работу визажистом на одной из студий. Будучи молодым и постоянно окруженный юными красотками, мечтающими стать топ моделями, у него часто возникали небольшие романы, которые он считал издержками профессии. Небольшой флирт, пару шуток с недвусмысленным намеком, рассказ о том, с кем из кутюрье он теперь на короткой ноге, и каждая вторая уже готова была подарить ему ночь, ради того, чтобы на одной из встреч со знаменитыми модельерами прозвучало её имя. Так было и на тот раз. Одна из будущих моделей не решила затягивать интрижку, и они занялись сексом прямо в подсобном помещении студии, где были застуканы. Чтобы избежать позора, девушка заявила об изнасиловании, и ко всему этому ей ещё не хватало два месяца до 17 лет, на которые она явно не выглядела. Это было уже очень серьёзно. Жизнь Билли, которой позавидовали бы многие мужчины, стремительно нырнула в пике. Театральные слёзы этой юной бестии, которая давно не была девочкой, гнев её родителей на суде, цепляющая за живое речь прокурора и холодный голос служителя Фемиды, что он признан виновным с назначением 15-ти лет лишения свободы, сломали в нём навсегда веру к справедливости и женскому полу. Ему только исполнился 31-ый год. Начальник тюрьмы, где Сандерс отбывал наказание, как для такой должности был довольно молод. Он являлся типичным самовлюбленным экземпляром и поэтому уход за своей внешностью стоял для него, чуть ли не на первом месте. Любил этот нарцисс посмотреть на себя в зеркало, никогда не упуская момента, и поэтому иметь под рукой бесплатного высококлассного стилиста стало для него хорошим подарком. В свою очередь шеф исправительного заведения взял Билли под своё крыло. Это, конечно, не добавляло Сандерсу уважения среди заключенных, но и огромной неприязни тоже не было, когда стало известно, что они не перешептываются. Он был не больше, чем просто хороший цирюльник, клиентами которого с годами стали многие здешние обыватели, от надзирателей до осужденных. И выйдя из тюрьмы в 46 лет у Билли крепко засела мысль, что всю свою жизнь, даже те девушки модели ради своей карьеры в шоу бизнесе, им постоянно пользовались, нередко нагоняла тоску, а менять что-либо, начиная всё с нуля было слишком поздно. Силы были уже не те, жажда, которая делает из человека личность, угасла, да и средства желали лучшего. А какие были планы двадцать лет назад! Своя собственная студия макияжа любой сложности в Лос-Анджелесе, голливудские звёзды, политики высокого ранга звонящие узнать, когда он сможет уделить им время. В итоге Билли смирился с данным положением вещей, надеясь, что в следующей жизни повезет чуть больше. Естественно с таким несмываемым пятном в биографии, как треть жизни за решеткой, найти работу по профессии было довольно сложно и поэтому похоронное бюро “Оскар и сыновья” оказалось тем раком на безрыбье, которым научился довольствоваться Сандерс. Вследствие этого предложение Влада Стеблина, словно глоток холодной талой воды из быстрой горной реки придало ему свежести, и заставило перекрасить серую, под цвет своих “клиентов”, обыденность в жизнеутверждающие цвета. Следующая жизнь, пусть и короткая, напоминая маленького ребенка, делала свои первые шаги уже в этой. Как всё изменилось за эти две недели! Даже работая на этого русского, он чувствовал себя больше партнером по такому странному бизнесу, чем наёмником, заключившим непонятный устный контракт. А теперь, ещё и на улице, его встречало живое существо, которое каждый раз при виде Билли выбегало из конуры, радостно подпрыгивая и извиваясь, чего раньше никогда с ним не происходило. Волна перемен, такая приятная, медленно поглощала Сандерса, что тонко чувствовал Влад и понимал, как старик уже боится возвращения в прошлое, а значит, Билли способен сделать невозможное, дабы окунуться в неё сполна.