Борис Руденко - Логово змея

– Не совсем так, – рассеянно произнес Глеб. – Вернее, Володя, совсем не так… Хотя кое в чем ты все же прав. Я тебе расскажу…

– Потом, – прервала его Анна. – Потом все расскажешь, сейчас в село нужно возвращаться. Раз наши охотники здесь, они ему помогут, – Анна холодным кивком головы показала на Драча. – Затемно успеем из тайги выйти, здесь оставаться не следует.

Они услышали за дверью приближающийся говор: это подходили Чевалковы и Ыльчин.

– Для тебя есть забавная информация, – сказал Гуськов Алямову, когда тот пришел по вызову в его кабинет. – Вот, познакомься. Это Куликов, опер «убойного» отдела из Южного округа.

Худощавый светловолосый парень приподнялся со стула в ответ на приветствие Алямова.

– Собственно, пока еще мало что определенного можно сказать, – начал Куликов, одновременно раскрывая папку с бумагами. – В опорный пункт был сигнал от жильцов дома на Полесской улице. Сигналил один старичок из военных отставников о том, что из семнадцатой квартиры какие-то люди выносили тяжелые мешки с вещами. В тот день у участковых была запарка – все по «сирене» работали, да к тому же старичка знали хорошо: он частенько им звонил, по поводу и без повода.

– Таким медаль сейчас надо давать, – сказал Алямов. – Если бы почаще сигнализировали, нам бы работы было поменьше. Отпугнули от себя народ – теперь локти кусаем.

– Здесь тебе, Алямов, пока не Америка, – вмешался Гуськов. – Из чувства долга народ стучать еще не приучен. Ты слушай, слушай! Давай, Куликов, рассказывай!

– Ну, короче говоря, наряд к нему приехал только дня через два, – продолжал Куликов. – Да и то только потому, что старичок их совсем достал. Он уверял, что в квартире был шум вроде драки, потом женщина выбежала, мужчина, потом какие-то бугаи пришли и вытащили тот мешок. А после в квартире уже было совсем тихо. Никто не приходил и не выходил.

– Все это старичок лично фиксировал? – спросил Алямов.

– Он целыми днями от замочной скважины не отходит, – кивнул Куликов. – Следит за всеми. Очень боится грабителей, да и заняться больше нечем. К тому же его сосед из той самой семнадцатой квартиры ему очень не нравился. Он и в самом деле паренек темноватый, из мелких бандитских шестерок. Ковальский его фамилия. Ничего особенного за ним пока нет, но по нашей картотеке несколько раз проходил как связь «крутых»… Так вот, вначале участковый хотел старичка послать по известному адресу: с квартирой вроде все нормально, дверь заперта на ключ, изнутри трупом не пахнет. Но старичок попался настойчивый, пригрозил обратиться по инстанции. Тем более что машина Ковальского три дня стояла под окном и никто к ней не подходил, такого раньше не было. Тогда участковый ему сказал: «Пиши, дед, прямо сейчас заявление, что слышал, как из квартиры звали на помощь. В случае чего будешь сам отвечать!» Дед не испугался и написал. Вызвали слесаря, с понятыми открыли квартиру. А там чисто!

– И все? – спросил Алямов.

– В смысле, что никого нет, – уточнил Куликов. – Но на полу четкие следы замытой крови. В комнате и ванной. В общем, участковый позвонил в «убойный» отдел, мы приехали и начали разбираться. Дед оказался очень внимательным и рассказал, что в тот день во двор приезжали несколько машин. Он их номера переписал.

– Ну, прямо, как в кино, – прокомментировал Алямов. – Зрение-то у него хорошее?

– Так у него же бинокль! На специальном штативе прямо у окна закреплен… Да, чуть не забыл! В квартире мы все посмотрели, ничего ценного там не нашли. Документов, кстати, тоже не было. А вот все вещи хозяина – на месте.

– Значит, замочили из-за квартиры? – предположил Алямов и глянул на Гуськова. – А я тут при чем? Это не по моей епархии.

– Ты до конца дослушай, – сердито сказал Гуськов. – Что за привычка такая перебивать?!

– Номера машин мы проверили. – Куликов вытащил из папки лист. – Установили владельцев.

Алямов глянул и легонько присвистнул.

– Радзин Сергей Юрьевич, – прочитал он. – Интересно… Непонятно!

– Еще старичок сказал, что та женщина и раньше приходила в квартиру Ковальского. Иногда одна, иногда вместе с ним.

– С Радзиным? – не понял Алямов.

– С Ковальским. Ну, как бы его подруга. И тут у меня как-то случайно получилось, даже сам не ожидал…

Куликов достал из папки яркий глянцевый журнал. «Высший свет» – было написано на обложке.

– У меня в сумке этот журнал неделю болтался, я все забывал его выкинуть. А в нем вот что… – Куликов открыл журнал и положил перед Алямовым.

На цветном развороте был запечатлен момент какой-то тусовки. Мужчины в смокингах и галстуках-бабочках, женщины в вечерних платьях, обнажающих их едва не до пояса. Радзина Алямов узнал сразу, он был в самом центре композиции под руку с красивой молодой женщиной.

– Я так понимаю, что старичок его узнал, – кивнул Алямов.

– Его – нет, – мотнул головой Куликов. – А ее – да! Вот она.

Он показал на спутницу Радзина.

– Так это… – пробормотал Алямов.

– Я езди в редакцию, узнавал. Это жена Радзина. Она к Ковальскому и ходила. Потом состоялся тот самый базар, и Ковальский пропал.

– И что вы сейчас делаете? – азартно спросил Алямов.

– Ничего особенного. По заявлению соседей объявили розыск Ковальского как пропавшего без вести. Квартиру, естественно, контролируем, но в ней так никто и не появлялся.

– Так ты полагаешь, что Радзин ликвидировал любовника своей жены? – спросил Алямов. – Самостоятельно или с чьей-то помощью?

Куликов вздохнул и развел руками.

– Чтобы ответить «да» или «нет», вначале нужно найти труп. А трупа-то и нет. Если его вывезли частями или целиком – а я полагаю, что так оно и было, – то спрятали очень хорошо. Теперь придется ждать, пока он найдется. Если вообще найдется.

– Лихо… – пробормотал Алямов. – С Радзиным и его супругой, ты, конечно, не беседовал?

– Конечно, – кивнул Куликов. – О чем я с ним стал бы говорить? Да и не дали бы. Мой начальник подсказал, что нужно обратиться к полковнику Гуськову…

– А он откуда знает? – насторожился Алямов? – В смысле, твой начальник?

– Откуда положено, – вмешался Гуськов. – Тут все нормально, Билял, утечки нет, его начальник по нашим вопросам уже помогал. Итак, ты все понял?

– Более чем, – сказал Алямов. – Только что со всем этим теперь делать?

– Работать. Остальные машинки отрабатывать. Если труп был, не в «бээмвухе» же Радзина его в поле вывозили. Куликов тебе поможет. Так или нет, Куликов? Дело у вас теперь общее… Кстати, Билял, заодно присмотришься к нему, мы его на перевод в управление готовим. В общем, успеха!..

Мысль о том, что нужно как следует проверить свою квартиру, пришла Радзину бессонной ночью, и он обругал себя, что не додумался сделать этого раньше. Когда Шавров приступил к исполнению своих обязанностей в холдинге Радзина, он дважды обнаруживал в квартире шефа «жучков». Всякий раз это случалось после семейных приемов, когда в доме единовременно появлялось множество людей, среди которых кроме политиков, банкиров и полуодетых поп-звезд обязательно оказывались какие-то непонятные и совершенно незнакомые Радзину личности. Кстати, после второго раза, по настоянию Шаврова, Радзин прекратил приглашать к себе домой не только деловых партнеров, но и резко сократил круг участников даже сугубо семейных торжеств. В последний раз подобную проверку люди Шаврова делали всего месяц назад и убедились, что квартира чиста от подслушивающих устройств. Теперь же Радзина не покидало ощущение, что у него за спиной постоянно, ежеминутно находится нечто чужое и враждебное. Радзин, впрочем, отдавал себе отчет, что подобное ощущение может быть и свидетельством приближающейся паранойи, но, приняв решение, должен был довести дело до конца.