Анна Данилова - Два лица Пьеро [litres]

Седов ухмыльнулся. Хороший вопрос – и так ловко задан. Конечно, охранник не признался, однако в его термосе с кофе эксперты обнаружили снотворное. Может, он специально его туда подсыпал, находясь в сговоре с преступником. А может, он действительно ничего не знал и просто выпил свой кофе со снотворным. Но тогда кто же его усыпил? У кого был доступ к его будке? Кому он доверял? Кто, наконец, кормил его?

– Скажите, Вероника, кто приносил еду охраннику?

– Я приносила. Мне не трудно. Я, когда готовила еду, всегда откладывала или отливала ему, вернее, им – их было двое, одного звали Саша, другого Анатолий – в специальные контейнеры или термос. Но я не подсыпала ему, Саше, туда ничего такого, чтобы он уснул. Что вы так на меня смотрите? Думаете, что я не понимаю, почему преступник вошел в дом? Конечно, Саше подлили или подсыпали в еду снотворное. Они оба, Саша и Анатолий, хорошие парни. Я уверена, что никто из них никогда бы не стал помогать тому, кто решил причинить вред Жене и ее детям. Да и Залетаеву они были преданы. Им хорошо платили, к тому же у них работа – не бей лежачего! Синекура!

Седов много раз беседовал с Сашей. Глядя в его распухшее, в кровоподтеках лицо, и, задавая ему вопросы, он ожидал услышать от него хотя бы одно худое слово о своих хозяевах, но, даже после того как Женя в сердцах разбила ему лицо, он продолжал говорить о ней почти с нежностью.

– Еще неизвестно, как я бы сам себя вел, окажись на ее месте… У меня, правда, нет детей, но если бы были и если бы мой охранник пропустил убийцу…

На вопрос, кто ему приносил еду в тот вечер, перед покушением, он сказал – Женя. Что она после похорон и огромного количества посетителей хотела остаться одна, с детьми, и что даже Вероники с Катей не было, она попросила их уехать.

– Ты можешь вспомнить, что именно она тебе принесла?

– Там после поминок осталось много еды, я еще не съел даже всего того, что мне Вероника приносила раньше. А в тот день Женя принесла кофе в термосе, картошку с курицей.

– А Катя? Что можешь рассказать о ней?

– Думаю, что Женя сделает все, чтобы помочь ей с разводом, потому что муж у Кати – козел, урод и бьет ее. И если бы Катя в ту ночь осталась в доме, ничего бы не случилось. Вы не смотрите, что она выглядит как лохушка, просто ей не до себя, не до своей внешности… А так она умная и все понимает. А еще у нее доброе сердце.

– Что именно понимает?

– Что после похорон Женю нельзя было оставлять одну, она и мне тоже об этом говорила. А еще она сказала, что Жене надо что-то решать с бизнесом, что нужен человек, который помог бы ей в этом. Она говорила что-то о Кирилле Ракитине, в том смысле, что ему нельзя доверять. Что он, скорее всего, начнет действовать, подбивать клинья к Жене, чтобы впоследствии прибрать к рукам весь залетаевский бизнес. Еще говорила, что Женя и не заметит, как он вскружит ей голову, парень-то молодой, а у нее ни разу в жизни не было молодого мужчины…

Седов поблагодарил Веронику за информацию и, когда она ушла, сразу же позвонил в Болгарию.

– Женя? – спросил он, услышав в трубке женский голос.

– Извинявайте… После… – ответили ему и отключили телефон.

Седов отправился в дом Залетаевых – искать болгарский след. Позвонив в охранную фирму, он поговорил с Никитой Вадимовичем, ее владельцем, его люди приехали, открыли дом, впустили туда Седова.

Он сразу направился в кабинет Залетаева, расположенный на первом этаже, окнами в сад. Распахнул окно, потому что было душно, и, просматривая документы в ящиках письменного стола, мог слышать то, что говорили снаружи.

– Жаль, камеры ничего не зафиксировали, – сказал один из охранников, – Надо же, уроды, стреляли по детям!

– Так отключили же камеры… Явно кто-то из своих…

– Может, домработница была в сговоре?

– Да всякое может быть. А еще я думаю, что, может, никакого покушения и не было, что эта девица Залетаева сама все придумала.

– А смысл?

– Может, узнала о наследнике Залетаева и все так подстроила, чтобы на него подумали… Хотя как-то все это слишком уж сложно.

– А я думаю, что хотели попугать. Может, к ней уже приходили, предлагали, скажем, купить бизнес, да они в цене не сошлись. Вот они и сказали, чтобы она продала по дешевке, а если, мол, не согласишься, то вот, смотри, что может быть с твоими детьми.

– А что, эта версия вполне себе нормальная, реальная, я бы даже сказал.

– А что этот следователь Седов?

– Да говорят, толковый…

Седов кашлянул, не в силах слушать и дальше весь этот бред, и охранники сразу замолчали.

Поскольку доступа к сейфу у него не было и он мог ограничиться изучением лишь тех документов, что находились в открытом доступе, то единственное, что он нашел, связанное с Болгарией, это рекламный проспект маленького отеля «Пьеро» в Варне. Возможно, Залетаевы когда-то останавливались там. Вполне возможно, что и Женя сейчас там. В таких маленьких семейных отельчиках постояльцы, как правило, помнят хозяев и, перед тем как отправиться снова туда, предварительно звонят, договариваются о дате заезда. Во всяком случае, больше ни в одном документе Варна не упоминалась.

Седов набрал указанный на проспекте номер отеля. Но связаться с ним не удалось – даже гудков не было.

Из окна, сквозь листву цветущего жасмина, он увидел проезжавшую мимо ворот по дороге машину – серебристый джип. Судя по звуку, он остановился где-то неподалеку.

Прямо напротив ворот, на противоположной стороне дороги, зеленели старые, опустившие свои гибкие и густые ветви до земли ивы, за которыми простирался чужой сад, окаймленный металлической оградой. И только справа виднелась красная крыша высокого беленького аккуратного особнячка и массивные черные ворота, возле которых остановился джип.

Седов подумал об автомобильном видеорегистраторе, поднялся из-за стола, сложил аккуратно все бумаги в стол, вышел из дома, поблагодарил охранников, которые при виде него отвели взгляды, и вышел за ворота.

Возвращаться к массажисту, тревожить его во время его романтических наслаждений было явно рано – день был в самом разгаре. Договаривались же на вечер.

– Страшно представить себе, что сейчас происходит в отеле, – вздохнула Женя, когда они с Микой устроились на террасе одного из кафе, чтобы перекусить, – Полиция, носилки с трупом, эксперт… Наверняка и рядом с отелем уже собралась толпа, и все обсуждают убийство. Нет, ты не подумай, что я пекусь только о репутации отеля, нет, просто я вообще никак не могу привыкнуть к мысли, что сама, своими глазами видела труп этой молодой женщины. Надо же, приехать на море и вот так умереть… И чтобы мухи жужжали над головой… И чтобы… такой запах… Это что же такое могло произойти между этими двумя женщинами, что одна убила другую?! Причем удушила! Ты вот, Мика, могла бы, к примеру, кого-нибудь удушить?