Борис Воробьев - Искатель, 2019 № 02

Вновь образованные страны не могли иметь армий, хотя милиция всецело находилась в их руках. Старых сыскных сотрудников, ныне переименованных в уголовных агентов, сократили и заменили национальными кадрами, но те не имели практического опыта и поэтому в громких делах просили помощи центральных властей.

— Где? — коротко спросил Кирпичников.

— Эстляндский край. — Адъютанта передернуло, он до сих пор считал ошибкой придание окраинным краям самостоятельности. Ему импонировало прежнее название — Российская Империя.

— Город?

— Между селениями Лонтовой и Хатермяэ… — На последнем слове офицер споткнулся и шепотом выругался, потом продолжил: — Находится хутор Ватермяги, и там убиты все жители.

— Сколько? — Аркадий Аркадьевич понимал, что сам адъютант ничего не знает, а передает ту информацию, что предоставили.

— Шесть, в том числе два малолетних ребенка.

— Когда выезжать?

— Сегодня.

— Сколько сотрудников я могу взять с собою?

— Это на ваше усмотрение. Есть еще вопросы?

— Нет, — коротко ответил Кирпичников и хотел бросить от раздражения телефонную трубку, но поиграл желваками и медленно положил на аппарат. Он-то не виноват!

Аркадий Аркадьевич вызвал дежурного по уголовному розыску и приказал разыскать Кунцевича. Тот явился через несколько минут, задумчивый, со складкой на лбу. За прошедшие годы осанка так и не изменилась, все так же подтянут, но вот в глазах поубавилось доброты, появился налет подозрительности.

— Вызывали? — спросил заместитель.

— Да, Мечислав Николаевич. — Кирпичников поднялся из-за стола и протянул руку. Кунцевич пожал ее.

— Опять проблемы? — заместитель вскинул брови.

— Как же в нынешнее время без них, — Аркадий Аркадьевич рукой указал на стул и сам сел за стол.

— Какие подвиги нам предстоит совершить сейчас? — В голосе Кунцевича звучали иронические нотки.

— Вам, Мечислав Николаевич, предстоит возглавить уголовный розыск, пока я буду находиться в следственной ссылке.

— Ссылке? — не понял заместитель.

— Меня усылают в Эстонию для проведения следственных действий.

— Наши самостоятельные края не в состоянии обойтись без нас?

— Не знаю, — Кирпичников постучал пальцами по столешнице, — не знаю, — повторил в задумчивости.

— Что там на этот раз?

— Как обычно, убийство.

— Всего-то? — брови Кунцевича снова поползли вверх. — Невидаль, убийство.

— Не простое. — Аркадий Аркадьевич сжал губы, потом продолжил: — На одном из хуторов убита целая семья.

— Ну, если только семья, — опять же ирония звучала в каждом слове Мечислава Николаевича. Он, так же как и адъютант генерала Игнатьева, с недоверием относился к череде объявлений независимости национальных краев, хотя и в составе Российской Республики. Уж если захотели самостоятельности, так будьте любезны в рамках этой самой самостоятельности вести все дела, в том числе и уголовные. А если нет опыта, так набирайтесь и учитесь. — Что ж они сами не могут найти злоумышленников?

— Видимо. Хотя… — Кирпичников умолк и процедил сквозь зубы: — А может быть, меня хотят удалить из столицы.

— Аркадий Аркадьевич, зачем так сложно, было бы проще отправить вас в отставку.

— Может быть, Мечислав Николаевич, вы и правы. И я уже по инерции вижу во всех действиях Игнатьева заговоры.

— На какой срок вы уезжаете? — Кунцевич перевел разговор с неприятной темы на другую, более приближенную к земле.

— Вот этого я знать не могу, — начальник уголовного розыска помял пальцами мочку уха, — может быть, на неделю, а может, и на месяц. Сути дела, к сожалению, я не знаю, поэтому… Не знаю, Мечислав Николаевич, не знаю.

— Вы кого-то возьмете с собою?

— Придется, так что не обессудьте, что заберу лучших.

— Это как ведется, — усмехнулся заместитель, — хотя за последние годы у нас все сотрудники лучшие.

— Спорить не буду.

— Но все-таки?

— Громова, Салькова, Вербицкого и, пожалуй, Иванцова Евгения.

— Само собой, лучшего эксперта.

— Ну а как же, — теперь настала очередь улыбнуться Аркадию Аркадьевичу.

— Значит, ничего не известно об убийстве?

— Ничего. Вам, Мечислав Николаевич, предстоит распутывать клубочек иностранного подданного Бабара. Не торопитесь, этот господин немало крови может попортить. С англичанами сейчас у нас отношения дружеские, но депешами наше Министерство иностранных дел могут забросать, и от самых высокостоящих особ. Там целое змеиное гнездо. Отправка ценных произведений искусства была поставлена Бабаром на поток. Это сейчас его случайно открыли, а до этого у нас творилось сплошное безобразие. Вспомните в особенности семнадцатый год. Ко всему прочему, наш подопечный через Митяя Одноглазого — помните такого? — так вот, через него выискивал исполнителей, наводил на квартиры интересующих его коллекционеров и просто богатых людей. Но и это не все. Исполнители как в воду канули. Смекаете?

— На тот свет отправлял? — спросил удивленный Кунцевич.

— Возможно, хотя тела-то девать куда-то надо. Они не иголка, чтобы за лацканом спрятать.

— Дела! Говорите, индус?

— Совершенно верно, но английский подданный.

— Читывал я про них, но сталкиваться не приходилось.

— Вам и карты в руки. Так что могу вам только посочувствовать. Если что, телефонируйте мне или шлите телеграммы. Адрес я вам пришлю.

Поезд в направлении Таллинна (эстонцы возвратили столице старое название) отправлялся в час ночи. Предстояло ехать до небольшого городка Тала, в котором в семидесятых годах прошлого века была построена станция. Билеты в вагон первого класса привез из канцелярии генерала Игнатьева молоденький курьер с предательски совестливыми красными пятнами. Он самолично вручил конверт начальнику уголовного розыска.

— Итак, — Кирпичников рассматривал небольшие прямоугольные картонные карточки синего цвета, — сегодня мы отбываем для проведения дознания в Эстонию.

Сотрудники, отобранные для порученного задания, внимательно внимали начальнику.

— Предстоит ответственная работа не только потому, что нам поручено следствие, а и потому, что мы с вами, господа, профессиональные розыскники и просто обязаны найти преступника, лишившего жизни шестерых граждан. Понятно?

Молчание, с одной стороны, говорило о согласии, с другой — о понимании. Нельзя оставить преступника без наказания.

— Можно вопрос? — нарушил молчание Громов, начальник первой следственной бригады, крепкий малый среднего роста с сильными руками и широкими плечами.

— Давай.

— Оружие с собою брать?

Кирпичников улыбнулся.

— Само собой. А вам, Евгений Сидорович, — Аркадий Аркадьевич обратился к эксперту, — ваш неизменный чемоданчик.