Наталья Александрова - Ночное солнце

– А чего ждать? – удивилась женщина. – Я вам сразу скажу – работал. Много лет работал, а потом уволился.

– А по какой причине? – осторожно спросила Надежда, стараясь излишним любопытством не спугнуть собеседницу.

Перед ней лежала трудовая книжка Максима Дроздаева, в которой было сказано, что проработал он в фирме «Азимут» шесть лет. Шесть лет – это явно не так много.

– По самой обычной причине. Уволился в связи с уходом на пенсию! – охотно пояснила женщина.

– На пенсию? – Надежда не сумела сдержать удивления. – По инвалидности, что ли?

– Почему по инвалидности? По возрасту, как возраст подошел – так и уволился. Сын у него разбогател, построил дом большой в Подмосковье, вот и взял отца к себе.

«Далось им это Подмосковье!» – в сердцах подумала Надежда.

– А вам что от нашего Михаила Прохоровича понадобилось? – полюбопытствовала женщина. – Вы почему интересуетесь?

– Как вы сказали – Михаил Прохорович? – встрепенулась Надежда. – Не Максим Петрович?

– Нет, конечно, я старых сотрудников всех по именам помню! – обиделась женщина.

– Ох, простите меня, ошибка вышла! – Надежда решила поскорее закончить разговор. – Я недавно работаю, вот решила разобраться в бумагах, а тут полный кавардак.

– Документы нужно в порядке держать, – в голосе женщины поубавилось теплоты.

– Конечно, конечно! – и Надежда поскорее повесила трубку.

Подумав, Надежда решила, что Максим Дроздаев был личностью скользкой и верить ему нельзя. А посему – нужно его проверить. Только не в лоб, а по-хитрому.

Она выписала на бумажку паспортные данные Дроздаева и вышла из квартиры, взяв только ключи.

Идти было недалеко. Надежда не стала ждать лифта, а поднялась по лестнице на один этаж и позвонила в квартиру, которая находилась как раз над ней.

В этой квартире уже год жили мама с сыном. Женщина работала и растила сына одна, какая-то у нее была сложная история с любовником, который скоропостижно умер, а законная вдова откупилась этой вот трехкомнатной квартирой, присовокупив, чтобы любовница на большее и не рассчитывала.

Подросток был, как и многие его сверстники, помешан на компьютерах, оттого и были у него проблемы с учебой, особенно с математикой.

Тут Надежда по рекомендации все той же Антонины Васильевны пришла ему на помощь и за год упорных занятий сумела убедить мальчишку, что учиться все-таки надо, в противном случае останешься в нищете и безвестности, поскольку мать даже приличного компа купить ему не сможет. И поскольку денег Надежда Николаевна принципиально за свои занятия не брала (еще не хватало с матери-одиночки деньги тянуть!), то Димка Надежду уважал и считал себя обязанным ей помогать чем только сможет.

Надежда нажала на кнопку звонка и подождала. В квартире стояла тишина. Нисколько не огорчившись, Надежда снова нажала на кнопку и теперь уже не отпускала.

Через пять минут она услышала неторопливые шаркающие шаги, и дверь открыли, не спрашивая. Димка был по летнему времени в длинных трусах, на которых расположились все Симпсоны, и босиком. Взгляд его был отрешенный.

– Ой, а вы кто? – удивился он.

– Димка, да приди же в себя! – рассердилась Надежда. – Ты что, совсем в Сеть ушел? Это же я!

– Ой, теть Надя! – Димка потряс головой и превратился в нормального мальчишку. – А мамы нету!

– Знаю, что нету, – ворчала Надежда, протискиваясь в квартиру, несмотря на неявное Димкино сопротивление, – оттого ты в таком затрапезном виде находишься. На дворе белый день, люди уж отобедали, а ты небось еще и не завтракал! И пахнет тут, как в конюшне! Давно пора у тебя порядок навести!

И то правда, в Димкиной комнате был ужасающий беспорядок, валялись упаковки от чипсов и коробка из-под сока, грязные носки и майки.

Димка, надо думать, оглядел комнату ее глазами и слегка устыдился. Он затолкал грязное белье под кровать, прихватил мусор и скрылся, чтобы появиться через две минуты в несвежих футболке и шортах.

Надежда в это время открыла окно и стряхнула крошки с компьютера. Поглядев на Димку, она убедилась, что ребенок не совсем безнадежен, все же мать сумела привить ему какие-то навыки общежития. И не дурачок, в компьютерах отлично разбирается. Что ж, все остальное со временем приложится.

– Чего нужно? – спросил Димка, усаживаясь рядом, он знал уже, что просто так соседка не припрется за солью там или за уксусом. Не тот человек.

– Я знаю, ты многое умеешь, – льстиво начала Надежда, – мне бы в базе данных городского ЗАГСа пошарить… Если городского не хватит – тогда по всей России.

– Ну, теть Надя, это же подсудное дело! – Димка замахал руками, как мельница крыльями. – Хакерство нынче карается по закону! Шутка ли – защиту сломать!

– Димка, не валяй дурака! – рассердилась Надежда. – Чем раньше сломаешь, тем скорее я уйду!

– Ладно. – Мальчишка уже нажимал на кнопки.

– Долго защиту ломать? – полюбопытствовала Надежда, наблюдая за его работой.

– Да какая там защита, это же не секретная организация! Вот, готово, диктуйте!

– Дроздаев Максим Петрович…

– Так… а на него ничего нету… никакой информации… а, нет, вот, пять лет назад он женился на Дроздаевой Елене Анатольевне и взял ее фамилию.

– А был? – напряглась Надежда.

– А был Верховенский Максим Петрович.

– Ага, стало быть, сын Петруши Верховенского, – пробормотала Надежда, вспомнив роман Достоевского, – ох, любит Максим Петрович классику!

– Вы это о чем? – мимоходом удивился Димка.

– Так, проехали, что там с Верховенским?

– А ничего… – Димка смотрел удивленно, – ничего про него нету. Никаких сведений. Ладно, теть Надя, мне сейчас идти надо, я потом еще посмотрю.

– Осторожней там! – нахмурилась Надежда, ситуация ей очень не нравилась.

Что еще за тайны мадридского двора? Очень все подозрительно. Даже более чем.

Вернувшись домой, Надежда взяла себя в руки и принялась за домашние дела. Но почти ничего не успела сделать, когда в дверь позвонили. Она вышла в прихожую, посмотрела в глазок.

На лестничной площадке стояло существо с растянутым, как у лягушки, ртом и выпученными рыбьими глазами. Сделав поправку на искажающую оптику, Надежда узнала в госте Димку и распахнула дверь.

Димка ввалился в квартиру, и нос его непроизвольно потянулся в сторону кухни.

– Ты, наверное, есть хочешь! – догадалась Надежда. – В твоем возрасте мальчишки всегда есть хотят.

– Я? Да нет… – Димка покраснел. – Мама мне не велит у вас есть… вы и так с меня за занятия денег не берете.

– Ерунда! – отмахнулась Надежда, направляясь к холодильнику. – Тем более я с тобой сейчас и не занимаюсь.

Она отрезала большой кусок зернового хлеба, намазала его неприлично толстым слоем масла, положила сверху огромный кусок ветчины, немного подумала и украсила свое произведение маринованным огурчиком.