Галина Романова - Ангел мщения

— Да запросто! — возмутился Серега, не уточнив, что конкретно имеет в виду. — Слышал я, что он по свидетелям подался.

— В смысле? — Валера остановил барабанную дробь по оплетке руля.

— Начальству уже звонили и жаловались, что какой-то парень… С его приметами, замечу. Так вот какой-то парень ездит по адресам тех людей, которые так же присутствовали на заседании в зале суда, и задает им неудобные вопросы.

— Оп-па! — Валера прищурился. — А когда ты собирался мне об этом сказать, друг мой, майор Новиков?

— Так затем и звоню, чтобы сказать. Сам узнал десять минут назад. Ладно, подожди еще немного и дуй в отдел. Писанины много.

Илья явился через полчаса после этого разговора, разволновавшего Арского до ругани. Парень шел по двору, еле переставляя ноги. Вид у него был подавленным и уставшим. Лицо серое.

— Секачев? — окликнул его Валера, незаметно подобравшись сзади, когда тот уже подошел к подъездной двери.

— А? Что?

Он не дернулся, не побежал. Просто обернулся на Валеру. Минуту рассматривал недоуменно, потом узнал.

— Это вы. — Он тяжело вздохнул, тронул ладонью припухшие глаза. — Простите, совсем забыл о нашей с вами договоренности. Замотался.

— Не по адресам ли свидетелей мотались, гражданин Секачев? — Капитан Арский сделал суровое лицо. — Вы что вообще себе позволяете? Кто вам дал право?

— А вам?

Илья вдруг передумал входить в подъезд. Спустился по подъездным ступенькам и сел на лавочку, устало откинулся на жесткую деревянную спинку.

— А вам кто дал право хулить ее? Смешивать с грязью ее доброе имя? Кто вам позволил, господа полицейские? Алла была чистым, добрым, справедливым и умным человеком. Я не знал никого другого с таким набором человеческих качеств, понятно?!

Илья пытался гневно повысить голос, но сил не было. Вышло печально и устало. Он снова коснулся ладонью глаз.

— Вы навешали на нее всех собак просто потому, что она погибла. Просто потому, что она не может защищаться.

Его голос сел, и он замолчал на минуту. Смотрел все время мимо Арского, стоявшего напротив лавочки. Кадык судорожно дергался. Он старался не заплакать, понял Валера.

— Понимаете, Илья, сразу несколько человек утверждают, что именно Алла пронесла в сумке термос, в котором, возможно, и было взрывное устройство.

— Какая сумка?! О чем вы вообще?! — резким движением он вскинул руки и прижал кончики пальцев к вискам. — Алла ненавидела сумки! Их у нее не было ни черта. Ни рюкзаков, ни сумок. На занятия ходила с пакетом. А в обычной жизни все рассует по карманам и идет себе куда глаза глядят. Карточка, мобильник. Все. Никакой помады или пудры.

— Почему?

— Потому что ей это не было нужно. Она и без всякой этой штукатурки была красивой.

Конец фразы у него вырвался со всхлипом. И Илья снова надолго замолчал.

— Послушайте, Илья, я понимаю ваше желание защитить вашу девушку. Восстановить ее доброе имя, но… Но факты — вещь упрямая, как любит говорить мой друг. Масса народу видела ее с сумкой, в которой были бутерброды и термос с чаем.

— Это не ее сумка. Это была не ее сумка!

— Возможно, — не стал спорить капитан и присел рядом с Ильей на скамейку. — Может, ее кто-то попросил ее пронести в зал суда. Может, кто-то просто навязал, и у нее не было времени отказать. Зачем она вообще туда пошла? Что ей было в том судебном процессе? Какой интерес?

— Алла знала одного из парней.

— Которым в то утро выбирали меру пресечения?

— Да.

— И? Знала и знала. Зачем пошла-то туда? Даже занятия прогуляла, насколько мне стало известно.

— Ну, она считала, что парней подставили. Что вся эта дурацкая драка была спровоцирована.

— Настолько спровоцировали бедных мальчишек, что один из них выбил плечо пострадавшему? А второй наставил синяков хозяину ресторана? — Валера недоверчиво хмыкнул. — Всегда можно остановиться. Всегда, понимаете, Илья? И на любые провокации можно ответить просто уходом. Просто надо было повернуться и уйти, а не вступать в пьяную драку с хозяином ресторана и его другом. По причине, понятной только им.

Илья помолчал. Потом кивнул согласно:

— Возможно, вы и правы. Только Алла не хотела сдаваться. Она видела во всей этой истории какой-то политический подвох. Утверждала, что этот пострадавший какой-то важный фигурант в одном из коррупционных скандалов.

— Ах, она была в курсе! — обрадованно подхватил Арский и еле сдержался, чтобы ладонь об ладонь не потереть.

— Какой секрет! — фыркнул Илья. — Этот фигурант на каждом телевизионном канале засветился. Везде его интервью.

— Согласен, — не стал спорить Валера. — Так Алла-то зачем туда пошла? Восстановить справедливость? Или из любопытства? Она в свидетели не была заявлена. Зачем она была там?

— Я не знаю, — нехотя признался Илья и согнулся. Упер локти в колени, спрятал лицо в ладонях. Глухо повторил: — Я не знаю.

— Любопытной не была. В свидетели заявлена не была. Что ее туда погнало, Илья? Желание отомстить?

И повисла пауза. И согнутая спина Секачева будто одеревенела. И когда он выпрямлялся, Валере показалось, что он слышит поскрипывание.

— Знаете… Я долго думал и все никак не мог понять. А вот сейчас вы сказали, и я… Наверное, вы правы. Алла, возможно, и хотела чего-то подобного. Это… Это было у нее в крови — мстить обидчикам. Но как?! Где она взяла эту дрянь?! Кто ее направил?

— Масса хороших вопросов, Валера, — звонко шлепнул в ладони Сергей Сергеевич Новиков. — И это не абы какой, но прорыв. Согласись?

Валера молча пожал плечами. Он вообще остерегался пока строить версии. Делать какие-то прогнозы. Его раздражало, что разработку по фигурантам разделили на два ведомства.

— Слава богу, что хоть никто нас не контролирует, коллега, — оскалился Новиков, когда Валера ему пожаловался.

Да, не контролировал их никто, но и сведениями по расследованию особенно не делились. Сцеживали по капле.

— Разве можно так работать, Серега? — возмущался он. — Пока они секретятся, из-под носа у нас может уйти важная информация и…

— Не уйдет от тебя никакая информация, — проворчал Новиков. — Ты вон и сам сколько информации нарыл. Пусть завидуют!

Валера не считал, что узнал что-то важное.

Да, Секачев разговорился, раскрылся, но по сути нового ничего не сообщил.

Алла была красивой, умной, доброй. Но при этом обладала скверным характером. Управлять им она не могла. Одному Илье как-то удавалось ее контролировать, но тоже не всегда.

— Ее часто заносило, — признался он, сидя бок о бок с Валерой на скамейке в своем дворе. — Она была без тормозов.

Новиков, услышав это, обрадовался.

— Значит, запросто могла протащить в зал заседания что-то такое в термосе, что потом рвануло.