Наталья Солнцева - Медвежий сад

– Мне показалось или вы пьяны?

– Я не пьянею, Шубин, в этом вся беда. Не могу расслабиться!.. По нашему клубу опять шастал оперативник, приставал к сотрудникам. А ко мне не зашел, хотя я был на месте.

– Он уже говорил с вами.

– С тобой он тоже говорил?

– Я ничего лишнего не сказал и не скажу. Насчет остальных не знаю… что они видели, что слышали. Думаю, все обойдется.

– Почему же он со мной не побеседовал?

– Значит, не было нужды. Зачем без толку беспокоить занятого человека?

Варламов покосился на картину «Медвежий сад», и его передернуло. Он налил себе большую порцию бурбона и сделал пару глотков. Шубин внимательно наблюдал за ним.

– Сыщики из убойного стоят на ушах, – процедил босс. – Рано или поздно они что-нибудь пронюхают.

– Что именно?

– Мы не в пустыне, Шубин!.. Не в вакууме!.. Вокруг полно любопытных глаз и чутких ушей! О маньяке только немой не говорит.

– Нам-то что до этого?

– Нам?.. – Варламов смерил тренера тяжелым взглядом и опрокинул в рот свой бурбон. – Нам по барабану. Верно? Нас это не касается…

Он опять потянулся за бутылкой, но Шубин забрал ее и поставил на подоконник.

– Трезвая голова лучше соображает, – бросил он.

– Это у кого как. Я, например, от спиртного начинаю мыслить креативно. Мой друг Гаранин не зря наркотики употреблял! Вон какое полотно написал… кровь в жилах стынет, – Варламов указал пальцем на «Медвежий сад» и громко икнул. – Ты глянь, Шубин, не боись!

Тренер повернулся, озадаченно уставился на холст и пожал плечами.

– Меня живопись не впечатляет.

– Завидую я тебе, Паша… Не нервы, а канаты. А я старею, видать… выдыхаюсь…

– Да вы что, Игорь Сергеич? Вы еще в самом соку.

– Я не барышня, меня лестью не возьмешь, – буркнул Варламов. – Дай сюда бутылку!

– По-моему, вам хватит, – осмелел Шубин. – Не то глупостей наделаете. Вы меня зачем вызвали? Бурбон лакать?

– Посоветоваться хочу. Есть у нас с тобой выход из тупика? Или пойдем сдаваться?

– Русские не сдаются.

Варламов откинулся на спинку кресла и смерил сотрудника напряженным взглядом.

– Скользкий ты, Паша, мутный. Не пойму я тебя… Вроде хороший мужик, а что у тебя в душе? Непроницаемый мрак. Темная ты лошадка.

– А вы, значит, воин света, – ухмыльнулся тот. – Рыцарь без страха и упрека. Ну да, куда же мне со свиным рылом в калашный ряд?

– Ты мне зубы заговариваешь? – рассвирепел Варламов.

– Я взываю к вашему рассудку. Не наломайте дров, Игорь Сергеич. Я за решетку не пойду и вам не советую.

– От тюрьмы и от сумы не зарекаются. А если вдруг… – Он замолчал на полуслове и покосился на «Медвежий сад». Свет падал на картину под таким углом, что фигуры казались живыми и шевелились. – Он на меня смотрит, – выдавил Варламов. – Ей-богу! Может, я свихнулся от этой чертовщины, но…

– Кто смотрит?

– Мужик со шпагой…

– Там два мужика на помосте, – заметил Шубин. – Один в камзоле, а второй…

– Который в рубашке.

Тренер впервые как следует рассмотрел изображенных на холсте бойцов.

– Он чем-то на вас смахивает. Ваш друг Гаранин, случайно, не придал ему ваши черты?

– Ты тоже считаешь, что он на меня похож? Мне приходила в голову эта мысль…

Шубин и Варламов не доверяли друг другу и в то же время были связаны общей тайной. Каждый подозревал другого, и оба делали вид, что это не так.

– Художники и писатели часто используют в качестве прототипов своих знакомых. Иногда нарочно, иногда подсознательно. Я недавно кино по телику видел, как раз про это. Там один литератор своего друга в детективе описал, а потом тот стал убийцей. Попал под влияние образа.

– Типун тебе на язык, Шубин!

– Ой, Игорь Сергеич… я не то хотел сказать…

– Жизнь покруче любого фильма будет, – вздохнул Варламов. – Я когда помещение у Фокина покупал, не догадывался, в какой капкан попаду. Он хоть наркоту толкал, но сам не пристрастился.

– Так и вы вроде не употребляете.

– Иногда я думаю, что у меня галюны. Это все подземный газ… от него мозги отключаются, и накатывает всякая хрень.

– Не всякая, – покачал головой Шубин. – А вполне конкретная.

– Может, замуровать ход к чертовой матери? Наглухо.

– Вам решать, Игорь Сергеич. Только я бы не торопился. Мало ли чем это обернется?

Варламов понимал его правоту. Они сообщники и вынуждены прислушиваться к мнению друг друга.

– Тебя жуть не берет? По поводу… ну, сам знаешь чего.

– Берет. Я уж и так и сяк прикидывал…

– Выход есть? Или мы себя загнали в угол?

– Выход должен быть!

– Я его не вижу. Туплю, брат, даже бурбон не помогает.

Шубину тоже захотелось выпить. Но если они с Варламовым оба наклюкаются, это вызовет недоумение персонала. Что за дружба между боссом и тренером? До сих пор они не афишировали свои отношения.

– Я не верю, что все шито-крыто, – признался Варламов. – У меня чуйка будь здоров. Произошла какая-то утечка, зуб даю. Зашатался мостик под нами, Паша.

Шубин вспомнил допрос, который ему устроила Аля, и потер затылок. Утечка неизбежна. В конце концов кто-нибудь заинтересуется подвалами и прочешет их вдоль и поперек.

– Я сам бывший диггер, – сказал он, глядя на бутылку с остатками бурбона. – И ни черта не понимаю!

– Фокин меня не предупредил, каналья. Карту подземелий дал, и все.

– А было о чем предупреждать?

– Ты намекаешь, что дело во мне? – мрачно изрек Варламов. – Н-да… любой бы сделал такой вывод. Раньше на Малой Дмитровке маньяков не водилось. Подпольный притон был, бандитские разборки, облавы ментовские были, а про серийные убийства никто не слышал. И это паршиво, Шубин…

Ренат устал копаться в базе правоохранителей и отправился в кухню варить себе кофе. Полиция вела расследование ни шатко ни валко. Убийства не объединили в серию, чтобы не создавать себе проблему. Трупы оставались неопознанными, орудие преступления ни разу обнаружить не удалось, место, где происходила смертельная схватка между Фехтовальщиком и его жертвами, найдено не было.

Лариса жарила отбивные и размышляла, какие на вкус запеченные в углях крысы.

– Наверное, гадость, – пробормотала она, переворачивая лопаткой подрумянившееся мясо. – Фу!

– Пахнет вкусно, – возразил Ренат. – Пожалуй, пора подкрепиться. Когда будем ужинать?

– Через полчаса.

– Тогда я подожду. Хотел кофе выпить, но передумал.

– Что, если погибшие расстались с жизнью не под землей? – предположила Лариса. – Их туда сбросили уже мертвыми. А потом…

– Опять вытащили на поверхность? Чушь!

– Чушь, – согласилась она.

Ренат приоткрыл окно, чтобы выпустить дым. Вытяжка работала из рук вон плохо.

– По-твоему, Травкин и его приятель Антон лгут? Они же слышали звуки боя.

– Не стыкуется, – кивнула Лариса. – Я понимаю, но…