Галина Романова - Первый шаг к пропасти

И той, что за дверью сидит и разыгрывает невероятную занятость.

– Здрассте, здрассте, Анастасия Витальевна, – вошел он к ней стремительной походкой и сразу плотно закрыл дверь, чтобы рыхлая девка не подслушивала.

– Здравствуй, Артур, – произнесла Анастасия и внимательно оглядела его с головы до ног.

И мстительно улыбнулась. Поубавилось, поубавилось шика-то. Вроде и вещи все те же, а что-то пропало. В осанке, во взгляде. В поведении появилась какая-то судорожность, нервозность.

– Что заставило тебя снова здесь появиться? – осведомилась она.

Развернулась в кресле так, чтобы выставить напоказ свои ноги. У нее были красивые ноги. Никаких вен или сосудистых звездочек. Мускулистые, гладкие, загорелые. Сегодня, как знала, надела короткое платье.

– Неужели соскучился? – погрозила она ему пальцем, как воспитательница грозит в детском саду деткам.

– Да, – выкрикнул он излишне громко, тут же спохватился и качнул головой. – Нет.

– Тогда зачем ты здесь?

Ответ ей явно не понравился, она спрятала ноги под стол, уронила руки на колени.

– Нужно кое-что прояснить. – Артур прошелся языком по губам. Он сильно волновался.

– И что же? Проясняй. Только быстро. Времени в обрез, – соврала она.

Времени у нее было вагон! Она который день ничем не занималась, спихнув все на заместителя, которого взяла после смерти Илонки. У нее были опущены руки, как сказала бы ее мать. Из-за чего? Да из-за всего, господи!

Смерть Илоны выбила ее настолько, что она не могла спать, есть, заниматься ежедневными оздоровительными процедурами. А она ведь никогда их не пропускала, никогда!

Потом к этому добавился конфликт с этим мерзавцем, который сейчас стоит и кривляется перед ней с оскорбленной рожей.

И полиция! Конечно, полиция! Вот кто ее доканывает. И не дерзкий лейтенант – Валерий Ломов, которого она поначалу боялась так, что ладошки потели, а тихий, неприметный Владимир Викторович Ярных. Вот кто не давал ей жизни. Он приходил к ней почти через день. Сюда она приходить запретила, разрешила навещать ее дома. И он этим воспользовался.

Покоя не было.

Она издергалась, устала, кожа вокруг рта – самая уязвимая ее зона – вдруг стала обвисать. Левое веко подергивалось. Еще неделя, другая, и она совершенно перестанет быть на себя похожей. На себя прежнюю.

– Мне кажется, что я заслужил, – начал Артур, излишне высоко задрав подбородок. – Отработал твои подарки.

– И?

– Так почему вдруг оказывается, что все то, что ты мне якобы дарила, мне вовсе не принадлежит?! – заорал он на такой высокой ноте, что, кажется, сам от себя оглох.

– В каком смысле? – Ее губы глумливо ежились. В глазах плясали черти.

– В том смысле, что регистрационное свидетельство на квартиру – липа!

– Да ты что? – притворно изумилась она.

– Да! Это просто фантик! Нет такой регистрации в госреестре, поняла?!

– И как же это выяснилось, Артурчик?

Она примерно догадывалась – как, но не могла себе отказать в удовольствии поунижать этого зарвавшегося альфонса.

– Я поехал в риелторскую контору.

– С целью? – перебила его Анастасия.

– С целью выставить квартиру на торги.

– Зачем?

– Затем, что мне надо на что-то жить, дура! – заорал он, сжав кулаки с такой силой, что казалось, кожа на костяшках лопнет. – Ты уволила меня! Уволила! И я решил продать эту квартиру, потому что она слишком большая для меня одного. Я хотел купить что-то попроще. А оказалось, что квартира не моя. Ты врала мне! Ты подсунула мне филькину грамоту. И я как дурак…

– Ты и есть дурак, Артурчик, – лениво улыбнулась она. – Ты всерьез полагал, что я способна так неразумно пылить деньгами? Да, квартира, не скрою, покупалась исключительно под тебя. Мне она не была нужна. У меня есть жилье. И я рискнула, выдернув деньги из бизнеса. Но не настолько же я должна была рисковать, чтобы деньги эти пустить по ветру! Вот я и придумала со знакомым мне нотариусом эту уловку. И, как видишь, не зря. Ты не разочаровал меня.

– Сука, – тихо всхлипнул Артурчик, дошагал походкой робота до гостевого диванчика, рухнул на него. – Илонка… Она тоже утверждала, что квартира принадлежит мне. Ты и ей врала?

– Я и ей врала.

– Почему?

– Потому что она, как и ты, врала мне тоже. Вы все время врали мне. Все время. Не удивлюсь, если ты спал с ней, – она брезгливо плюнула в его сторону. – Засранец!

– Я не спал с ней. Это сто пудов, – он поставил локоть на диванный подлокотник, растопыренными пальцами накрыл лицо. – Мы не были близки физически.

– Зато во всем, что касается ваших заблудших душ, полная совместимость, – фыркнула Анастасия и ткнула в него пальцем. – Падшие вы оба! И ты и Илона!

– Что ты знаешь? – скривил он губы. – Что ты можешь знать о наших душах, миллионерша!

– Мне в ваших душах копаться было недосуг, Артур. Но то, что вас связывало что-то нехорошее, знаю точно. Что за дела вас связывали, Артур? Ввязались в криминал?

Он промолчал.

– Так я и думала! Идиот! Хорошо, что я уволила тебя. А то не отвязалась бы от полиции еще и поэтому.

Анастасия выбралась из-за стола и прошлась по кабинету, старательно попадая в поле его зрения своими точеными коленями. Почему-то ей было важно, чтобы он понял, какую красавицу потерял. Не только ее деньги, но и ее шикарное тело потерял этот слизняк-неудачник.

Она остановилась рядом с диваном, на котором Артур изо всех сил демонстрировал разбитое сердце.

– Во что она тебя ввязала, Артур? Это ведь она, не ты. Ты не способен на инициативу. Это она. Во что ты впутался, мальчишка?

– С чего ты взяла?

Он убрал руку от лица, вжал голову в плечи и полез задом поглубже в диванные подушки.

– Потому что у нее внезапно родилась идея покупки загородного спортивного клуба, а это деньги! Очень хорошие деньги! Откуда они у нее?

От нее не укрылось, что он с жадностью смотрит на ее ноги. И это ей понравилось. Это его частично извинило.

– Ты же выкупила у нее свою часть акций.

– Это мизер.

– Ты знаешь, чем она промышляла, Настя. Она любила щекотать людям нервы.

– Того, что она помалу щипала с них, шантажируя, тоже не хватило бы. Этого хватало ей на безбедное житие. Но на клуб… Сомневаюсь. Куда она тебя втянула, ну? Говори быстро! Пока еще не поздно. Пока еще можно что-то предпринять.

– Настя! – его глаза наполнились слезами. – Ты, правда, поможешь мне? Не бросишь одного?

– Нет, не брошу.

Она сама не знала: правда это или ложь. Вроде и гаденький человечишка: сдал ее полиции, не подтвердил ее алиби, врал постоянно, за ее спиной собрался продать квартиру, которую она ему подарила. Разве такое можно простить?

А с другой стороны, она совсем осталась одна. К тому же она ему тоже не всю правду говорила. И с квартирой обманула.