Галина Романова - Первый шаг к пропасти

И когда к нему подошел незнакомец в сером спортивном костюме и яркой красной бейсболке, он еле устоял на ногах. А когда спросил, он ли Артур Игнатов, он даже привалился спиной к киоску. Ноги отказали на хрен!

Он так и думал, что незнакомец вытащит сейчас из кармана серых штанов ксиву и прикажет следовать за ним.

– Вам просили передать.

Малый, которого Артур видел впервые, вытащил из-за пазухи сверток, в котором угадывались плотно уложенные купюры. Сунул сверток ему в руки и через пару секунд растворился в толпе. Артур судорожным движением расстегнул молнию на сумке, спрятал среди вещей сверток с деньгами. Застегнуть молнию получилось быстрее.

Уф! Господи, спасибо! Господи, спасибо! Все, теперь на вокзал!

Он толкал локтями людей на эскалаторе, снова опускаясь под землю. Он спешил. Он вспомнил, что через пару часов со знакомой платформы отправляется скорый поезд в том направлении, которое он выбрал. Он вспомнил расписание и очень торопился.

И совсем не смотрел по сторонам. Он не отрываясь смотрел в кишку тоннеля, где уже появился свет электропоезда. И пропустил тот момент, когда за его спиной замаячил человек в сером спортивном костюме и красной бейсболке с очень низко опущенным козырьком. За секунду до того, как с пронзительным визгом тормозной системы по нему проехались стальные колеса электропоезда, Артур только и почувствовал, что легкий толчок в спину.

И все. Его просто не стало.

И он, конечно, не мог видеть и знать, как неторопливо поднялся наверх мужчина в сером спортивном костюме. Как он вышел на улицу, завернул через пару кварталов за угол многоэтажной высотки. В незнакомом ему дворе стащил с себя бейсболку, спортивный костюм, остался в тонких летних брюках и черной футболке. Снятую одежду скомкал и убрал в пакет, который достал из кармана тонких летних брюк. Поправил длинные черные волосы. И пошел обратно к метро.

Артур не мог знать, что незнакомец вернулся, чтобы убедиться: работа сделана на «отлично». По пути он избавился от пакета, сунув его в руку молодому парню, который будто случайно столкнулся с ним. И ко входу в метро подошел с пустыми руками. Снова спустился на эскалаторе вниз, пристроился к толпе зевак и простоял до тех пор, пока не увидел, как вытаскивают с рельс изуродованное тело. Нет, он задержался еще на пару минут. Дождался, когда тело упакуют в пластиковый черный пакет, застегнут на нем молнию. И лишь затем ушел. Только потом позвонил из таксофона опять же наверху и опять же в паре кварталов от входа в метро.

– Все нормально, – пробормотал он быстро.

– Точно?

– Абсолютно.

– Хорошо. Спасибо.

Все, на этом его пребывание возле станции метро завершилось. Он сел в такси и уехал.

И уж точно не знал, с каким изумлением часом позже рассматривали сверток, извлеченный из сумки погибшего Артура Игнатова.

– Буклеты? Зачем ему были нужны эти буклеты? – Валера Ломов крутил головой, избегая смотреть на стажера.

Тот стоял, не приближаясь к прозекторскому столу, на котором покоились останки бедного Артурчика Игнатова. Без конца судорожно сглатывал и то и дело смахивал пот с верхней губы. Его мутило. Жутко хотелось в туалет. А еще окунуть голову под ледяную струю воды. А еще подумать. Очень основательно подумать: зачем ему позвонила Анастасия Лугова? Зачем наврала?

Она же сказала, что Артур приедет ее встречать. А он вместо этого сорвался из квартиры с дорожной сумкой, в которой совершенно точно находился мини-набор для путешествия. И поехал он прямо в противоположную от туристической фирмы сторону, где ждала его появления вероломная любовница. Встретился с каким-то человеком, который передал ему сверток, по виду напоминающий сверток с деньгами. Все было зафиксировано на записях с камер видеонаблюдения. Все! И даже то, как этот же самый человек столкнул Артура на рельсы. А потом исчез.

– Зачем ему были нужны эти хреновы буклеты? – снова повторил Ломов. И, глянув на стажера, проворчал: – Ладно, давай выйдем отсюда. А то сейчас упадешь.

На самом деле, как подозревал Володя, Ломову самому было тошно от вони и вида располосованного тела. Просто признаться он не мог. Куда проще выставить стажера хлюпиком.

Они вышли из здания морга. Глубоко и часто задышали. Тошнота отступила, но воды все равно хотелось. Много. Чистой. Ледяной.

– Он думал, что это деньги. Это очевидно, – произнес Володя, стоя за спиной Ломова.

– Деньги, деньги. Что понять не мог, что ему в руки суют? Не корчи из себя самого умного, Вова. – Ломов сплюнул себе под ноги.

– Я не корчу. Просто рассуждаю логически, – и он, не выдержав, тоже сплюнул, во рту стало тесно от тошнотворной густой слюны. – Он позвонил кому-то и тут же сорвался. Встретился с человеком, который передает ему сверток, по виду напоминающий пакет с деньгами. Он его быстро прячет и мчится вниз.

– Зачем?

– Чтобы уехать. Сбежать. Этот поезд идет в направлении трех вокзалов.

Ему страсть как не хотелось умничать. Но Ломов иногда настолько тупил, что приходилось объяснять очевидные вещи.

– Хочешь сказать, что его поимели?

– Дважды. Первый раз обманули, подсунув вместо денег буклеты. Второй, когда сбросили на рельсы. Он стал опасен. Убийца тот, с кем он говорил по телефону. Может, и не сам убивал, может, использовал кого-то, но Игнатов совершенно точно кого-то сильно напугал.

– Кого?

– Того, кому позвонил прямо перед своим бегством.

– Ох… – Ломов сморщился, как от желудочных колик. – А позвонил он по телефону, который зарегистрирован хрен знает на кого! И что же нам теперь делать, Вова? Кого брать за одно место? Кажется… Кажется, у меня есть ответ. Поехали, Вова.

– Ну что, рискнем? – Валера Ломов задрал руку на уровень кнопки звонка. – Ну, смотри, Серега! Если не выгорит, я тебя…

– У тебя есть выбор? – отозвался тот, поигрывая ключами от машины. – Если есть, то пошли отсюда.

– Нет. Выбора у меня пока нет.

– Тогда звони.

И Валера нажал на звонок. Мелодичная трель не успела утихнуть, как тяжелая металлическая дверь приоткрылась. За дверью, как и ожидалось, стояло двадцатилетнее милое создание, звавшееся Вероникой. Вероника была заспанной, припухшей со сна, растрепанной, но от этого не менее прекрасной.

Эта женщина может считать себя поистине красивой, подумал Сережа, наблюдая за тем, как Ломов демонстрирует девушке свое служебное удостоверение и делает попытку за попыткой проникнуть за тяжелую дверь ее квартиры.

– Вызывайте повесткой, – протянула Вероника слегка капризно. И нежно зевнула.

Так зевают маленькие котята, сделал очередное наблюдение Сережа. И тут же некстати вспомнил, что так же зевала по утрам его Светка. Нежно, слегка постанывая, улыбаясь.