Мишель Бюсси - Время – убийца

Остальной путь они проделали молча.

Осунувшийся Франк и Валу сидели за столом. Перед отцом стояла чашка кофе, свежая как роза дочь поглощала кукурузные хлопья с шоколадным молоком, посматривая на яичницу-глазунью и апельсиновый сок.

Клотильда стояла у раковины. Франк сделал глоток кофе и заговорил:

– Хочешь хорошую новость, Валу? Мы можем плавать на 470-й, той яхте, что я зафрахтовал, два-три дня, а не один. Даже неделю.

Валу расковыряла вилкой желтки и спросила:

– Неделя втроем на яхте?

– Вдвоем. Мама останется на берегу. Мы будем делать остановки в Аяччо, Портиччо, Проприано… И в бухтах, доступных только с моря.

Девочка вытерла тарелку хлебом и, не попросив уточнений, достала телефон: точь-в-точь генеральный директор, которому потребовалось срочно отменить все дела, назначенные на ближайшие дни.

Клотильда ходила по бунгало, складывала в рюкзак Валу теплые вещи, лекарства, зубные щетки, крем от загара, любимое печенье дочери, любимые бисквиты Франка – в количестве, достаточном для двоих. Она играла роль идеальной жены, предупредительной и заботливой, но поможет ли это все исправить?

Кретинка!

С чего она решила, будто сегодня «играет роль»? Много лет те же действия были привычными и естественными.

Франк встал.

– Идите, я сама все уберу.

08:57

Их ждал принадлежащий кемпингу минивэн. Франк с Клотильдой несли к стоянке тяжелые рюкзаки. Валентина шла следом, глядя на экран мобильного, как будто загрузила в него GPS-приложение, которое не давало ей потеряться на территории.

Франк бежал.

Смывался, драпал, уплывал с тонущего корабля в открытое море на шлюпке. «Что я делаю? – подумала Клотильда. – Притворяюсь, что не изменяла ему? Не сама заварила кашу?» Она не чувствовала себя виноватой. Казалось, все случившееся было запрограммировано много лет назад, а она – игрушка в чьих-то руках. Франк за ней шпионил, скрыл часть правды и мог легко все подстроить – и документы из сейфа забрать, и накрыть тот проклятый завтрак. Франк хотел свести ее с ума. Вчера не дал встретиться с матерью, сегодня крадет у нее дочь. Корит ее за то, что сбежала на несколько часов ради встречи с Наталем, а теперь собрался исчезнуть на несколько дней в неизвестном направлении.

Франк сказал: «Нужна пауза, чтобы все обдумать. Чтобы защитить Валу…» – и Клотильда не стала спорить. Именно этого она сейчас хотела, ей нужно время на расследование.

Шофер по имени Марко уже стоял рядом с минивэном.

– Надо идти…

Клотильда расцеловала Валентину, подошла к мужу и спросила, сделав лицо жалкой идиотки:

– Вы мне позвоните? Обещаете?

– Если в Бермудском треугольнике будет сигнал, – откликнулась Валентина, не отрываясь от экрана.

Машина исчезла в конце дороги. Франк договорился с Червоне Спинелло, что их отвезут в порт Кальви, к 470-й, а «пассат» оставил Клотильде. Единственные слова, которые он утром сказал жене, касались машины: документы в ящике для перчаток, уровень масла нормальный, шины подкачаны, ключ от бензобака там-то. Клотильда слушала вполуха – она прекрасно знала устройство двигателя, а Франк играл роль мужа, оскорбленного в лучших чувствах, но ведущего себя с достоинством.

Ее альтер эго мужского пола.

Такой же глупый. Ну поциничней, раз напоследок показал, как откидываются спинки сидений.

По дороге на Кальви ехали семьи в легковых машинах и кемпинг-карах, и у Клотильды комок стоял в горле, хотя она не впервые расставалась с мужем и дочерью. Каждую субботу Франк водил Валу на баскетбол. Их не было несколько часов (не дней!), а она «сбегала» – не с любовником, с книгой.

Клотильда стояла и думала об отце: за несколько дней до аварии у скал Петра Кода он тоже ушел в море на паруснике – во всяком случае, так ей рассказывали – и вернулся в День святой Розы, 23 августа.

Послезавтра…

Кто-то тронул Клотильду за руку, она обернулась и увидела Червоне Спинелло. Он дал указание Марку и согласился оказать услугу Франку.

– Не грусти, Клотильда, тебе повезло. Франк взял Валу с собой, а другой мужик смылся бы, оставив ребенка на жену.

– Проехали, Червоне…

Он не обиделся. Не отпустил ее руку. Клотильда закусила губу – она ни за что не разнюнится перед этим гадом! Не хватало, чтобы он подавал ей носовой платок. Разговаривать с ним она в любом случае не станет. Ей вдруг пришло в голову, что она с самого утра не видела в кемпинге Орсю. Куда он пропал после ночной вылазки? Конечно, можно спросить у Червоне, но она не собирается откровенничать с директором кемпинга.

– О Якобе Шрайбере по-прежнему ничего не слышно?

– Нет, – ответил Червоне. – Если старик не объявится до вечера, я сообщу в жандармерию.

«А почему ты до сих пор этого не сделал? – подумала Клотильда. – Вы ведь приятели с капитаном Кадна…» Вслух задать вопрос она не успела.

– Звонила твоя бабушка Лизабетта, она была в панике и сказала, что дедушка Кассаню хочет увидеться с тобой. Как можно скорее.

– В Арканю?

– Нет… – Спинелло выдержал драматическую паузу и закончил: – Наверху. Там. – Он кивнул в сторону Капу ди а Вета, на пухлые облака.

Клотильда проследила за его взглядом и заметила крошечный черный крест на фоне неба. Чистые, легкие воспоминания, подкравшиеся к ней, как дар свыше, спугнула глумливая реплика Червоне:

– Если безумный старик не полетит на вертолете, а потащится пешком, он точно сдохнет у подножия этого креста.

Вторник, 22 августа 1989,

пятнадцатый день каникул,

небо голубое, как Земля из космоса

Ку-ку, мой конфидент, проснулись?

Вы в форме? Можно начинать рассказ о моих снах и утренних кошмарах? Очень раннеутренних! Если скажу, который час, вы обалдеете.

Помните мою миссию, мой договор с Наталем о поцелуе в щеку, если удастся уговорить дедушку Кассаню? Я сдержала обещание, попросила о встрече – деловой! – и дед согласился. Назначил время и место: Арканю, 05:00 утра!

Я никогда не встаю раньше двенадцати…

Пять утра? А вот и не слабо. Я явилась вовремя, не зная, что меня ждет.

Должна сказать, мой мудрый, неболтливый читатель, что переживаю во время этих каникул потрясающие эмоции. Каждый день мечется между худшим и лучшим: враньем взрослых – и плаванием с дельфинами. Сегодня чувствую себя легкой и свободной, захочу – оседлаю облако или поймаю за хвост королевского орла.

Ладно, сказала «а», придется выложить все до конца.

В пять утра, задолго до восхода солнца, дедуля ждал меня во дворе Арканю, у подножия зеленого дуба, с палкой в руке и биноклем на шее, который он тут же перевесил на меня.

– Смотри. – Он указал на горную гряду на юге, выше Нотр-Дам де ла Серра.