Марина Серова - А счетчик тикает

— Ну ведь она была у вас в офисе? Я же ее именно оттуда выкрала? Вспомните, может, что-то было?

— Да нет, в эти дни у меня особенных дел не было. А если и были, то Даша в основном находилась в соседней комнате.

— В самом деле, это отпадает. — Кофе был выпит, и мои мыслительные способности истощились, я зашла в тупик.

Тупо уставившись на противоположную стену кафе, имитирующую подводное царство — с рыбами из папье-маше и настоящими водорослями, — я размышляла о том, почему же эти уроды хотят убрать Дашу. Надо попробовать старый испытанный метод — поставить себя на их место. Чем бы мне могла так досадить Даша, что мне захотелось бы от нее избавиться? Ничего не придумывалось. Другое дело — если бы она была моей дочерью. Тогда у меня не было бы недостатка в поводах (шутка): более шумного и капризного ребенка я еще не видела. Хотя родители, кажется, таких как раз больше любят. Нет, а вот чем бы мне могла помешать Даша — совершенно посторонняя девочка?

Так, похоже, и этот путь тупиковый. Нет, ну что же она могла такое видеть? Я не думаю, чтобы она могла что-то знать: слишком уж она маленькая. Но вот увидеть и, возможно, запомнить — это запросто. И это должно быть нечто очень серьезное, какое-то преступление. Преступление, преступление… Какое же преступление могла увидеть Даша?

Я перевела свой тупой взор со дна морского на Наталью Семеновну. Она терпеливо ждала, пока я окончу свой мыслительный процесс и выдам что-нибудь особо умное. Да-а, с особо умным было туго. Хотя… А что, это мысль:

— Наталья Семеновна! Вы говорите, что ваша подруга с мужем попали в автомобильную аварию.

— Да.

— А где в это время была Даша?

— Даша? Тоже в машине. Она чудом не пострадала, только царапины и шоковое состояние… Хотя ваши друзья-врачи сказали, что и шока никакого у нее нет.

— Ага. Что же, это вариант.

— Что вы имеете в виду?

— Возможно, с этой аварией что-то нечисто.

— Даже если так, вы полагаете, что Даша может что-то знать об этом? Она же совсем маленькая! — Наталья Семеновна фыркнула от возмущения.

— Нет, я так не думаю. Но, если эта авария была подстроена и если ее подстроили те, кто сейчас охотится за Дашей, они вполне могут думать, что девочка что-то знает.

— Глупости какие! — Наталья Семеновна продолжала кипеть от возмущения.

— Согласна. Но другой версии у меня пока нет. Буду работать пока по ней и параллельно искать что-то еще.

— Я могу вам чем-то помочь?

— Да, конечно. Если вспомните что-то, связанное с Дашей или ее родителями, немедленно звоните мне. В любое время суток.

— Обязательно.

— Так, еще такой вопрос: а чем занимались Дашины родители?

— Мать — Дашей. И компьютерными программами. А отец — по-моему, дизайном офисов и всего такого прочего. У него была своя фирма. Небольшая, но доход был достаточно стабильный.

Нет, ну все в этой стране перевернуто с ног на голову — баба занимается компьютерами, а мужик — дизайном. По-хорошему, надо бы наоборот. Но все это лирика, а вот что мне действительно интересно, так это то, было ли в их бизнесе что-то нелегальное. Наверняка было — у нас в стране абсолютно легальное зарабатывание денег почти невозможно. Меня интересует степень нелегальности: может быть, именно здесь ключ к разгадке. Но вот как бы подипломатичнее спросить у Натальи Семеновны об этом?

Очевидно, этот вопрос ясно высветился у меня в глазах, потому что Наталья Семеновна по собственной инициативе сказала:

— Не буду утверждать, что они вели кристально чистый бизнес, но все было в рамках разумного. Особенно с момента рождения Даши. Они стали очень осторожны, очень боялись, что какая-нибудь их ошибка может отразиться на ребенке.

— Понятно, Наталья Семеновна, спасибо.

Мы помолчали, я быстренько составила план действий и взглянула на часы: обещанные Наташке сорок минут подходили к концу. Как раз успеваем. Последние уточнения, и можно отсюда сматываться.

— Наталья Семеновна, мне нужны фамилии, имена и отчества вашей подруги и ее мужа, полное название фирмы мужа, номер и марка их машины и примерное место, где произошла авария.

— Минуточку, — Наталья Семеновна задумчиво полезла в сумочку, достала оттуда клочок бумаги и ручку и начала что-то писать. Написала довольно много и остановилась. Покусала ручку, потерла виски, но, видимо, эти действия мало помогли ей. Она беспомощно посмотрела на меня.

— Что? Что-то не вспомнилось?

— Да, я не помню номер их машины.

— Не страшно. На кого она была зарегистрирована?

— На мужа.

— Вот и замечательно, надеюсь, этого хватит.

— Вы действительно думаете, что Дашу ищут из-за аварии?

— Не знаю. Но пока это единственная путная версия.

В этот момент появилась официантка и поинтересовалась, не надумали ли мы еще что-нибудь заказать. Мы не надумали, поблагодарили ее за чудесный кофе, и Наталья Семеновна расплатилась. Судя по стоимости кофе, к здешнему столику его транспортировали непосредственно из Турции и Италии на самолетах. Официантка еще раз нам улыбнулась, пригласила бывать почаще и удалилась. Наталья Семеновна рассеянно порылась в кошельке и поинтересовалась:

— Танечка, а что с накладными расходами? Я вам за сегодня что-то должна?

— Нет, все сегодняшние траты у меня впереди. Завтра расплатитесь, — я могла бы, конечно, включить в счет моральный и материальный ущерб, но не позволила профессиональная гордость: ведь я получила и то и другое по собственной глупости и безалаберности. Однако пора идти. — Наталья Семеновна, идемте.

— Да, конечно, — она поднялась и пошла следом за мной.

Мы вышли на улицу и зашагали по направлению к запасному входу в налоговую инспекцию. Черт, совсем забыла — нужно же позвонить. А то придется стоять под Наташкиными окнами и орать во всю глотку. Этого нам в нашем положении лучше не делать.

— Наталья Семеновна, дайте ваш сотовый, я позвоню, что мы идем.

— Сотовый? — переспросила Воронова и растерянно проронила: — А он у меня остался в машине.

— Да что вы! Какое совпадение! И у меня в машине. И ни к вашей, ни к моей машине подойти нет никакой возможности. У обеих сидит наша добровольная охрана. Нам остается один выход — воспользоваться услугами автомата.

Дальнейшие наши действия отличались хаотичностью, бестолковостью и беспомощностью, поскольку все встреченные на пути автоматы радовали нас однообразной надписью: «Звонить только по жетонам». Естественно, что места, где можно было бы купить жетоны, в округе не наблюдались. Когда же мы набрели на киоск, в котором продавались жетоны, мы закупили их целую кучу. Само собой разумеется, что на следующем телефоне-автомате красовалась табличка: «Звонить только монетой». Прочитав эту надпись, мы синхронно выругались и прошествовали дальше по направлению к налоговой.