Сандра Браун - Чужие интриги

– Дэйли, ты мой самый лучший друг, – шепнула она.

– Да, да, – сердито буркнул он, отпихивая ее. Но Барри не обиделась – за этой напускной грубостью скрывался суеверный страх. Она тоже не любила прощаться. Нехорошее предчувствие сжало ей сердце.

– Дэйли…

– Все будет в порядке. – он уселся за руль.

Кивнув, Барри захлопнула дверцу. Она попыталась на прощанье поймать его взгляд, но Дэйли явно избегал встречаться с ней глазами. Взревел двигатель, и Барри посторонилась, пропуская его. Она еще долго смотрела ему вслед, пока габаритные огни автомобиля не скрылись в темноте.

– Барри!

– Иду. – она поспешно забралась в машину. На переднем сиденье стоял бумажный пакет из магазина. – Это что такое?

– Реквизит. А там у тебя что? – буркнул он, кивнув на ее сумку.

– Видеокамера, – отсутствующим тоном бросила она. – Ты правда уверен, что все будет хорошо, или просто говоришь то, что мы с Дэйли хотим услышать?

Грей повернулся.

– Не стоит тебе ехать со мной, – бросил он. – Оставайся с Дэйли. Позаботься о нем, а я все сделаю сам.

Легкость, с которой он готов был отказаться от ее помощи, подействовала на нее, как пощечина.

– Иди ты к черту, Бондюран!

– Именно туда мы и направляемся.

Добравшись до пригорода, где обычно селились представители среднего класса, Бондюран отыскал подходящие кусты и припарковался позади них.

– Выгляни, – попросил он Барри, перебираясь на заднее сиденье. – Посторожи, пока я переоденусь.

– Пока ты что? – непонимающе переспросила она.

– Переоденусь.

Стащив с себя обтрепанные джинсы и застиранную футболку, в которых обычно ходили хиппи, Грей вытащил из пакета темно-серый костюм, белоснежную рубашку и темный галстук.

– Ты бы предупредил. – Барри удивленно таращилась на него. – Я бы тоже прихватила с собой что-нибудь приличное.

– Разве мама не учила тебя, что всегда надо одеваться прилично?

– Может, и учила. Я обычно старалась не слушать, – парировала Барри.

Стараясь держаться в тени кустов, они направились к стоявшему на углу дому. За всеми окнами, кроме одного, выходившего на улицу, горел свет. Метавшиеся по стенам голубоватые блики просачивались сквозь щели в опущенных жалюзи – в комнате работал телевизор.

Возле дома на подъездной дорожке стояла машина и небольшой пикап с трейлером. Грей сделал Барри знак укрыться в тени живой изгороди, отделявшей дом от участка соседей. Сунув ей в руки бумажный пакет, он подкрался к трейлеру. Задняя дверь была заперта, но на то, чтобы справиться с замком, потребовалась всего пара секунд, и Грей жестом подозвал к себе Барри. Она поспешно бросилась к нему. Забравшись внутрь, Грей захлопнул дверь и запер ее изнутри.

– Садись. – он кивком головы указал на тянувшуюся вдоль стенки скамью. Потом стащил с себя пиджак, уселся и положил пиджак на колени.

– И что мы будем тут делать? – Барри окинула взглядом трейлер.

– Не хотелось бы вас разочаровывать, капитан Марвел [13], но это явно не Тэйбор-Хаус.

– Парень, который здесь живет, работает в Тэйбор-Хаус. Мне удалось отыскать клинику ранним утром, как раз, когда закончилась ночная смена. Я проследил за ним до самого дома.

– А может, у него сегодня выходной?

– Возможно.

– А если твой план не сработает?

– Возможно.

– И что тогда?

– Попробуем другой вариант. Может, помолчишь для разнообразия? Кто-нибудь может нас услышать. Просто сиди и жди.

Барри послушно сложила руки на коленях и погрузилась в молчание. Обитая чем-то мягким скамья уже не казалась такой удобной. Спустя час терпение Барри лопнуло.

– Знаешь, играть в разведчиков совсем не так весело, как я думала. Я бы даже сказала, скучно.

– Шшш… – Грей приложил палец к губам, приказывая ей замолчать. Раздался слабый скрип. Потом где-то неподалеку негромко хлопнула дверь. И тут Барри услышала голоса, мужской и женский.

– Только не гони, – попросила женщина.

– Ладно.

– У тебя сегодня двойная смена?

– Нет. Вернусь домой около восьми.

– Хорошо, тогда я приготовлю тебе завтрак.

Мужской голос теперь звучал громче – хозяин дома явно направлялся к пикапу.

– Сладких снов!

– Пока.

Они услышали, как заскрипел гравий под чьими-то ногами, что-то лязгнуло – видимо, мужчина отпер дверцу пикапа. Машину слегка качнуло, когда он забрался в кабину. Грей, заметив, что Барри открыла рот, собираясь что-то спросить, сурово покачал головой. Она поняла намек.

Двигатель, пару раз чихнув, бодро заурчал. Они почувствовали слабый толчок, когда трейлер тронулся с места. Не успели они отъехать, как из встроенных динамиков зазвучала мелодия в стиле «кантри».

– Поедем с музыкой, – одобрительно кивнул Грей. – И славненько – по крайней мере теперь нас вряд ли услышат.

– Значит, он работает в Тэйбор-Хаус?

– Судя по рабочему комбинезону, он либо техник, либо уборщик.

– Какая она?

– Ты о клинике? Бывший особняк в георгианском стиле. Много зелени, территория обнесена высокой стеной. Очень уединенное место, до ближайшего шоссе миль десять, не меньше. Не сразу и отыщешь. У ворот дежурит охранник. Один вход, он же выход.

– Стало быть, ты рассчитываешь, что этот тип поможет нам пробраться внутрь, – сообразила Барри.

– В этом и состоит мой план.

– А если на входе охранник заглянет в трейлер?

– Вряд ли. На лобовом стекле машин медперсонала имеется специальная наклейка.

– Хороший план.

– Скажешь это, если выберемся отсюда целыми и невредимыми, а не в пластиковых мешках.

Содрогнувшись от одной мысли об этом, Барри поспешила сменить тему.

– Что сказал Амбрюстер?

Грей в двух словах пересказал разговор с сенатором.

– Ты ему веришь? – спросила Барри.

– Понадобится, надавлю на него еще раз. Но пока он держит слово. А я постараюсь сдержать свое.

– Просто не верится, что они купились на эту дурацкую байку о некомпетентности персонала!

– Сенатор кому угодно выкрутит руки.

– И все равно… это несколько странно.

– Отнюдь. Если выкрутить руки не удастся, сенатор просто вырвет их с корнем, такие у него привычки. Послушай, он потолковал с нужными людьми и убедился, что до них дошло, ясно? Он всеми силами пытается вернуть свою дочь – у меня нет причин в этом сомневаться. Ради того, чтобы сохранить Ванессе жизнь, он готов заключить сделку с самим дьяволом – иначе говоря, со мной.

Да, все правильно. А то, что двигает Греем, и так ясно. Любовь. Барри старалась об этом не думать. Впрочем, как и о том, каким образом Ванесса отблагодарит своего верного рыцаря, когда все закончится.

Она даже набросала нечто вроде сценария: Ванесса остается в живых, после чего разводится с Дэвидом Мерритом. Итак, она свободна и может жить долго и счастливо со своим героем, вырвавшим ее из лап кровожадного мужа-убийцы.