Владимир Колычев - Честный вор

– Ты этого хочешь, ты об этом и говоришь. Сейчас говоришь. А о чем ты раньше думала? Думала, что Артем не вернется? Ну да, он мог сгинуть в лагерях. И срок ему могли лет на двадцать накрутить…

– Ты о себе лучше подумай. Если он узнает… А он может узнать!

– И что?

– Меня он не тронет, а с тебя спросить может. А он в законе!

– Кто в законе?

– Артем.

– Не слышал, – снисходительно усмехнулся Коробок. Он был на сходе, слышал про Есаула. Не вопрос, говорили о нем очень уважительно, как будто он был законным вором. Но коронации не было, Коробок это точно знал. – Да я и сам в законе! – с гордостью расправил он плечи.

– Ты?! В законе?! – с презрительной усмешкой посмотрела на него Дарина.

– А что не так? Какой вопрос я не могу решить? – обиженно проговорил Миша.

– Да нет, ты можешь решать вопросы… И даже хорошо, что ты в законе, – виновато посмотрела она на него.

– Не хорошо, а очень хорошо.

– И кто ж тебе так удружил? Сергил?

– Не только Сергил. Еще три вора подписались. И сход не возражал. Я уже почти десять лет на положении, если ты не в курсах…

– Да нет, в курсах, просто как-то неожиданно. Ты же срок вроде бы не мотал…

– Сергил мотал. А я ему на «общак» засылал. Должен же кто-то на воле работать.

– Так ты, типа, работник тыла? – снова завелась Дарина.

– Слышь! – цыкнул на нее Миша.

– Все, все! Извини! Просто за Артема обидно стало… Ну, если он не в законе.

– Не в законе он.

– Почему? Он так долго к этому шел.

– Значит, не дошел. Может, «косяк» упорол или просто не дозрел… Зачем ты меня позвала?

– Ну, ты же моя «крыша».

Миша кивнул. Это действительно было так. Система практически не изменилась, компания «Экспоруд» как платила ворам, так и продолжала отстегивать. Но пока Сергил мотал срок, за фирмой присматривал Коробок. Само собой, на «общак» солидные суммы уходили, но и к рукам кое-что прилипало, причем чисто на законных основаниях. Ну, почти… В любом случае, никто ничего не докажет.

– Вообще-то Сергил уже откинулся. Он при делах.

– Да я как-то с тобой привыкла дела иметь, – улыбнулась Дарина.

– Ты дела имеешь, я имею тебя, нормальный ход, – ухмыльнулся он. – Может, проведем конференцию? Номер я уже заказал…

– Ну, можно… – пожала она плечами. – Можно. Пока Есаул не вышел.

– Есаул? – нахмурился Коробок.

Ему вдруг обидно за себя стало. Он помогал Дарине решать серьезные проблемы, были случаи, когда приходилось физически устранять врагов и конкурентов. Она знала его силу, но боялась Артема. И ей плевать, что Миша может на это обидеться.

– Какой-то у нас тут гнилой базар, – с усталым видом обронил он. – Может, это наши с тобой отношения прогнили?

– Да нет, просто Артем нас пугает, – пожала она плечами.

– Меня не пугает. И не надо мне тут про него втирать, – скривился Коробок и неожиданно произнес: – Знаешь, а я ведь даже не женат. Понимаешь, о чем я?.. Я на тебе женюсь. Ты разведешься со своим мужем и выйдешь за меня.

– Это исключено! – побледнела Дарина.

– Есаул тебя убьет?

– Дело не в нем. Дело во мне… Я не хочу разводиться с мужем. – Она стала медленно подниматься.

– Стоять! – Коробок глянул на своего телохранителя, и тот мгновенно пришел в движение, перекрыв ей путь.

Дарина оглянулась по сторонам, оценила, сколько людей в ресторане, и в какую цену ей обойдется скандальный шум. Прикинула и вернулась на место.

– Я не боюсь Есаула. Ты меня поняла? И не надо мне тыкать им в глаза… Ты это поняла? Я не слышу!

– Поняла, – сквозь зубы процедила она.

– А теперь говори, что там у тебя за проблемы! – потребовал Миша.

– Наехали на меня.

– Кто?

– Конкуренты… Хотят комбинат отжать.

– Корнеевский?

– Нет, другой… Медный, на Урале…

Коробок кивнул. Знал он про этот комбинат, сам помогал решать вопрос. Дарина хитрую схему под это дело провернула. Открыла «левую» фирму, сначала оформила на нее банковский кредит, а потом и купленные на эти деньги акции. Фирма продала потом эти акции за одну копейку – понятно, кому. Продала и прогорела. Банк расколол эту схему с подставой, как гнилой орешек, наехал на Дарину, и тогда в дело вступил Миша. Был там в банке особо умный, Царствие ему Небесное…

– По какой схеме отжать?

– По блокирующей. У меня контрольный пакет, у них блокирующий. Плюс административный ресурс. Они там всю работу заморозили, компания несет убытки…

– И чего хотят?

– Пакет у меня выкупить. По мусорной цене.

– Беспредел!

– Что-то надо делать!

– Кто такие?

– «Горникель». Медь, никель, серная руда… Короче, контора серьезная. Можно сказать, монополист на этом рынке.

– Ты с ними говорила?

– Да. Бесполезно. Сказала, что «крыша» разговаривать будет. Смотрят на меня, усмехаются. Плевать, говорят, на «крышу».

– На чем стоять будем?

– Им комбинат нужен, пусть забирают, но по реальной цене.

– Мой процент?

– Сто пятьдесят «зеленых» тонн.

– Я спросил про процент, – покачал головой Миша. – Меня интересует процент от суммы сделки.

– Э-э… Пять процентов, – выдавила из себя Дарина.

– От суммы сделки?

– Ну, почти… Они предлагают нам один миллион восемьсот тысяч, а реальная цена – шесть миллионов. Я предлагаю тебе пять процентов с этой разницы. Пять процентов – это как минимум двести тысяч.

– А мне не нужен минимум. Я большой человек, и мне нужен максимум. Я вор в законе, а большой человек – большой процент.

– Ты и так процент за «крышу» получаешь.

– Это на «общак». Лично я с этого ничего не имею.

– Ну, хорошо, пусть будет семь процентов. Это чисто для тебя.

– Округли до десяти, – усмехнулся Миша.

– Нельзя. В большом бизнесе нельзя округлять. Или сам округлишься. До нуля.

– А если я тебя округлю? А чего ты на меня так смотришь? Замуж за меня не хочешь, с мужем изменяешь, Есаула ждешь. Так не доставайся же ты никому! – Он сложил вместе средний и указательный пальцы правой руки, навел их на Дарину, и резко разжал губы, выпуская изо рта воздух.

– Ну, хорошо, десять процентов! – сдалась Дарина.

Кабинет большой, а стол маленький. Круглый стол всего на четыре места. И вокруг никакой мебели. Большие витринные окна, стеклянные стены, искривляющие искусственно увеличенное пространство. В какой-то момент Коробок почувствовал себя потерянным. Как будто в этом самом пространстве и затерялся. Зато собеседник чувствовал себя очень даже в своей тарелке.

Невзрачный на вид мужик, немолодой, с морщинистым лбом и залысинами на полголовы. Взгляд жесткий, пронизывающий. Ох, и не просто будет с ним.

Начальник службы безопасности компании «Горникель». Миша пытался забить «стрелку» с генеральным директором, но его ловко переадресовали к начальнику службы безопасности. Дескать, Антон Алексеевич не просто заведует этой службой, он представляет «крышу» «Горникеля», поэтому все вопросы к нему.