Виктор Доценко - Бешеный жив !

- Но кто эти террористы?

- Насколько мне известно, компания там довольно разношерстная - исламские фанатики, радикальные антиглобалисты и просто международные авантюристы всех мастей, среди которых, думаю, есть и американцы, превыше всего ценящие хруст зеленых купюр. Думаю, что финансовую поддержку осуществляют бизнесмены, для которых по каким-то причинам закрыты американские рынки. Определенно могу сказать только одно: русских там нет!

- Почему вы так в этом уверены? - отрывисто спросил Лайн. Он уже начал обдумывать "русский след" - производители металла из России никак не могли получить доступ на американский рынок.

- Хотя бы потому, что аналогичные акции планируются и в России.

- Чем вы можете подтвердить свою в высшей степени туманную информацию? - строго спросил Лайн.

- Ничем, - просто ответил Широши. - Вы можете мне не поверить, а поверив, не найти затаившихся в Америке террористов, но у меня был крошечный шанс попытаться спасти невинных людей, и я не мог им не воспользоваться. Мой вам последний совет, если позволите, ищите добропорядочных и законопослушных граждан, в®ехавших в Америку за последние три года и проявивших интерес к самолетам, устроившимся на работу в авиакомпании и получившим лицензии на управление различными летательными аппаратами. Хорошо бы хоть временно запретить полеты всех частных самолетов над крупными городами.

- Правительство никогда не пойдет на подобный запрет. Американская демократия традиционно выше всего ценит личную свободу граждан, - не без гордости назидательно произнес Лайн.

- Издержки американской демократии, - кисло улыбнулся Широши. - На вашем месте я бы все-таки попробовал поискать террористов среди людей, связанных с самолетами.

- Вы же прекрасно понимаете, что это практически невозможно, - раздраженно сказал Лайн, - ФБР отличается от советского КГБ тем, что ищет совершивших преступления, а не следит за добропорядочными гражданами.

- Мое дело предложить, - не стал продолжать дискуссию Широши, - думаю, в глубине души вы мне не поверили.

- Поверил или нет, принципиальной роли не играет. Я передам вашу информацию в Вашингтон. От имени американского народа я искренне вам благодарен, - высокопарно заявил Лайн.

- Я сделал то, что мог, а мог я в данном случае очень мало, - печально констатировал Широши.

Когда они уже поднимались по лестнице к выходу, Лайн как бы невзначай спросил:

- А что случилось с тем самым знаменитым русским Рэмбо, по прозвищу, кажется, Бешеный, после того, как вы его захватили на острове Маис? Он жив?

- К сожалению, нет, - безразличным тоном ответил Широши.

- Вам не удалось заставить его служить вам, и вы его тогда... - Лайн сделал характерный жест рукой.

- Вы очень плохо обо мне думаете, мистер Лайн, - чеканя каждое слово, сказал Широши. - Признаюсь, мне не удалось уговорить господина Говоркова сотрудничать со мной, поэтому я с миром отпустил его. Бешеного убили в начале весны этого года в Москве во время очередной кровавой бандитской разборки.

- Жаль парня. Он был настоящий боец, - искренне произнес Лайн.

- Москва вообще опасный город. Будьте осторожны, Роджер, было бы удивительно глупо завершить столь блистательную карьеру разведчика, став жертвой случайной бандитской пули. - Последняя фраза Широши прозвучала довольно зловеще.

Лайн тут же вспомнил, что его помощник Эндрю Уайт когда-то сообщил ему странную вещь: все агенты, выходившие на связь с Широши, неминуемо по самым разным причинам умирали. Роджер никогда не считал себя трусом, но ему стало не по себе.

- Не думаю, что Москва намного опаснее, чем Нью-Йорк или Лондон, - безразлично произнес он.

- Как знать, как знать, - неуверенно протянул Широши.

Расстались они немного суховато, но дружелюбно. Широши обещал обязательно сообщить Лайну, если добудет нечто конкретное.

Ранним утром следующего дня Лайн, как человек служилый, первым делом отправился к резиденту ЦРУ в Москве. Внимательно выслушав рассказ Роджера, тот посмотрел на фотографию президента Буша-младшего с его автографом, висевшую на стене напротив, и после недолгой паузы выдал:

- Маловероятно. А этот ваш информатор, Роджер, человек надежный?

- Двадцать с лишним лет не подводил.

Шифровку в штаб-квартиру ЦРУ в Лэнгли они составили вместе в достаточно обтекаемых тонах.

По стечению обстоятельств она была расписана к исполнению некоему Марку Корку, который когда-то находился в подчинении у Лайна и люто его ненавидел, считая старым идиотом (что было далеко не так) и злобным последышем эпохи "холодной войны" (что соответствовало истине). Корк, как и было ему предписано, отправился в соответствующий департамент ФБР, где с офицером примерно одного с Корком возраста вдоволь посмеялся над впавшим в маразм знаменитым разведчиком.

Но бюрократическая машина была уже запущена, и остановить ее было нельзя. По совету сообразительного Корка фэбээрошник заказал в Службе иммиграции данные на три десятка выходцев с Ближнего Востока, обосновавшихся в США за последнее время, и передал их данные в местные отделения ФБР, чтобы проверить на нездоровый интерес к авиации. Агенты на местах вяло взялись за порученное дело - ориентировка казалась маловразумительной.

"Им там, в Вашингтоне, точно нечем заниматься!" - была единодушная реакция.

Тем не менее проверка признанных подозрительными лиц началась - кого-то не оказалось дома, и соседи уже давно его не видели, кто-то переехал в другой штат. Те же, кого обнаружили и с кем провели беседу, оказались трудолюбивыми, ни в чем дурном не замеченными гражданами и не имевшими никакого отношения к авиации.

Так эта информация и утонула в американском бюро-кратическом болоте.

До одиннадцатого сентября 2001 года оставалось чуть меньше двух месяцев...

Во время обеда Савелий был молчалив: его мысли настраивались на выполнение будущего задания. Он как бы уже находился на пути в Панкисское ущелье. Роман и Марианна, незаметно переглянувшись, решили не отвлекать его разговорами, и Савелий, закончив обед, очнувшись на мгновение, благодарно посмотрел на хозяев.

- Спасибо вам, друзья! - сказал он.

Ставропольский уловил, что новый приятель благодарил не за вкусный обед, а за понимание его состояния.

- Роман, я могу еще немного пообщаться с Интернетом? - спросил Савелий.

- И спрашивать не нужно: работай, сколько потребуется.

Бешеному стало ясно, что без проводника, который знает Чечню и ее границы с Грузией как свои пять пальцев, ему не обойтись. Совсем было бы здорово, если бы проводник знал чеченский язык. Конечно, можно обратиться за помощью к подполковнику Пуговкину, но тогда пришлось бы посвящать его в суть задания, а делать это Савелий не имел права ни при каких условиях - любая утечка информации могла привести к непредсказуемым последствиям.