Современный румынский детектив

~ Другая, братец! — сказал вор, косо посмотрев на него: — Смотри, как бы я тебе ее однажды не спел!

— Да ты тронулся!

— Все может быть. Кати к тентам. Будем следить друг за

другом, дошло? — Нет.

— Один идет впереди, второй — за ним и смотрит в оба. В

случае чего — атас!

— Понял.

— Слава богу. Так что ступай вперед, а я хвостом. Потом поменяемся.

Вор оказался прав: в заведении было полно чехов. Димок знаками объяснился с буфетчиком и подошел к Силе.

— Внимание, дуралей, через туалет попадаешь к лиману. Они ели, всматриваясь в толпу посетителей.

Вдруг глаза вора сузились — он засек чернявого иностранца, вылезающего из машины.

— Есть бог на свете! — сказал Димок. — Иди сюда, дорогой, давно тебя жду! — Он повернулся к Беглому. — Знаешь, кто это?

— Тити Зуграву?

— Нет. Итальянец! Фрателло, помнишь? Обчистил нас на

шоссе.

Силе беспокойно задвигался:

— Ну его к богу в рай, Митря! Только этого цирка нам не

хватает!

— У–у–у! — простонал вор. — Помру, если не положу!

— Митря!

Вор поднялся, потирая руки.

— Сядь на место! — сказал Беглый и схватил его за локоть. Димок высвободился.

— Душу отведу.

— Не глупи!

'- Пущай попадусь, но его не упущу! Обожди меня тут. Он помешкал, потом выложил нож:

— На игрушку, обойдусь ходулями!

Беглый изо всех сил отговаривал его. Напрасно. Димок пулей выскочил из‑под тента.

Итальянец залил ведро воды в радиатор и уже собирался сесть за руль, но тут увидел Димка.

— Бонджорно, амико! — сказал Челнок, приближаясь. Мошенник отступил на несколько шагов и бросился наутек, по–заячьи петляя между тентами. Вор— за ним. На глазах Силе они скрылись в камышах.

Димок быстро настиг противника. Итальянец обернулся, раскинув руки, готовый к прыжку. Они замерли, сверля друг друга глазами. Димок молниеносно оценил обстановку: сзади болото, кругом камыши. Он сказал с дьявольской улыбкой:

— Как тебя звать, неаполитанец?

— Жикэ Оанча. Доволен? Жикэ Оанча, он же Восемь Жизней, академик по воровской части.

— Порядок, братец, семь я тебе оставлю. Пока суд да дело, выкладывай мошну, не годится тащить ее за собой на тот свет: нечистый отнимет и изуродует в придачу.

Из кулака»итальянца»выскочило лезвие стилета. Он вытянул руку:

— Бери!

Улыбка вора стала шире. Он отступил на шаг и внезапно выбросил вперед правую ногу. Перо мошенника полетело в воду.

— Переходи на лопаты, Оанча, я тоже без пера.

Восемь Жизней накинулся на него с кулаками. Димок запрыгал влево–вправо, уходя от ударов. Он заложил руки в карманы и скверно улыбался:

— Работай, петух, старайся! Та–а–к!

Промашки довели Оанчу до бешенства. Вор лишь увертывался да подначивал:

— Смелей, фрателло! Давай апперкот! Слабо! Штанга! Ты и с бабами так же — с плиты на печку? Мимо!

Жикэ Оанча выдохся. Димок поджал левую ногу и молниеносно огрел ею»итальянца»по затылку. Второй удар пришелся в нижнюю челюсть брюнета.

Восемь Жизней, застонав, рухнул.

Когда подоспел Силе, Димок, руки в брюки, молотил ногами тело мошенника.

— Митря!

Вор продолжал свое дело, не обращая на него внимания. Беглый подхватил его под мышки и оттащил в сторону.

— Хватит, он же откинет копыта! Измочаленный Оанча попытался встать на колено.

— Давай деньги! — шепнул ему вор, вырвавшись из тисков Беглого.

Восемь Жизней вывернул карманы. Они были пусты.

— Убей меня бог, если я не пушу его голым в Африку! покачал головой Димок. — Машина чья, амико?

— М–м–моя…

— Брось заливать, а то начну сначала! У кого угнал?

— У одного… нашего… сезонщика.

— А номер?

— Сам сделал.

— Порядок! Давай ключи!

Жикэ Оанча платком вытер кровь с лица.

— Они в машине.

Челнок собрался уйти, но передумал:

— Слушай, петух, отмой водой патрет и отправляйся домой на троллейбусе.«Фиат»конфискуется.

— Далеко не уедешь, Челнок!

Вор вздрогнул. Он посмотрел на Профессора, затем на мошенника, часто моргая:

— Ты меня знаешь?

— Далеко не уедете, парни, — продолжал Оанча, — сегодня утром вас описали с головы до ног в радиопередаче. Недавно проехали»черные вороны»…

— Куда? — озабоченно спросил Беглый.

— В сторону»Таверны пиратов».

— Врешь!

— Чтоб мне не уйти отсюда!

Восемь Жизней взял сигарету из пачки Беглого и прикурил у Димка без следа обиды.

— Тут вам хана, братцы, с ходу сцапают!

— Ты обо мне не заботься! Давай пошел!

— Машина — мой хлеб. Челнок! На одиннадцатом номере я ни на что не годен.

— Другую угонишь,

— Не то поёшь, братва знает номер, если увидят за рулем другого, тебе не уйти.

— А ты им скажи.

— Как? Все в деле: кто в Эфории, кто в Мангалии, ничего не попишешь — сезон начался.

Димок посмотрел на Силе в нерешительности. Беглый положил ему руку на плечо.

— Брось, черт его знает, в какую передрягу попадем, — Хорошо, Оанча, — сказал вор, растирая подошвой окурок, — но запомни: у меня школа Коливару и Таке Крика, продашь — не жить тебе на свете.

— Крест на пузе, дя Челнок!

Они направились к машине втроем. Восемь Жизней открыл дверцу.

— Куда вас отвезти?

— В Констанцу.

По дороге Оанча достал бутылку виски.

— Наживка для фрайеров… Тогда, на шоссе, я не знал, что вы беглые.

— Зато теперь знаешь.

Бутылка пошла по кругу. Восемь Жизней сунул руку под сиденье и вытащил пачку кредиток.

— Вот тебе, дя Челнок…

— Молодец! — прервал его вор поспешно, косясь на Беглого.

Мошенник резко затормозил:

— Атас!

На перекрестке стояли два милиционера.

— Порядок, — сказал вор, вылезая из машины. — Если потребуешься, как тебя найти?

— В казино. Удачи, ребята!

Глава XVII СТАРЫЕ ВЕКСЕЛЯ

Над лиманом плыло кроваво–красное солнце величиной с тележное колесо. Оно подожгло облака и пронзило надвигающуюся тьму длинными стрелами света. Беглецы прислушивались к плеску воды. Челнок жевал резинку, Профессор курил, опершись о тоненький тополь.

— Кто тебя научил драться ногами, а, Митря?

— Нужда. — Вор вытянул руку. — Материалу мало, вся моя сила — в голове и в ходулях. Начальник приказывает — ходули работают. Сколько фрайеров они уложили! Желторотые остерегаются кулака, а получают носком в живот. — Он рассмеялся: — Давай покажу фокус, дура.

Он снял сандалии, бросил нож в траву, подхватил ручку пальцами ног. Молниеносный рывок, и нож воткнулся в деревце чуть выше головы Силе.

Беглый обомлел.

— С ума сошел! А если бы попал в меня?!

— Гляди еще.

Силе отошел от деревца. Димок повторил бросок несколько раз, и нож неизменно втыкался в одно и то же место. Беглый покачал головой:

— Да ты, наверно, в цирке работал!

— У Коливару научился. Пацаном был — этот финт меня не раз выручал. На дело я шел босиком, а комиссары только и знали:«Бросай нож, руки вверх!«Я бросал перо, и в мгновение ока оно втыкалось в грудь мусора,