Анна Малышева - Вкус убийства

– Ключей у нее не было?

Таня покачала головой.

– В квартире вообще не было запасных ключей?

– Были. Они остались там, где я их всегда держала. В верхнем ящике письменного стола. Но Агна не знала, что они там. Я ей не сказала. Они лежат на месте. Если бы она взяла их, чтобы отпереть дверь, то они были бы сейчас у нее в руке… На полу. В замке. А их там нет.

– Вы хотите сказать, что кто-то отпер дверь снаружи?

Таня ничего не хотела сказать. Точнее, хотела бы, да не могла. У нее в ушах зазвучал голос Виталия:

«Ты сменила замки? Нет? Сто раз тебе говорил! Теперь жди гостей!»

– Месяц назад у меня пропал третий комплект ключей от квартиры, – еле выговорила она. – Кто-то воспользовался им… Наверное, так. Других объяснений я не вижу. – Она вздохнула и добавила:

– Я должна позвонить одному человеку. Это ваш сотрудник.

Но ее попросили пока никуда не звонить, и Таня послушалась. Она сидела как приговоренная и не могла думать ни о чем, кроме одного. Кроме того, как Агна услышала, что в замках щелкают ключи Подумала, что это вернулась подруга." Сунула ноги в розовые тапочки и пошла к двери. И увидела кого-то совсем другого. Что было дальше? Крикнула она или приняла удар молча? Долго ли мучилась? И за чьи грехи мучилась? За свои или за чужие?

Таня подняла руку и коснулась левого виска. Туда как будто вошла длинная игла. Отравленная игла, несущая одновременно боль и забвение. Голова наполнилась странным шумом, а потом мутью. Во рту почему-то появился приторный вкус «Малибу». Таня сползла со стула и мягко упала на под.

…Возможно, это ее спасло от серьезного нервного срыва. По крайней мере, в течение следующего часа ее никто не беспокоил. Изредка открывая глаза, она видела Ксению, которая сидела в кресле с какой-то книжкой и неподвижно смотрела на один и тот же лист. Страниц она не переворачивала, и Таня была уверена – Ксения даже не подозревает, что взяла в руки книгу. В соседней комнате слышался чей-то негромкий монотонный голос, но Тане было уже все равно, кто ходит по ее квартире, кто там распоряжается, пьет чай, задает страшные вопросы. Для себя она на все вопросы ответила. "Кто мог убить Агну? Зачем ее ударили ножом?

Это сделал тот, у кого были ключи. Тот, кто здесь уже был и кто украл ключи у моего мужа. Убийца.

Он пришел не к Агне. Он пришел ко мне. Она просто попалась ему под руку".

Таня приподняла голову с подушки. Ее уложили на тот самый диванчик, где она провела прошлую ночь.

– Кто остался в квартире? – спросила она.

Ксения вздрогнула и опустила книгу на колени:

– Эксперты, кажется. Но они скоро уйдут. Тебе лучше?

– Нет, мне хуже. Ксения, позови мужа. Пусть он придет сюда ночевать. Мне все равно, какие у вас отношения, можете всю ночь ругаться и драться. Позови его.

– Он придет, как только они уйдут, – шепотом сказала Ксения. – Он и раньше хотел прийти, но посторонних не пустили. Знаешь, они звонили Саше.

– И что?

– Его не было дома. Кажется, туда кто-то поехал.

Что теперь будет?

– Не думаешь же ты, что это Саша убил Агну?

Он уже избавился от нее одним способом, зачем ему мараться в крови?

Таня отвернулась к спинке дивана и закрыла глаза. Перед ней замелькали цветные тени, проявились из темноты недавно виденные лица. Алина в своем салатовом костюмчике и красной кепочке, вся в слезах, с пирожком в руке. Семен с полосатым зонтиком, с таким усталым грустным взглядом. Из-за подведенных глаз и помады он был похож на клоуна.

Андрей с побелевшим от кокаина носом и остановившимся взглядом. Толик с засученными рукавами, с бильярдным кием в руке. Его искусственная невеселая улыбка, его горячее дыхание на ее шее, рисунок, приколотый к кульману. Агна, растянувшаяся на полу, ее загорелая босая нога, тапочка посреди прихожей.

– Почему ты сразу решила, что это я? – простонала Таня, не поворачивая головы. – Я же тебе сказала, что у меня живет гостья!

– Она блондинка и на ней были твой халат и тапочки! – плаксиво возразила Ксения. – Интересно, чего ради она ходила в твоих вещах?

– Да потому, что свои у нее сушились на балконе. Они и сейчас там.

– Что теперь будет? – причитала Ксения. – Это какой-то кошмар, скоро нас всех поубивают! Тебя хотя бы ограбили? Почему они сюда вломились? Есть хоть какая-то нормальная причина? Ты не заметила, они ничего не взяли?

Этого Таня еще не знала. На первый взгляд из квартиры ничего не пропало. Но оценить все до мелочей она могла только после ухода следственной группы. Когда в комнатах толчется столько народу…

Ей вспомнилось, что этот вопрос ей уже приходилось решать. «Вас ограбили? Что у вас пропало?»

"Ничего, – подумала она. – Тогда не пропало ничего. За исключением одежды Стаса, самой лучшей, самой дорогой. И я до сих пор не знаю, куда все это делось. Не пропало ничего, кроме его паспорта, который до сих пор находится в руках убийцы.

Кроме ключей – и теперь в мой дом входит кто попало. Ничего не пропало. Пропало все".

– Если тебя и теперь не ограбили, то он просто маньяк! – все тем же плачущим голосом заявила Ксения. – И вообще ему все равно, кто подвернется под руку. Он мог убить и меня, если бы я тут оказалась.

– Тебя? – Таня резко повернулась к подруге и села. – Тебя – вряд ли.

– Это почему?

– Да потому, что ты брюнетка и совсем на меня не похожа.

Ксения застыла с приоткрытым ртом. Она как будто хотела что-то возразить, но не могла. Таня и сама не знала, откуда у нее взялась эта идея. Она помнила, что, как только вошла в свою квартиру и увидела тело на полу, ее первой мыслью было: «Здесь должна была лежать я». Ксения приняла Агну за Таню. Соседи, которые заглянули в дверь, тоже не опознали труп, а ведь прожили рядом пять лет. Если тот, кто пришел сюда и отпер дверь, никогда не видел Таню и не имел на руках ее фотографии, он вполне мог решить, что перед ним появилась хозяйка квартиры. Блондинка в халате и в домашних тапочках. Она была одна и ничего не успела сказать. Он зарезал ее, не задав ни одного вопроса.

– Ты считаешь, что убийца искал тебя, но перепутал с Агной? – спросила Ксения.

Слова давались ей с трудом. В это время дверь комнаты приоткрылась и женский голос попросил запереть за ними входную дверь. Таня дернулась было с места, но Ксения ее опередила. Она взяла ключи и вышла, приказав Тане лежать. Но та ее не послушалась. Первым делом она добралась до телефона и набрала домашний номер Виталия. Во время последнего визита он рассекретился и дал ей этот номер. Как видно, парень всерьез за нее испугался.

– Алло? – произнес сонный женский голос, слишком молодой, чтобы принадлежать матери Виталия.

Таня сказала, что ей срочно нужно поговорить с Тимошиным по важному делу. На другом конце провода отчетливо зевнули и сказали, что попробуют разбудить. Она ждала не долго, и голос у Виталия был совсем не сонный.