Ольга Володарская - Девять кругов рая

– Ладно, принимается, а второй аргумент?

– Спица применял другие спицы.

– Чего?

– Того! Неужели ты не заметил, что орудие убийства не такое, как в прошлые разы?

– Нет.

– Все шесть жертв так и не пойманного нами маньяка были умерщвлены одинаковыми спицами. Длинными, но чуть подрезанными, отлично заточенными. С круглыми белыми набалдашниками.

– Помню я.

– А Файзаров убит другой. Из набора для вязки носков. Они без набалдашников. И совсем другого размера.

– Назар, я уважаю твои познания. Ты здорово разбираешься в спицах! – притворно восхитился Сказка. – Только я тебе вот что скажу. Спицы с шариками продаются в паре. У нас было шесть жертв. Сейчас седьмая. Для нее по-любому надо купить новый комплект. Так почему бы не для носков? Там пять штук!

Чайник вскипел, и Витек бросился к нему со всех ног. Видно, на самом деле умирал, хотел кофе. Заварив и Назарову, вернулся с чашками к столу. Одну поставил перед Лешей, вторую подвинул к себе.

– Я не буду, – покачал больной головой Назаров.

– Что так?

– Давление у меня, Витек, высокое. Из-за этого башка трещит.

– Стареешь.

– Не говори.

– А я думаю, чего это ты так рано на работу приперся. Хотел же в спортзале колбаситься. А ты, оказывается, заболел! И ведь я предупреждал, не доведет тебя до добра здоровый образ жизни! Хочешь, за коньяком сбегаю? Тяпнешь стопарик, и сразу полегчает.

– Отстань, – вяло отмахнулся от него Леша.

– И не подумаю! Ты знаешь, что коньяк – наипервейшее лекарство от головной боли.

– Вроде ты говорил, что водка.

– Это для меня. Потому что я коньяк не люблю. А вообще-то именно он…

Леша не дал ему договорить, рыкнул:

– Сказка, еще раз прошу, отстань!

Но Витек его крика не испугался.

– Я с утра, когда на работу собирался, смотрел сюжет по телевизору. Так в нем сообщалось, что алкоголь может защитить нас от сердечно-сосудистых заболеваний. Особенно хорошо красное вино. В нем эти… как его?

– Полифенолы, – подсказал Леша.

– Ты тоже этот сюжет смотрел?

– Нет. Но я в курсе исследований.

– И они тебя не убедили начать выпивать?

– А то, что с каждой принятой дозой алкоголя у тебя отмирают клетки мозга, не убедило тебя завязать? Это ведь тоже медицинский факт.

– Нет, меня не убедило. Потому что у меня этого добра…

– Какого именно?

– Клеток мозга! – торжественно пояснил Витек. Затем ткнул пальцем в свою черепушку и добавил: – Смотри, какая голова!

Она на самом деле у него была большой. Его шапка Леше велика размера на два. И это при том, что Назаров гораздо его крупнее.

– Витек, размер головы к размеру мозга, а тем более к количеству извилин или его клеток не имеет никакого отношения.

– Завидуй молча, детка!

Леша не выдержал, рассмеялся. Сказка был из породы людей, которые его не раздражали. Даже если он нес ахинею, у Назарова не возникало желания заткнуть уши. Или рот Витьку. Сегодня он на него прикрикивал, потому что отвратительно себя чувствовал. Обычно же с благодушием принимал все его заявления, вплоть до самых бредовых.

– Сейчас хряпну кофейку и поеду к вдове, – сообщил Сказка, отхлебнув из чашки. – А ты, как понимаю, к госпоже Черемушкиной?

– Да. Надо наведаться.

– Как поделим остальных?

– Имена, фамилии, места работы уже установлены?

– Обижаешь, начальник! – Сказка вытащил из ящика своего стола блокнот, в который обычно записывал сведения. – Это ты вчера рано свалил. А я еще работал. И, что характерно, явился на службу раньше тебя. Где справедливость?

– Зато ты сегодня после обеда свалишь, а я буду до вечера пыхтеть.

– И почему нам молоко за вредность не дают? – вздохнул Сказка.

– Скажи уж – водку.

– А что? Это мысль. После тяжелого трудового дня выпить стопочку-другую – святое дело. И тут, глядишь, тратиться бы на нее не пришлось. Твоя опять же мне бы доставалась.

– Сказка, хватит мечтать, давай о работе.

– Давай, – обреченно протянул Витек. – Короче, я к вдове. А ты к остальным.

– Ни фига себе!

– Они там все в одном офисе сидят. Чего тебе стоит?

– Не все. – Леша сверился со списком. – Феофанов Сергей Геннадьевич имеет свой.

– Он по пути. А ты на машине в отличие от меня. Поэтому заедешь сначала к Феофанову, потом в «Семью». А тех, кого не сможешь опросить, вызовем сюда. Левка Серов в отделении весь день пробудет. А завтра я… – Он просительно посмотрел на Лешу. – Мне правда сегодня некогда. Еще в Химки ехать, беседовать со свидетелем по предыдущему делу. Пока его не закроем, в отпуск никто из нас не пойдет, сам знаешь.

Назаров кивнул. Сказка хоть и производил впечатление большого раздолбая, дело свое хорошо знал. И если говорил, что ему некогда, значит, так оно и есть. Леше предстоит опросить четверых – Феофанова и троих «семьянинов»: Милану Робертовну Черемушкину, ее помощницу Светлану Геннадьевну Зарубину и технического директора фирмы Валерия Павловича Иванова.

Сергей Феофанов ненавидел ментов с девяностых годов. Тогда он, еще юноша, крышевал наперсточников и лохотронщиков. Тюрьмы избежал чудом. А вот от пули не уберегся. И подстрелили его как раз менты. Но Серега выжил. Только рука после ранения у него не двигалась. Но он и одной справлялся. Мог так вмазать, что «клиент» мигом отключался. Так что травма работе не мешала. Но Феофанов все же завязал. А чтоб лихие дружки снова не втянули его в криминальный бизнес, уехал из своего города в столицу. К тетке. Та уже старой была, нуждалась в помощи. Серега взял заботы о ней на себя. Взамен она прописала его в своей квартире и помогла устроиться работать на завод. Оператором котельной.

Платили Феофанову сущие гроши. Привыкший к шальным деньгам, он поначалу хотел послать к чертям новую, добропорядочную, жизнь и вернуться к старой, криминальной. А еще он ругал себя за то, что ничего не откладывал. Сколько денег было, все прогулял. А догадайся он хоть немного отложить, сейчас бы не пахал на государство за гроши, а работал бы на себя. Ларек бы открыл. Или закусочную. Не бог весть что, конечно, но все же лучше, чем на заводе горбатиться. И дело не только в деньгах. Сереге было смертельно скучно сидеть за пультом и нажимать кнопки. И было немного стыдно за то, что он выполняет бабью работу. Была б у него рука здорова, устроился бы в пожарку. Или охранником. Но кому он, калека, нужен?

Тетка умерла спустя полтора года. Похоронив ее, Сергей сдал комнату. А сам жил в подвале котельной. Своим сменщицам он платит чисто символическую сумму, чтоб они закрывали на это глаза, а начальнику ставил ящик водки. Все были довольны.

За полгода Феофанов скопил достаточно денег для того, чтобы открыть точку на рынке. Торговал сам трусами и колготками. Потом купил соседнее место, расширился. Через год у него было уже пять точек. Спустя пять лет еще и магазин.