Михаил Март - Окончательный монтаж

– С близкого расстояния меня узнают. Точнее, не признают во мне грека.

– Маскарад нужен для съемки. Мелочь. Объясню при встрече. Я вас жду.

Геннадий Васильевич Бартошевич работал очень усердно, выполнил множество поручений и узнал слишком много подробностей аферы. Его участь была решена. Не дай бог такой человек попадет в руки следователей, где умеют выкручивать руки самым стойким рецидивистам, а не только утонченным интеллигентам и аферистам.

В кармане Германа лежал пистолет, изъятый из генеральской квартиры на Фрунзенской набережной. И этот пистолет впервые выстрелил. Пуля попала Бартошевичу в сердце, когда он мечтал о своей будущей карьере в столице. Вся команда знала о том, чем кончится история фокусника. Кроме Анны. Точнее, Ирины Гурьевой. Она очень тепло относилась к талантливому доброму артисту и, приглашая его в Москву, не думала о таком печальном конце. Но нельзя же быть такой наивной. Каждый участник аферы получал то, о чем даже миллионеры не мечтают, а тут фокусник, которому обещали сцену в столице. Несуразица. Слабое звено. В масштабах глобальной аферы, где ставки не поддаются воображению, человеческая жизнь ничего не стоит. В сегодняшнем мире за кошелек с мелочью убивают.

Когда частный сыщик Геннадий был уже мертв, его наниматель Рашид Мамедов, поверивший всему, что ему наплел покойный, встречался с Алиной Малаховой. Сейчас от этой женщины зависело очень многое, если не все.

Мамедов приехал в ювелирный салон Печерникова. Алина сама его пригласила, так как место это было тихое, здесь им никто не мог помешать.

Алина повесила на двери табличку «Закрыто» и пропустила гостя в зал, где стояли голые манекены на фоне черных бархатных стен и витрин с пуленепробиваемыми стеклами, в которых сверкали изумительным многоцветьем украшения.

– Я готовлю осеннюю коллекцию, скоро этим манекенам будут завидовать больше, чем живым красоткам.

– Да уж, Алина Борисовна, вы умеете удивлять.

– У вас ко мне какое-то дело, Рашид? Такой человек не тратит время на пустяки. Не стесняйтесь, говорите напрямую, чем я могу вам помочь? Всегда рада сделать что-то полезное для делового человека. Мы все связаны незримыми нитями, сегодня я для вас, завтра вы для меня.

– Всегда готов. У меня вопрос непростой и даже обескураживающий в чем-то, но для меня он первостепенной важности.

Алина с любопытством посмотрела на гостя.

– Пахнет выгодной сделкой? Вы же знаете, ювелиры – народ корыстный, когда речь идет о бизнесе.

– Пожалуй, для вас сделка может стать выгодной. Я готов на компромисс, если вы способны претворить мой замысел в жизнь.

– Я вся внимание.

– К сожалению, ваш бизнес мне совсем не знаком, чувствую себя школьником, начиная этот разговор. Мне нужна ваша консультация, а возможно и помощь. Я хочу сделать крупную покупку, речь идет о бриллиантах.

Он замолк, пытаясь уловить реакцию Алины. Она слушала его спокойно, будто ждала этого разговора.

– Не вижу проблем. Теперь я вхожу в совет директоров ангольского синдиката по добыче алмазов.

– Я знаю, о чем вы говорите, до меня доходили слухи. Но ведь чтобы войти в состав учредителей, нужно внести большие деньги.

– Или купить акции на крупную сумму. Все так. Я этот вопрос решила. Теперь я имею привилегии и могу покупать камни по себестоимости. Ангольские алмазы мне обойдутся на порядок дешевле якутских, и по качеству они превосходят «якутов». Вы же понимаете, что это значит для ювелира.

– Догадываюсь.

Снежная королева принялась протирать губкой манекены, изредка поглядывая на гостя, который застыл в центре зала и не отрывал от нее глаз.

– Сколько вам нужно? – спросила она.

– На пятьдесят миллионов долларов. Вы можете рассчитывать цену камней по полной их стоимости, разницу возьмете себе. У меня два условия: все камни должны быть по пять карат и доставлены в Москву в течение двух-трех дней.

Алина долго молчала, потом тихо сказала:

– Чтобы купить камни по себестоимости, деньги на счета концерна должны прийти от моего имени и уже сегодня.

– Нет проблем. У нас есть свои счета в офшорных зонах. Деньги будут переправлены сегодня же на указанный вами счет, где в качестве отправителя будет фигурировать ваше имя. Что еще?

– Я жду приезда своего заказчика, он должен появиться на днях. У него дипломатический паспорт. Я могу выслать ему доверенность на получение бриллиантов, он ради меня готов сделать крюк и прибыть в Москву через Анголу. Это упростит доставку. Вы правы, предложение выгодное. Я получу за свою услугу две сотни камней. Вы же расчетливый бизнесмен, Рашид, мне очень трудно поверить, что вы идете на сделку, ничего с нее не имея. Получив бриллианты, вы не сможете продать их дороже, чем заплатили. Я отдам вам их по рыночной цене.

– Я слишком далеко зашел и не имею возможности остановиться. Приходится терпеть убытки. На кону стоит все. Либо я выиграю, либо стану банкротом и продам свою долю, вложенную в отель.

Алина рассмеялась:

– Это невозможно, партнеры вас не отпустят. У них нет другого кандидата на роль генерального директора, а вы не станете сидеть в кресле менеджера за зарплату. Думаю, они вытащат вас из любого болота.

– Надеюсь. Так мы договорились?

– Да. Нам нельзя терять времени, начнем действовать сейчас же.

Можно сказать, что сегодняшний день для Алины, прозванной Снежной королевой за свой ледяной нрав, стал судьбоносным. Вот только мало кто знал, что похожих результатов она ждала больше года. Нет, не ждала, трудилась в поте лица, ничего ей с неба не падало. Каждый шаг продумывался и просчитывался.

Это время было трудным для всех наших героинь. Ирина, дочь Гурьева, могла остаться ни с чем. Банкир все до гроша вложил в акции ангольского синдиката. В случае его смерти банк получит лишь акции в качестве погашения кредита. Стоит убрать Гурьева, как Фельдман со Шпаликовым будут торжествовать победу. Ему ничего не стоило погасить кредит, но азарт не позволил этого сделать. Савелий Георгиевич превратился в наркомана, денежного наркомана, и не мог остановиться. А это уже не бизнес, а диагноз. Его даже смерть не пугала.

Юлия Баскакова получила удар не легче, чем Ирина Гурьева. Она прожила с нелюбимым человеком пять лет, строила грандиозные планы, вкалывала день и ночь: вела переговоры, оформляла покупки, прибегала к воровству с помощью Дербенева, рисковала свободой. И чего добилась? Адвокат семьи Роман Лурье рассказал ей о новом завещании мужа – галерея перейдет в руки государства. Доигралась. Отблагодарили. Таких женщин обижать нельзя!

Ирина не могла простить отцу смерть матери, и вот теперь из-за собственного сумасбродства он может сделать ее нищей. Юлия никогда не любила своего второго мужа, Илью Баскакова, но она честно и преданно служила его делу. Она хотела добиться больших успехов и добилась. Благодаря ей, ее уму и усердию галерея получила международную известность. Первый муж, талантливый, но безалаберный человек, жил в нищете, своему сыну Юлия давала деньги тайком, так как Баскаков ненавидел пасынка. Скорее всего, он ненавидел всех, кроме себя любимого. Этот идиот воспринимал труд жены как должное и счел возможным лишить ее наследства.