Виктор Доценко - Биография отца Бешеного

- Ролан Анатольевич, согласен, но только при одном условии...

- Говори!

- Этот фильм я хочу снимать сам! - твердо произнес я.

- Что у тебя есть показать?

- Дипломная в одну часть и музыкально-художественный фильм об Андрее Петрове, снятый на телевидении.

- "Нужна хорошая мелодия", так, кажется, помню: добротная картина... - Он задумчиво постучал по столу. - Ладно, попробуем рискнуть: больно сценарий мне нравится!.. У меня в Центре есть отделение каскадеров, которое возглавляет Аристов, я отдаю все отделение твоему фильму, а Аристов пусть руководит трюковыми съемками...

Этот талантливый человечище, до самых последних дней продолжавший работать, сразу увидел в сценарии воплощение будущего фильма. Как жаль, что вокруг этого исключительно талантливого человека вились бездарные личности, которые, кроме интриг, ничем не умели заниматься.

С энтузиазмом я принялся за подготовительную работу! Со сколькими талантливыми актерами и актрисами я познакомился, выбирая близких мне по духу! Подыскивая актера на главную роль, в первом резерве держал Василия Шлыкова. Единственное, что меня удерживало, - он не был профессиональным актером. Серьезным претендентом на роль Савелия был прекрасный певец Александр Малинин. Во всяком случае, мне он очень нравился. Однако тогда прическа у него была с длинным хвостом, которую он наотрез отказался менять. Но киномиру хватило и одного Сигала. К слову, расстались мы с ним без взаимных обид.

Многих людей я увлек и заинтересовал, чтобы удешевить и облегчить работу над фильмом.

Благодаря старым связям, выбил двадцать "Жигулей" в Тольятти для разнообразных трюков, заручился через знакомых космонавтов поддержкой военной авиации и так далее. Лень перечислять...

Видимо, чисто интуитивно я ожидал какого-то подвоха буквально с первых дней работы и потому не получил не только гонорар за сценарий, но не брал и зарплату, которую бухгалтерия регулярно переводила на мой депонент. Проработал я так месяца четыре. И вдруг начинаю замечать, что, ссылаясь на Р. Быкова, вмешиваются в сценарий, в режиссуру. Я долго терпел, а потом пошел к Быкову, но подготовку уже провели, и Ролан Анатольевич выразил сомнение, что я справлюсь самостоятельно, и просил подумать.

Все сначала! Но второй раз я ошибки не допущу! Главное - никаких резких движений не делать: денег-то на картину у меня нет! Как-то мне понадобились в бухгалтерии некие документы. Иду, ищу и вдруг натыкаюсь на два договора: с Аристовым и со Шлыковым. Первый, оказывается, не только соавтор сценария, но и сорежиссер, а Василий назначен режиссером-постановщиком трюковых съемок. Подписано самим Роланом Анатольевичем. Это был настоящий шок для меня! За моей спиной, то есть за спиной главного человека на фильме, проворачивается такая пакость.

Я, естественно, не стерпел. В официальном послании Ролану Быкову пишу, что коль скоро на первых этапах создания фильма со мною поступили так непорядочно, то не считаю возможным продолжать работу над фильмом в Центре. А поскольку не получил ни гонорара за сценарий и ни копейки за режиссуру, прошу считать это послание официальным уведомлением о том, что разрываю договор в одностороннем порядке. Отослав его, уехал из Москвы.

Меня пригласил отдохнуть на юге Владимир Ильин: не известный театральный актер, а высокий красавец, владеющий искусством восточных единоборств. Он тоже был одним из претендентов на роль Савелия.

Потом я узнал, что Ролана Анатольевича Аристов просто обманул, заверив его, что все делается с моего согласия. Более того, когда Быков собрался переговорить со мною, они, боясь, что правда выйдет наружу, настроили его против меня, сказав, что я отзывался о нем неуважительно и категорически отказываюсь с ним встречаться. Ролан Анатольевич, натурально, обозлился и согласился на предложение Шлыкова подать на меня в суд, обвинив в том, что я украл сценарий у Шлыкова. И в сердцах бросил:

- Если Доценко сумеет сделать этот фильм, я положу свое депутатское удостоверение на стол спикера Думы.

Прошло много лет, и однажды мы с Быковым встретились на Съезде кинематографистов. Я напомнил ему о том случае, а он отечески обнял меня и сказал:

- Виктор, я всегда верил в тебя и радуюсь твоим успехам! А то, что я говорил... - Он со вздохом махнул рукой. - Никто не безгрешен... и меня иногда окружают жалкие люди... Ты приходи ко мне: подумаем вместе, может, и запустим тебя в моем Центре с сериалом... Давай сфотографируемся на память, неожиданно предложил он, даже не догадываясь, что это будет единственный и последний наш снимок.

Мы сфотографировались, и больше я его никогда не видел живым... Но в моей памяти этот человек останется добрым, заботливым и талантливым Режиссером и Актером...

Но тогда... Ролан Анатольевич решил: пока будет идти судебное разбирательство, Центр продолжит работу над фильмом, и пригласил другого режиссера.

Ни Аристов, ни Шлыков не знали, что я, наученный горьким опытом первого сценария (в нем пришлось переписывать один из интереснейших эпизодов до начала съемок: кто-то, прочитав мой сценарий, быстренько вставил этот эпизод в свой фильм и заявил, что сам его придумал), сделал так: начав писать "Тридцатого уничтожить!", составил подробный синопсис, отнес его на почту, где попросил запечатать сургучом, и послал по своему адресу. Пришел этот пакет ценным письмом, и на нем стоит официальная дата отправки. Когда меня вызвали к судье, я рассказал ей об этом.

В тот день Шлыков не явился: избегал встречи со мною нос к носу. А потом ему стало известно о моей предусмотрительности, и он так и не явился в суд вообще. А потом, может, опасаясь чего-то, уехал в Америку, где и остался, слезно взывая ко всем - прислать ему копии фильмов, где он снимался...

Я ругал себя на чем свет стоит: надо же так крупно ошибиться в человеке?

Володя Ильин, узнав, что я ушел из Центра Быкова, вдруг предложил себя в качестве продюсера фильма. Других предложений у меня не было, и я согласился. В то время Володя был президентом фирмы ТАМП и одним из соучредителей Центра Михаила Чехова. В те дни громкие должности, внушительные визитки, иностранные шмотки и тому подобные аксессуары вызывали чувство определенного доверия. Не говоря уже и о том, что Володя был партнером ассоциации автокаскадеров "СКИФЫ", что было положительным фактором для съемок моего фильма.

Был у меня забавный случай. Президентом "СКИФОВ" оказался Олег Быков, мой приятель из омского детства. Когда Володя нас знакомил, мы застыли на мгновение и едва не в один голос воскликнули:

- Олег?!

- Виктор?!

Так мы начали совместную работу над фильмом, и Быков стал сопродюсером вместе с Ильиным. Стоит упомянуть, что вместе со мной из Центра Ролана Быкова ушли и некоторые члены группы, те, кто поверил в меня, среди них была Мила Черкасская, которую я взял к себе вторым режиссером, то есть "начальником штаба". У нее был хорошо подвешен язык: могла уболтать любого; она обладала темпераментом и организаторскими способностями, что крайне важно для "начальника штаба". Нашли мы и очень талантливого оператора, Володю Кононенко, который к тому же писал прекрасную музыку.