Иван Сербин - Сердце дьявола

– Так о чем мы говорили? – спросил Каляев, вздергивая брови.

– Я хотела бы устроиться на работу, – приятным контральто сообщила девушка.

– Ах, да… На работу, на работу. Это не так просто. Но девица-то была хорошая и взять бы ее нужно. Вот только на чье место? Можно было бы в ночную, вместо до сих пор отсутствующей Ладожской, но, если Ладожская вернется, может получиться скандал.

– Временная работа вас устроит? Девица похлопала длиннющими ресницами:

– Вообще-то хотелось бы постоянную.

– Постоянную? С постоянной, голубушка, сложности. Сложности. Но посмотрим, посмотрим, может быть, со временем, когда кто-нибудь уволится.

– А у вас часто увольняются?

– Случается, но не слишком уж часто. Работа не пыльная, хорошо оплачиваемая, сами понимаете. Девица забросила ногу на ногу так, что короткая юбочка приподнялась, обнажив стройные ноги.

– А сейчас никак? «Аванс? – подумал Каляев. – Хороший аванс. Хороший. Стройный».

– Ну не знаю, не знаю. – В эту секунду телефон зазвонил снова. – Секундочку. – Каляев снял трубку: – Алло?

– Сергей Сергеич? – прозвучал знакомый голос. – Это Рибанэ.

– А-а-а, Мариночка. Как вы себя чувствуете?

– Спасибо, теперь нормально, – девушка замялась, но все-таки собралась с духом и закончила: – Сергей Сергеич, я хотела бы уволиться.

– Мариночка, золотко, неужели это необходимо? Сказать, что Каляев обрадовался, значит, не сказать ничего. Он был на седьмом небе от счастья. После случившегося любая другая сотрудница уже утром осталась бы без работы. Но Рибанэ Каляев уволить не мог. За ней стоял Михаил Газеев. Уволить Марину означало бы навлечь на себя гнев покровителя. А Михаил Газеев обладал слишком большими возможностями, исключительно чистыми в юридическом отношении. Он мог, например, настоять на полной арендной плате, что для «777» фактически являлось бы банкротством. Мог вовсе вышвырнуть службу на улицу. Или заморозить счет под предлогом какой-нибудь внеплановой финансовой проверки. А тут – чистое дело. Он никого не увольнял и даже уговаривал остаться.

– Сергей Сергеевич, я все обдумала и решила уйти. И не надо уговаривать, мне не три года.

– Да я, собственно, хотел как лучше. И в мыслях не держал ничего обидного. В мыслях не держал.

– Ну и хорошо. Я тут недалеко, так что минут через пять зайду.

– Как вам будет угодно, Мариночка, золотко. Вы же знаете, я всегда готов помочь хорошему сотруднику.

– Да уж, знаю, – Марина усмехнулась. Последняя фраза была сказана Каляевым исключительно для новенькой. Чтобы девчонка поняла: в его руках многое, если не все. В данном учреждении, конечно.

– Голубушка, у меня для вас хорошая новость, – Сергей Сергеевич оскалился посетительнице милой и приветливой улыбкой кота Базилио. – На ваше счастье, у нас как раз сегодня освобождается место в ночной смене. Вас устроит ночная смена? Со временем, разумеется, постараемся перевести вас в дневную. Но это уже будет зависеть от вашего поведения. Посетительница улыбнулась идиотически свалившемуся на нее счастью. Девушка помнила имя, слышанное на совещании: «Марина». Уж не Рибанэ ли? Увольняется, потому что испугалась? Есть чего. Под воротничком блузки «посетительницы» был прицеплен миниатюрный микрофон. Сигнал с него уходил на приемник, установленный в машине. В белой «трешке», припаркованной на Никитском бульваре, в сотне метров от телефонного узла. Ближе ставить машину побоялись. Да и нужды не было. В случае необходимости оперативники вошли бы в здание уже через пятнадцать секунд после вызова. Еще один оперативник слонялся по фойе, делая вид, что ожидает своего звонка. Он наблюдал за входом, время от времени связываясь по рации с машиной и докладывая обстановку. Трое сотрудников «фирмы, торгующей системами внутреннего наблюдения», как раз сейчас входили в здание. Они должны были обеспечивать безопасность девушки. Расположившийся на переднем сиденье белых «Жигулей» Волин механически посмотрел на часы. Три минуты первого.

Телохранитель заметил Маринку, когда девушка только поднялась из подземного перехода. Слава Богу, подумал он. Боря, если и был где-то рядом, явно упустил момент. Хорошо. Теперь она в безопасности. Телохранитель выбрался из машины, оперся локтями о крышу. Народу на проспекте было довольно много, но не настолько, чтобы Марина не заметила его. Она и заметила. Остановилась, словно раздумывая, затем решительно направилась в здание. Телохранитель хмыкнул. Марина отреагировала так, словно боялась его. Странно. Он вновь забрался в салон, закурил, посмотрел на собственное отражение в зеркальце:

– Что скажешь? Внезапно задняя дверца машины распахнулась. Телохранитель мгновенно сунул руку за отворот пиджака, развернулся, вытаскивая пистолет. Увидел садящегося в машину человека и, криво усмехнувшись, пробормотал:

– Не надо больше так меня пугать. Еще секунда – и у тебя была бы лишняя дыра в теле. Это же не шутки. Человек захлопнул дверцу, придвинулся поближе. Телохранитель опустил голову, вновь пряча пистолет в кобуру и застегивая клапан. Запахнув пиджак, он взглянул в зеркальце заднего вида и наткнулся на ответный пристальный, холодный взгляд.

– Что? – спросил он, внезапно осознавая происходящее. Ему не надо было прятать оружие. Он поторопился. Но теперь уже все равно не дотянуться. Телохранитель подался вперед, и в этот момент острейшее лезвие вонзилось ему в шею слева, перерезав артерию. Он закричал, пытаясь закрыть рану рукой. Мгновенно последовал еще один удар ножом, пришедшийся на пальцы. Лезвие рассекло плоть и хрящи. Пальцы телохранителя повисли на лоскутках кожи. Теперь он не мог даже распахнуть дверцу и вывалиться из машины. Человек ухватил его за волосы и потянул назад, припечатывая затылком к подголовнику. Кровь выплескивалась из пореза, заливая кресло и пол машины. Телохранитель принялся колотить изувеченной рукой в боковое стекло, оставляя на ней жирные, смазанные следы крови. Он все еще надеялся, что кто-нибудь придет ему на помощь. Убийца обстоятельно, стараясь не запачкаться, полоснул ножом по шее жертвы и тут же убрал руку, не отпуская, однако, головы. Телохранитель захрипел. По телу его пробежала волна агонии. Через секунду он затих. Боря спокойно вытер нож о пальто мертвеца и спрятал оружие под одежду. Выждав, пока толпа на проспекте станет плотнее, Боря закрыл дверцы машины на замки и выбрался из салона. Теперь он зашагал ко входу в телефонный узел. Пока его расчеты оправдывались. Следственная группа двигалась в нужном ему направлении.

– Пойдемте, я познакомлю вас с персоналом, – улыбаясь, сообщил Каляев. – Потом вам придется пройти небольшую проверку на профпригодность, и можете считать, что вы приняты.