Robert van Gulik - Убийство в Кантоне

— То, что Ни, судя по всему, скрывается, может указывать на него как на преступника, — заметил судья Ди. — Но давайте не будем увлекаться скоропалительными выводами, господин Пао.

Четверо стражников стояли у двухъярусного дома, и двое из них размахивали фонариками, на промасленной бумаге которых красными иероглифами значилось: «Судебная управа Кантона». Все четверо вскинули оружие, когда носильщики спустили на землю большой паланкин. Судья Ди вышел из него в сопровождении градоправителя Пао и двух помощников. Он подождал, пока начальник стражи и господин Яо выберутся из паланкина, затем спросил:

— В каком покое совершено убийство?

— В чайном, слева от залы, достопочтенный господин, — ответил начальник стражи. — Позвольте я покажу вам дорогу.

Он проводил их в довольно большую комнату, освещенную белыми шелковыми фонариками на двух красиво вырезанных подставках. Один стражник застыл у двери слева; справа у стены стояли чайный столик и большое кресло. В глубине виднелся круглый дверной проем, наполовину прикрытый голубой занавеской из бус — последние мелодично звякнули, когда белая рука поспешно опустила занавесь до конца.

— Садитесь сюда и ждите, — велел Яс судья, указывая на кресло справа. Затем он повернулся к начальнику стражи: — Вы ведь ничего не трогали на месте преступления?

— Нет, господин. Я заходил туда всего один раз, чтобы поставить зажженные свечи на стол и удостовериться, что женщина действительно мертва. Здешняя прислуга звала ее как девицу Ван, однако я обнаружил в рукаве покойной сумочку из парчи с визитной табличкой, где ясно обозначено, что сна является супругой вашего градоправителя. И я оставил все точно так, как было.

Стражник распахнул дверь, и они увидели маленькую чайную комнату. В середине ее стояли столик розового дерева и три стула; слева, у стены, — столик с вазой, полной увядших цветов. На безупречно белых, отштукатуренных стенах висело несколько превосходных свитков с изображением птиц и цветов. Напротив единственного окна ничком лежала женщина, одетая в простой коричневый халат. Рядом с ней валялось четыре опрокинутых стула. Очевидно, они стояли у ближайшего к окну столика.

Судья Ди, взяв со стола одну из свечей, подал знак Чао Таю. Помощник наклонился и повернул женщину на бок. Пас поспешно отвернулся. Тайвэй предусмотрительно встал между ним и убитой. Лицо несчастной исказила страшная гримаса, непомерно раздутый язык вывалился из окровавленного рта. Чао Тай не без труда ослабил шелковый шарф, чудовищной силой сдавивший горло женщины, и молча показал судье Ди серебряную монету, завязанную в уголок.

Судья Ди взмахом руки приказал Чао Таю покрыть лицо убитой, затем повернулся к стражнику, неподвижно стоявшему у двери:

— Как было обнаружено тело?

— Приблизительно через полчаса после прибытия госпожи младшая прислужница вошла подать чай, полагая, что господин, с которым та собиралась здесь встретиться, уже пришел. Увидев бездыханное тело, девушка отчаянно завизжала Люди па улице это услышали. Окно было отворено, как и сейчас. Оно выходит в небольшой проулок между этим домом в соседним. Ну так вот, двое мужчин, проходивших мимо, услышали вопли прислужницы и без промедления побежали в управу предупредить меня. Ну и я поспешил сюда выяснить, что случилось.

— Понятно, — кивнул судья.

Он велел обоим помощникам обыскать комнату на предмет каких-либо улик, а потом позаботиться () доставке тела убитой в судебную управу.

— А теперь я должен допросить женщину, которая здесь всем распоряжается, — обратился он к Пас. — Куда вы отправили женщин, начальник стражи?

— Той, что здесь вроде домоправительницы, я велел сидеть в покое рядом с залой, господин.

А четырем девицам, которые здесь живут, запретил покидать комнаты наверху. Служанкам было приказано оставаться на кухне.

— Неплохая работа! Пойдемте, господин Пао!

Они пересекали залу, направляясь к дальней двери. Господин Яо вскочил с кресла, но судья Ди сделал вид, будто не замечает его, а градоправитель одарил таким взглядом, что торговец в растерянности плюхнулся обратно.

В маленькой приемной стояли чайный столик резного черного дерева, два стула из того же материала и высокий комод-гуйчу. Опрятно одетая женщина средних лет, стоявшая у комода, тотчас быстро склонилась в низком поклоне. Судья Ди сел за чайный столик и знаком предложил господину Пао занять соседний стул. Начальник стражи заставил женщину спуститься на колели, а сам, скрестив руки на груди, остался стоять рядом с ней.

Судья Ди стал задавать вопросы, начав, как положено, с имени и возраста. Женщина отвечала на северном диалекте сбивчиво, однако благодаря искусно построенному допросу судья Ди сумел выяснить, что господин Яо купил этот дом пять лет назад и вверил ее заботам четырех девушек. Две в прошлом были певичками, а еще две — актрисами. Всем им выплачивалось щедрое вознаграждение. Господин Яо обычно захаживал сюда раза два в неделю либо один, либо с двумя-тремя друзьями.

— Как ты познакомилась с госпожой Пао? — спросил ее судья Ди.

— Клянусь, я и знать не знала, что это супруга почтенного градоправителя! — захныкала женщина. — А то я ни за что не позволила бы мореходу Ни приводить ее сюда. Он…

— Ну разве я вам не говорил?! — крикнул Пао. — Этот мерзавец…

— Предоставьте допрос мне, господин Пао, — отрезал судья и сурово глянул на домоправительницу: — Продолжай!

— Ну так вот, мореход появился у нас пару лет назад, как я уже говорила, представив эту женщину как девицу Ван. «Нельзя ли мне воспользоваться комнатой сейчас и после полуденной трапезы, чтобы побеседовать с госпожой» — спросил он. А поскольку морехода знает весь город, господин, и он посулил достойно платить за чай и угощение, я…

— А господин Яо знал об этих свиданиях? — спросил судья.

Щеки женщины заалели.

— Ну, раз мореход всегда приходил пополудни, господин… — заикаясь пробормотала она, — и всего-то на чашку чая, я… не думала, что надо спрашивать позволения у господина Яо и…

— И ты просто прикарманивала денежки морехода, — холодно закончил вместо нее судья. — Хотя отлично знала, что моряк путается с этой женщиной. А значит, тебя ждет порка за то, что посмела держать дом свиданий без надлежащего разрешения властей.

Женщина в отчаянии несколько раз стукнулась лбом об пол и возопила:

— Клянусь, мореход ни разу не коснулся даже ее руки, господин! В этой комнате нет ни ложа, ни хотя бы скамьи! Молю вас, спросите у служанок, господин! Они все время ходили туда-сюда: принося то чаи, то сласти, то еще что-нибудь. И все скажут вам, что они просто сидели и разговаривали. Иногда играли в облавные шашки — и все! — Домоправительница разразилась рыданиями.