Стивен Кэннелл - Король мошенников

К самолету подкатили трап, затем дверь открылась. Первой на землю сошла Дакота, на лице ее были видны следы страшных побоев. Она испытывала сильную боль, это было очевидно – на рассеченную губу требовалось наложить швы, вокруг раны запеклась кровь. Дакота медленно спускалась по ступенькам, крепко держась за перила. На ней был один из новых костюмов Каллиопы, слишком для нее тесный. Следом, почти вплотную, двигался Томми. Дакота прошла к автомобилю и, болезненно поморщившись, забралась на заднее сиденье.

– Что это, бля, с ней такое случилось? – спросил Джимми Фриз, сделав движение головой в ее сторону.

– Заткнись и поехали, – рявкнул Томми и тоже влез на заднее сиденье.

Когда лимузин выехал с территории аэропорта, он протянул Уэйду Саммерленду листок бумаги.

– Это гребаное место называется пристань Мадфлэт. Понял? Позвони четыре-один-один и узнай адрес. Она говорит, что эти суки живут в плавучем доме, который называется «Сейсмический взрыв».

Машина помчалась мимо зернохранилищ и недавно вспаханных полей в направлении Фресно, города, выросшего посреди сельскохозяйственных угодий, изрезанных множеством протоков, которые впадали в реку Сан-Хоакин, что позволяло фермерам задешево отправлять в Сан-Франциско огромные баржи с зерном. Уэйд набрал на мобильнике номер справочного бюро и быстро получил адрес. Ему рассказали, где находится пристань и в каком направлении двигаться. Пятнадцать минут спустя лимузин выехал на покрытую гравием дорогу и припарковался на автостоянке пристани, совершенно пустынной, если не считать одного или двух автомобилей у маленькой конторы, которая была закрыта. В дальнем конце стоянки виднелся голубой с белым трейлер «виннебаго» десятиметровой длины, с задрапированными окошками.

Томми посмотрел на Дакоту.

– Если их там нет, тебе лучше сразу записываться на прием к хорошему пластическому хирургу.

– Делай что хочешь, Томми, – тихо произнесла она, морщась от боли. – Я тебе рассказала все, что знаю. Они говорили, что живут здесь.

Томми пробормотал что-то невнятное и посмотрел на Кита.

– Оставайся с ней. Потеряешь бдительность – пеняй на себя. Учти, эта девушка с характером. – Он вылез из машины с Джимми и Уэйдом и двинулся к деревянному парапету оглядеть сонную пристань.

Название не обманывало, [50] Мадфлэт – берег моря, заливаемый при приливе и обнажаемый при отливе, а также низкие берега рек (англ.). она действительно располагалась в низине. Было туманно, и уже начали жужжать москиты. По какой-то причине Томми они кусать отказывались, но беспрестанно атаковали Джимми и Уэйда, которые отмахивались от них своими мощными руками, не переставая обозревать маленькую пристань, расположенную внизу. Обветшалый деревянный дебаркадер ограждал три перпендикулярных причала, выдававшихся в мелководье. К одному, в самом конце, была пришвартована брошенная ржавая баржа, служившая плавучим домом. На корме виднелась надпись: «Сейсмический взрыв».

– Если бляди там, я буду рубить дрова, – тихо сказал Томми.

Затем начал спускаться к причалу. Мордовороты за ним.

Они медленно вышли на шаткий причал и крадучись продолжили путь к барже. Вскоре можно было расслышать голоса. Двое находившихся внутри, похоже, спорили. Томми приложил палец к губам. В каюте на полную громкость было включено радио, так что голос Бино едва пробивался сквозь грохот рок-ансамбля.

– Сейчас мы, как никогда, должны сидеть тихо и не высовываться, – доказывал он. – Иначе, если хотя бы кому-нибудь станет об этом известно, здесь немедленно появятся федеральные чиновники.

– Не беспокойтесь, – отозвался Даффи. – Вы всегда волнуетесь. Никто не скажет ни слова. Эти ребята знают, сколько поставлено на карту.

Плавучий дом был примерно двенадцать метров в длину и имел форму коробки. Полинявшая желтая краска сильно облезла, обнажив ржавый жестяной остов. На побелевшей от солнца задней палубе виднелись несколько коричневых складных стульев. Вставленный в окно кондиционер сильно шумел.

Томми ткнул пальцем в себя, затем на сходни, показывая, что первым войдет в дверь, которая располагалась напротив. Затем он показал на Джимми, чтобы тот двигался на корму, и Уэйду – на нос. «Быки» кивнули и щелкнули костяшками пальцев. Томми вытащил из кобуры на бедре девятимиллиметровый «ЗИГ-зауэр», бросил взгляд на «быков» и ринулся по трапу в главный салон плавучего дома.

Бино сидел за столом в металлическом кресле. На нем был блестящий полосатый галстук и сильные очки в черепаховой оправе. Из кармана рубашки с короткими рукавами торчал колпачок ручки. Как только Томми с шумом распахнул дверь и ворвался в комнату, Бино соскочил со стула, побежал и скрылся за задней дверью, а Даффи – за передней. Так что примерно на полминуты Томми остался в салоне один в обществе небольшого терьера, коричневого с черным, который спал на диване, а теперь поднял морду, чтобы посмотреть, что случилось. Некоторое время, весьма непродолжительное, на обеих палубах были слышны звуки борьбы, а затем Бино и вскоре за ним и Даффи снова появились в салоне, правда, двигались они спиной вперед. За ними следовали Джимми и Уэйд, заслонив проходы своими мощными спинами. Томми отложил пистолет и направился к Бино.

– Не бейте меня, – взмолился тот.

Но Томми поступил как раз наоборот. Он ухватил Бино за полосатый галстук и нанес сильный удар, отбросив в кресло. Затем сделал шаг вперед и ударил ногой в пах. Бино согнулся в три погибели, оставаясь сидеть в кресле. Как бы завершая эту зверскую пантомиму, Томми приблизился и провел один из своих ужасных апперкотов, выпрямив Бино и отправив его на пол. Плут Роджер с тревогой наблюдал за происходящим.

– Пожалуйста, пожалуйста… Я всего лишь ученый, у меня нет денег. Не бейте нас. – Бино теперь играл роль занудливого и очень напуганного доктора геологии.

– Дерьмо собачье! Та сука, которую вы наняли, даст вам сто очков вперед по смелости и выдержке, – сказал Томми, обращаясь к Бино, который трясся от страха, скорчившись на выцветшем потертом ковре, держась обеими руками за пах.

Стоявший в центре салона Даффи вновь ринулся к двери, но был схвачен Джимми Фризом и возвращен обратно. Томми подошел к нему шаркающей походкой, замахнулся и врубил старику превосходный хук слева, так что несчастный Даффи выпрыгнул из своих парусиновых домашних туфель.

– Кажется, я наконец-то отработал левый хук, – сказал себе Томми. Он слегка запыхался, костяшки пальцев покраснели и немного болели, но он был счастлив. Томми, можно сказать, жил ради таких вот звездных моментов.

Десять минут спустя Бино и Даффи сидели, привязанные к металлическим креслам запасной швартовочной веревкой, которую Томми нашел в рундуке на передней палубе.