Джадсон Филипс - Чума насилия

- Я могу понять ваш сарказм, мистер Джерико, - сказал Уильямс, огромные глаза которого смотрели на Джерико через стекла очков так, будто он пытался образумить непослушного ребенка. - У этих молодых людей такие же права, как и у всех остальных.

- И даже право на незаконное хранение взрывчатых веществ и наркотиков? И право уничтожать общественную собственность?

- Их спровоцировали, мистер Джерико. Закон существует для того, чтобы защищать людей, а здесь его применили для того, чтобы нарушить их права. Он взглянул на Дэвида. - Вы не присутствовали при взрывах, Дэвид. Вероятно, мистер Джерико может отвезти вас домой.

- Что вы собираетесь делать, Ивен?

- Останусь с арестованными.

- Я тоже хочу остаться, - возразил Дэвид.

- Вы сможете принести больше пользы, если останетесь на свободе. Тем более, что ваш отец все равно вызволил бы вас самое позднее через полчаса.

- Ну его к черту! - воскликнул Дэвид.

- Вы подбросите его к Бауманам, мистер Джерико?

- Постараюсь, - ответил Джерико.

Дорога, ведущая к дому, была забита машинами, которые стояли вдоль обочин, оставив узкий проезд для "скорой помощи", которая должна была приехать за телом Эллен Поттер. Джерико развернул свой "мерседес" и прикинул, что сможет добраться до главной дороги, если поедет за машиной "Скорой помощи" и полицейским фургоном, в который погрузили арестованных. Остановить его никто не пытался. Полицейский, которому поручили руководить движением, даже дружески помахал Дэвиду Прентису рукой в перчатке.

- Они не считают вас одним из хиппи, Дэвид? - спросил Джерико.

- Мой отец - большая шишка в городе. - Дэвид раздраженно поерзал на сиденье. - Он стал большой шишкой потому, что представляет интересы действительно серьезных людей.

- Таких, как Бауман?

- Таких, как Александр Бауман, известный мерзавец.

- А как насчет миссис Бауман?

- Она сумасшедшая, - ответил Дэвид, - раз не уходит от него. Она ведь даже богаче, чем он сам, но все равно не уходит.

- Ведь у них есть Томми.

- Разве она не может забрать его с собой? Может быть, она считает, что для Томми полезно присутствовать при невинных развлечениях великого Алекса?

- Что это за развлечения?

- А вы не заметили в доме ничего странного?

- И довольно много чего. Что вы имеете в виду?

- Вы заметили, что в доме нет собак? Разве не странно, что в такой большой усадьбе, где есть лошади и где ведут жизнь на природе, совсем нет собак?

- И что из этого следует?

- Я был еще ребенком, но помню, что раньше у них были собаки. И я просто заболевал, глядя, как Великий Алекс с ними обращается. Он бил их при малейшем проявлении непослушания, в основном цепью. Поэтому при виде его у них было одно желание - поскорее улизнуть. Тетя Лиз любит собак. Лет пять назад она приобрела красивого боксера. Она хотела выдрессировать его для себя, но вмешался Большой Господин. Этот боксер был собакой с характером, так что сломать его не удалось. Однажды мы все были дома. Раньше перед домом устраивали крокетную площадку, и мы с тетей Лиз там играли. Большой Господин сидел возле площадки с моим отцом, они выпивали и вели разговоры о своих важных делах. Тут появился этот самый боксер, его звали Чарли. Он увидел тетю Лиз и побежал к ней, чтобы поприветствовать. Пробегая мимо того места, где сидел Большой Господин, он задел столик и опрокинул стакан моего отца. Большой Господин подозвал собаку. Чарли нехотя подошел к нему. На нем был строгий ошейник. Мистер Большой Господин схватил его за поводок, который был на ошейнике, и стал хлестать его цепью, что оказалась у него под рукой. Он страшно избил собаку, но пес не сдался, хотя не мог шевельнуться из-за ошейника, который впивался ему в горло. Наконец мистер Большой Господин пришел в себя и отпустил Чарли. Тот отошел на несколько шагов, изо всех сил стараясь восстановить дыхание. А потом развернулся, посмотрел на мистера Большого Господина и бросился на него. Это было устрашающее зрелище. В воздухе промелькнуло золотистое тело, и Большой Господин упал - собака вцепилась ему в горло. Каким-то образом тете Лиз удалось успокоить Чарли, и мы помогли Большому Господину дойти до дома. Шея и горло у него были здорово разодраны. Через десять минут он появился с ружьем в руках. Тетя Лиз сильно плакала, потому что он застрелил Чарли. - Дэвид глубоко вздохнул. - С тех пор у Бауманов никогда больше не было собак. Сам я не видел, но мне рассказали, что Большой Господин вместе с Нельсоном перестреляли всех остальных, которые были в доме. А там были два отличных пойнтера, натасканных для охоты. Нет такого закона, чтобы защищать животных от их хозяев. Тот, кто перейдет дорогу Большому Господину, получит пулю в лоб.

- Неприятная история, - согласился Джерико.

Тем временем они выбрались на главную дорогу, и "мерседес" понесся к дому Бауманов. Дэвид повернулся к Джерико:

- Когда я узнал, что в вас стреляли, я подумал, не занесены ли вы в черный список Большого Господина.

Джерико ответил кривой ухмылкой:

- Теперь-то уж точно. Недавно я врезал ему пару раз. Наверное, по возвращении я обнаружу свои пожитки на лужайке перед домом.

- Берегитесь его, мистер Джерико. Он не оставит вас в покое, даже если ему придется посвятить этому всю оставшуюся жизнь. Он такой.

Над холмами висела голубоватая дымка, предвещая, что день будет по-летнему жарким. Джерико бросил взгляд на часы и удивился, обнаружив, что время приближается к часу. Торжества, посвященные собранию фонда, то есть то, ради чего он приехал, должны были начаться ровно в два.

- Что общего у вас с ребятами из коммуны, Дэвид?

- Почти ничего, - ответил Дэвид и поднял руки к лицу, которое было все таким же бледным. - Я люблю их, но у меня не хватает духу на соответствующие поступки.

- Какие, например?

- Я не могу жить, как они. На них ополчился целый мир, исповедующий культ смерти, их преследуют полчища злобных идиотов. Они же ненавидят войну, ненавидят, когда люди негуманны друг к другу, они считают, что люди не должны испытывать друг к другу ничего, кроме любви.

- Вы говорите о свободной любви?

- Вы не понимаете меня, - сказал Дэвид. - Знаете, вчера я притворялся. Я знаю, вы верите в то же, что и они, только вы живете по-другому. Вы ненавидите насилие, но ваша красная машина вам нравится.

- Ну и что?

- Вы не смогли бы купить себе машину за шесть тысяч, если бы не пошли на компромисс.

Джерико рассмеялся:

- Вы тоже идете на компромисс, парень. Я намекаю на пиджак за полторы сотни, в котором вы были вчера вечером.

Дэвид кивнул:

- Вот это я и имел в виду, когда говорил, что между мной и Конрадом с его ребятами нет почти ничего общего. Я пытаюсь внушить себе, что верю в то же самое, что и они. Но жить так, как они, я не могу. Мне нравится ваш "мерседес". Я люблю, когда на мне чистые белье и рубашка. И я не хочу ни с кем делить свою девушку, - с горечью закончил он.