Джадсон Филипс - Город слухов

Френк все помнил и отступил в сторону.

- Проходите, мистер Свенсон. Хотите чашечку чая?

- Благодарю.

Марк сел напротив Эммы. Та встретила его ледяным взглядом.

- Эмма, мне не совсем ясно, о чем вы говорили в школе?

- Остальные меня поняли.

- Я не уверен, что сидящие в зале разобрались в значении ваших слов. Вы сказали, Эмма, причем публично, что, по вашему мнению, ваша дочь, скажем так, сбилась с пути истинного благодаря советам мисс Винтерс.

- Именно это я и сказала.

- Если вы заметили, что Лайла вела себя неподобающим образом, почему вы разрешили ей поехать на карнавал? Почему вы не остановили ее? Почему вы раньше не обратились ко мне или к кому-нибудь из членов совета?

- Потому что мы ничего не знали, - выкрикнула Эмма. - Мы ничего не знали, а потом было уже поздно.

- Я ничего не понимаю, - покачал головой Марк.

Френк подошел к столу и поставил перед Марком чашку чая.

- Мы ничего не подозревали до того... до того, как она умерла, мистер Свенсон.

Марк неотрывно смотрел на Эмму.

- Чего же вы не знали? - спросил он.

По белому как мел лицу миссис Каммингс покатились слезы, но заговорила она тем же ровным голосом.

- Только после аварии мы выяснили, что она собиралась делать... с Джимми Оренго.

От жалости к Эмме у Марка защемило сердце.

- Как вы это выяснили?

- Нас надоумил сержант Телицки, - ответил Френк.

Марк резко повернулся к нему.

- Сержант Телицки?

Френк кивнул.

- Он приходил к нам в воскресенье, когда Лайла лежала здесь... в соседней комнате... Он сказал нам.

- И что же он вам сказал? - голос Марка задрожал от внезапного приступа ярости. - Что он вам сказал, Френк?

- Он сказал, что подростки распутничают. Что в школе их учат не тому, чему следует. Он сказал, что полиция расследует обвинение в безнравственном поведении, выдвинутое против мисс Винтерс и других. Мы ответили, что Лайла тут ни при чем. Только не Лайла.

- Но он оказался прав! - вмешалась Эмма.

- Почему вы решили, что он прав?

- Он попросил посмотреть, не осталось ли у Лайлы каких-нибудь записей, писем, дневника, если она его вела.

- Мы еще не разбирали вещей Лайлы, - добавил Френк. - Еще... прошло так мало времени, вы понимаете?

- Разумеется, - кивнул Марк. - И вы показали ее бумаги Телицки?

Френк кивнул.

- Ее тетрадь по курсу секса с картинками, - ответила Эмма. - Не смею сказать, мистер Свенсон, что я там увидела.

- Это были схемы, - поправил ее Френк. - Скелет человека и все такое. Не картинки.

- Называй их как хочешь, Френк, но я видела неприличные картинки, стояла на своем Эмма. - И еще мы нашли дневник.

Френк отвернулся.

- Там все и было, прямо в дневнике. Она писала, что Джимми Оренго попросил ее, она ответила "нет", но ей хочется, и она намерена спросить совета у мисс Винтерс. Нужно ли вам что-то еще, мистер Свенсон?

- Могу ли я взглянуть на дневник, Эмма? - спросил Марк.

- Мы отдали его сержанту Телицки, - ответил Френк. - Он сказал, что это важная улика.

- Вы можете вспомнить, какие именно слова записала Лайла?

- Я их никогда не забуду! - воскликнула Эмма. - Она написала: "Джимми Оренго попросил меня сегодня, и я сказала "нет". Но мне очень хочется, и я собираюсь посоветоваться насчет этого с мисс Винтерс". А потом она поехала на карнавал и погибла... потому что ей "очень хотелось".

- Вы ничего не упустили, Эмма? - спросил Марк, его лицо потемнело.

- Она написала именно эти слова, - подтвердил Френк.

Марк встал, так и не пригубив чая.

- В одном вам обоим повезло, - сердито сказал он.

- Повезло? - повторила Эмма.

- Лайла никогда не узнает, как легко вы ее предали. Спокойной ночи.

Сев в машину, Марк развернулся и погнал к полицейскому участку. Обвинение в аморальном поведении? Кто его выдвинул? В скольких домах побывал Телицки, распространяя эту гнусную ложь?

В дежурную часть он влетел, кипя от ярости. Но застал там лишь молодого патрульного Маккарти. Он сказал Марку, что у лейтенанта Хогана выходной и тот уехал к родственникам, а Телицки "на задании" и связаться с ним невозможно.

Марк вернулся к машине и поехал домой. Все дела откладывались до утра.

В начале девятого Марк вошел в кабинет Хогана. Лейтенант поднял голову, его лицо осунулось от усталости.

- Доброе утро, мистер Свенсон.

- Мне необходимо поговорить с вами.

- Если только вы хотите дать показания, - ответил Хоган. - Мы сейчас заняты по горло.

- Какие показания? - переспросил Марк. Он приехал в участок прямо из дома.

На лице Хогана отразилось удивление.

- Вы хотите сказать, что ничего не знаете?

- А что, собственно, произошло?

- Наверное, вы единственный во всем округе, - покачал головой Хоган. Ночью кто-то убил Бредли Коннорса. Застрелил его прямо между глаз.

- Что?!

- Эвери Хэтч нашел его примерно в три часа ночи, без признаков жизни.

Марк ошеломленно смотрел на Хогана.

Открылась дверь, и в кабинет вошел Телицки. Бросив на Марка короткий, подозрительный взгляд, он проследовал к столу и положил перед лейтенантом заполненный бланк.

- Как я и думал, у Винтерс есть пистолет тридцать второго калибра. Мы выдали ей разрешение около года назад.

Хоган вздохнул.

- Надо проверить, где он сейчас.

Марк не верил своим ушам.

- Вы предполагаете, что Аннабелль Винтерс застрелила Коннорса?

- Мы не нашли пистолета на месте преступления, - ответил Хоган. - Но доктор Паттон передал нам пулю. Стреляли из пистолета тридцать второго калибра. Телицки выясняет, кто из жителей Рок-Сити имеет разрешение на хранение пистолета такого типа. Одно из них получила мисс Винтерс.

- И только она? - спросил Марк.

- В городе порядка двадцати пистолетов этого калибра, - ответил Телицки.

- И вы собираетесь проверить всех владельцев?

- Зачем? - удивился Телицки. - Коннорс публично обвинил ее в безнравственности. На лужке перед ее домом вчера зажгли крест. Она наверняка ненавидела Коннорса. Мы не будем беспокоить десятки людей, если, скорее всего, виновата именно она. О них мы подумаем, когда она докажет свою невиновность. И, держу пари, у нее ничего не получится.

Впервые в жизни Марк почувствовал себя глубоким стариком. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал. Он пришел жаловаться на Телицки. Теперь стало ясно, что это бесполезно. Жаловаться надо выше. Тут он ничего бы не добился.

ГЛАВА 2

Между учителем и жителями города, в котором он или она живет и работает, всегда возникают особые отношения. Умная, интеллигентная Аннабелль Винтерс понимала это лучше, чем кто-либо другой. Тысячи учеников, проходящие через руки учителя, ощущают на себе его воздействие как личности, прислушиваются к его мнению на многое из того, что выходит за рамки школьной программы, разделяют его предубеждения и восторги, подражают его примеру. Появление любимчиков и некомпетентность, таковы два обвинения, постоянно нацеленных на учителя. Редкие родители готовы признать, что их ребенок отстает в развитии или у него какие-то сложные проблемы, комплексы. Если ребенок плохо учится, родители скорее всего скажут, что учитель отдает предпочтение другим или просто не знает своего дела.