Дмитрий Серебряков - Фабрика звезд по-русски

А послышавшийся сверху топот и неясное бормотание и вовсе остановили пытавшуюся дотянуться до пистолета руку…

Но двое нижних внезапно остановились и коротко поглядели друг на друга.

Совина хлопнули сзади по плечу, и он почувствовал ядреный запах спиртного.

— Слышь, мужик! — Двое изрядно поддатых крепких мужиков лет по тридцать обращались именно к нему, к Совину. — Мы знаем, у тебя внизу тачка. Ты нас довези до метро. И все! Нам надо!

Им надо. Очень хорошо. Совин видел мужиков в первый раз. Но надо полагать, что это были соседи. Впрочем, он в подъезде никого и не знал — стандартная ситуация многоэтажек.

Двое нижних повернулись и начали медленно спускаться вниз. Этажом ниже открылась дверь лифта, и такой же нетрезвый голос проорал:

— Эй, вы там где?..

На улицу вышли, шатаясь и обнимаясь, уже впятером. Совин почти оглох от пьяного шума. Но это было куда как лучше общения с теми двумя. А где же они? Во дворе их не было. Пронесло, стало быть. Во всяком случае, на данный конкретный момент.

Дмитрий усадил нетрезвых спасителей и тронулся в сторону «Щелковской». И не удивился, заметив, что сзади пристроилась «девятка» с двумя людьми.

Он удивился другому. Пристроившаяся сзади «девятка» принадлежала Черткову А.И., водителю автомобиля «урал», полгода назад протаранившего неподалёку от Владимира другую машину — «фольксваген», в которой в качестве пассажирки находилась Марина Снегирёва…

Ещё бы чуть-чуть, и Совин мог бы попасть в ситуацию из черных анекдотов о «новых русских». Всем известно: в шестисотый «мерс» въезжает гордость советского автомобилестроения наш родной «запорожец»… И так далее. Обошлось. И Совин, рискуя врезаться в сверкающую иномарку, резко повернул налево, нырнул в какой-то переулок и начал петлять по неизвестным ему улочкам. Впрочем, это было уже лишним. От черной «девятки» он оторвался сразу, когда подрезал иномарку.

Чертковская машина сопровождала его и до метро, близ которого Дмитрий высадил нетрезвых спасителей, и намеревалась сопровождать дальше, если бы дилетант-водитель Совин не пошел на рискованный маневр. Деваться, однако, Совину было некуда. Не тащить же, в самом деле, этих ребят к Андрееву. Не тащить. Кто не рискует, тот…

Совин мысленно распивал сам с собой шампанское, не понимая да пока и не пытаясь понять, осознать, осмыслить странный факт знакомства двух неуважаемых им господ — Толстого и Черткова. А то, что они знакомы, не подлежало сомнению, ибо только два человека могли подослать неласковых ребят. Только двоих Совин в последние дни потревожил.

Первый — это адвокат Сергеев из Владимира. Маленькая тонкость: адвокат не мог знать, что именно Совин затеял с ним непонятные игрища. А вот господин Клевцов Виталий Петрович мог. Если ему позвонил Володя Андреев…

«А ведь ты позвонил, Володя. Позвонил. Нехорошо! — укорил Дмитрий отсутствующего Андреева. — С тобой сейчас будет трудно разговаривать. Злой я весь. Неласковый. Как те ребята, что пытались меня… А что они пытались?»

Тут только до Совина стало доходить, что его могли бы и убить. Он почувствовал, как в кровь бросился адреналин. Задрожали руки, бешено забилось сердце. Пересохло в горле. Классические симптомы уже пережитой опасности.

Дмитрий прижал машину к обочине, налил из термоса чаю и закурил.

Когда дверь квартиры Андреевых открыла женщина с красными от слез глазами, Дмитрий понял, что опоздал. Поговорить с Володей Андреевым ему больше не удастся никогда. И единственное, что он смог узнать, содержалось в скупой фразе:

— Володю сбила автомашина… Час назад… Прямо у дома… Насмерть…

— Примите мои соболезнования. Извините… — Совин повернулся и спустился к машине.

Многовато сегодня курил Совин. Многовато. Но меньше как-то не выходило…

«Ах, Володенька, не послушался ты меня. Не послушался. И вот чем всё кончилось. А я ведь тебя предупреждал…»

Дмитрий достал сотовый телефон, поднял в машине стекло и набрал домашний номер Палыча. И изложил ему свою просьбу.

— Дим, что-то вокруг тебя трупов много, а? Ты не находишь? — отозвался друг, выслушав Совина. — Позвони мне через десять минут.

Спустя двадцать минут Совин вошел в дежурное помещение отделения милиции и представился сидящему за барьером лейтенанту.

— Да, подполковник Корзунов мне звонил. Машину нашли на соседней улице, недалеко от места происшествия. Сейчас она во дворе, отбуксировали. Хотите посмотреть? Сержант, проводите товарища. Да, кстати, сейчас привезут хозяина, можете и на него взглянуть. Час назад он подал заявление по месту жительства о том, что его машину угнали. Свидетели говорят, что за рулём была молодая женщина в бейсболке и тёмных очках. Не остановилась… — Лейтенант четко выполнял указания подполковника.

— Товарищ лейтенант, я посмотрю машину, а потом посижу в уголочке, на хозяина посмотрю. Вы ему ничего не говорите. Хорошо?

— Договорились. Сержант, проводите товарища корреспондента. И ничего не трогайте.

Совин не ожидал увидеть то, что увидел, но увидев, не удивился. Красная «девятка» с московским номером — цифрами девять-один-три. И с жёлтой наклейкой-кляксой. Если Глебов вспомнил правильно и именно эта машина обгоняла его под Владимиром, то и хозяином должен оказаться курящий папиросы блондин с длинными волосами, собранными в косичку.

Войдя в дежурку, Совин надел тёмные очки и, покурив минут пять, коротко взглянул на доставленного наконец хозяина машины. Все приметы были при нем. Даже темные очки в золотой оправе.

Не нужно было бы Совину встречаться с этим блондином. Дмитрий отвернулся к стене и стал внимательно изучать развешанные на досках объявления. Ужасно его заинтересовало, кого же разыскивает милиция? К счастью, блондин на Совина даже не посмотрел.

Пока лейтенант задавал хозяину «девятки» формальные вопросы — фамилия, имя, отчество, год рождения, адрес, — Дмитрий, щелкнув клавишей диктофона, ждал. Закончились формальности, выключил диктофон и хотел было попрощаться. Но остановился, подождал, пока блондина отправят в какой-то кабинет писать свою версию на бумаге.

Подробности предстоящего с блондином разговора он и без того знал из того простого факта, что в момент гибели Володи Андреева блондин подавал заявление об угоне в свое отделение милиции. Правда же заключалась в том, что никакого угона не было. И гибель Андреева была грамотно спланированной акцией. И хрен под неё подкопаешься, под версию об угоне. И бабу, за рулём сидевшую, не найдёшь. Никогда.

Но когда блондина увели, записал имена и адреса трех свидетелей. Едва ли он найдёт эту девицу, сидевшую за рулем. Но она связана с «делом Снегиревой». Это первое.