Лин Гамильтон - Африканский квест

Хотя очень хочется, чтобы сантехники, торговцы бытовыми приборами, ремонтники кондиционеров и прочие люди подобного рода придерживались этой философии, когда я сама оказываюсь в роли клиента, мне казалось, что таким отношением я в данной ситуации навредила себе.

Я обращалась со всеми членами группы как с клиентами компании «Макклинток энд Суэйн», которыми они, естественно, были, но никто из них особого уважения не заслуживал. Перед вылетом меня интересовало только, могут ли они оплатить путешествие и достаточно ли они порядочные люди, чтобы получить паспорт? Знала из всех них я только Эмиля, и то не близко, и ни о ком из членов группы, кроме Азизы и Кертиса, никогда не слышала. В отличие от Сьюзи я была слишком вежливой и не задавала множества вопросов. Азиза рассказала неубедительную историю о том, что бродила среди ночи и случайно оказалась в спальне Кристи. Я понимала, что она лжет, но не оказывала на нее нажима. Ни пока она лежала в больнице, ни потом.

Поскольку оставалось всего шесть дней, я собиралась быть более агрессивной, хоть это и клиенты. Мне пришла очень хорошая мысль, с чего начать, хотя меня это коробило, словно я собираюсь броситься вниз головой в чан со слизью. Я была в отчаянии. Вытащила копию списка Кристи. Если кто и знал, что здесь происходит, то она, и любая запись в ее списке могла привести к убийству, Рика или ее самой.

— Азиза, — предложила я немного позже, — может, слегка прогуляемся по территории?

— Давайте, — ответила она с удивлением.

— Хотела предупредить вас, полиция вновь открывает расследование смерти Рика, — сказала я, когда мы остановились полюбоваться видом.

— Почему? — спросила она.

— Считают, что, возможно, его убили. Результаты вскрытия не совпадают с версией неосторожного ныряния в бассейн.

— Какой ужас! — воскликнула Азиза.

— Да, — согласилась я. — Возможно, станут разбираться и в смерти Кристи.

Она остановилась и повернулась ко мне.

— Азиза, вам нечего мне сказать? — подбодрила я ее.

— Нет, — ответила она. — Что я могла бы сказать вам?

— Что на самом деле произошло в ту ночь, когда вы были в комнате Кристи?

— Все в точности так, как я говорила, — сказала она, но ее руки дрожали.

— Нет, не так, — сказала я. — Послушайте, Азиза, это останется между нами.

— Ладно, — прошептала она. — Давайте сядем где-нибудь в укромном месте. Обещайте не говорить остальным, журналистам, никому, то, что я скажу вам.

— Не скажу, Азиза, но не могу обещать, что полиция не станет расспрашивать меня или вас о случившемся.

— Понимаю, но больше никому. — Я кивнула. — Ну, хорошо. Прежде всего, хочу сказать вам, что Кристи Эллингем была очень подлой. Она меня шантажировала. Не знаю, каким образом, но она разузнала о некоторых моих… неосторожностях… когда я была юной и только начинала работать манекенщицей.

— И она отправила вам записку с предложением поговорить, — сказала я.

— Да.

— И что?

— Думаю, раз уж заговорила об этом, нужно сказать вам, какие это были неосторожности, — начала Азиза сдавленным голосом. — Когда мне было пятнадцать лет, я подписала контракт с большим международным агентством. Мои родители решили, что все прекрасно. За мной должна была присматривать дуэнья, и мне предстояло жить с девушками моего возраста в своего рода общежитии. Да, агентство наняло так называемую дуэнью. Точнее, торговку наркотиками и сводницу.

Полгода спустя я пристрастилась к наркотикам, главным образом, к кокаину, и сблизилась с целым рядом дурных мужчин. Думаю, едва не погибла, но однажды одна из девушек, вместе с которыми я жила, скончалась от передозировки. Не могу передать вам, как потрясла меня ее смерть, но я ей многим обязана. Я сбежала — меня бы ни за что не отпустили — с помощью родителей добралась домой, легла в лечебницу и в конце концов вернулась в модельный бизнес. Мне очень повезло, что я не оказалась в мешке для перевозки трупов.

Не представляю, как все это разнюхала Кристи. Я думала, это часть моей жизни погребена в прошлом. Но ей это как-то удалось, и она собиралась заставить меня раскошелиться на крупную сумму. Полмиллиона долларов, можете поверить? Мне показалось, что она долгое время копалась в моем прошлом и согласилась описать это путешествие, узнав, что мы с Кертисом тоже сюда отправляемся.

А Клайв считал, что Кристи поехала в Тунис благодаря его убедительности. Как он будет разочарован!

— А не могли вы ей сказать — давайте, пишите и публикуйте? Вы весьма преуспевающая манекенщица и могли бы обратить ее материал к собственной выгоде. «Преодолевшая тягу к наркотикам манекенщица добивается громадного успеха», что-нибудь в этом духе.

— Прежде всего, пусть я и преуспевающая манекенщица, но не богата. Кертис, то есть мы, сделали несколько очень неудачных инвестиций и в последние два года потеряли почти все. Должна признать, Кертис — никудышный бизнесмен. Он поссорился с моим менеджером, и тот послал его к черту. Кертис сказал — ничего страшного, моим менеджером будет он сам. Я люблю его, но он напрочь лишен деловых способностей. К счастью, я недавно получила очень выгодное предложение от одного производителя одежды. Будет новый фасон стильной вечерней одежды под моим именем. Я даже сделала несколько замечаний по поводу дизайна и очень довольна качеством. Мне хорошо платят за использование моего имени, но я должна демонстрировать этот фасон повсюду. И почти сразу же получу шестизначную сумму.

— Замечательно. Вы хотите сказать, что секс и наркотики вредят бизнесу?

— Совершенно верно. Даже в моем контракте сказано, что я должна быть совершенно незапятнанной, и при малейших осложнениях из-за алкоголя, наркотиков или чего-то такого соглашение расторгается. Эта компания гордится своей социальной ответственностью. Придает большое значение тому, что не использует детского труда, всегда справедливо платит работникам и так далее. Если б Кристи вскрыла ту историю, от сотрудничества со мной мгновенно бы отказались. Мы нуждаемся в деньгах, но Кристи, очевидно, думала, что у нас их куры не клюют.

Я сказала, что нахожусь на мели, но со временем заплачу ей. Эта подлая женщина ответила, что возьмет чеки, датированные будущим числом, можете поверить? Она была совершенно уверена, что я не заявлю на нее в полицию. Потом она стала шантажировать и Кертиса. Сказала, что пишет материал для «Фёрст класс» о том, что он взял все мои деньги и вложил в рискованные предприятия — то есть о преуспевающей женщине, которая связалась с никчемным мужчиной, мне больно об этом говорить. Хуже всего, что она использовала сведения о нашем финансовом положении, которые мы сами дали ей.

В ту ночь я подождала, пока Кертис заснет, потом пошла попытаться урезонить Кристи. Собиралась сказать ей, что если она опубликует этот материал о Кертисе, то не получит от нас никаких денег, потому что мы будем разорены.