Диана Бош - Все совпаденья не случайны

– С этого надо было начинать! Спасибо за информацию, обязательно проверю.

– Кстати, еще одна деталь. На вокзале мужчина смотрелся иначе, чем в офисе, я его еле узнала. Одет был недорого, но прилично, по-интеллигентному, я бы сказала. Ой, чуть не забыла! Хотя это, наверное, неважно…

– Что значит – неважно? – возмутился Лямзин. – Говорите!

– Когда он принес конверт, то был довольно спокоен. А потом, на какое-то мгновение на лице его отчетливо промелькнул страх.

– Когда именно? Что в тот момент произошло, можете припомнить?

– Мужчина как-то так искоса глянул в сторону, и вдруг его лицо будто судорогой свело. Потом сразу конверт отдал, повернулся и вышел.

– Странно. А может быть, его кто-то из ваших сотрудников напугал?

– Да там вроде бы и не было никого. В той стороне кабинет Одинкова, но он обычно позже на работу приходит.

– Спасибо, Марина, вы мне очень помогли, – искренне поблагодарил майор.

Зацепка появилась, Лямзин чувствовал. Пусть маленькая, даже крошечная, но это был реальный след, и ему стоило уделить внимание. Лямзин отправился на Казанский вокзал. Дежурный администратор долго разглядывала рисунок, держа в вытянутой руке, потом сняла очки и устало потерла глаза.

– С ним что-нибудь случилось? – спросила она вдруг грустно.

– С кем? – удивился Лямзин.

– С этим человеком. – Женщина кивнула на портрет.

– Вы знаете его?

– Да. Когда-то я училась у него и даже была немножко влюблена. А он был счастливо женат и совсем не обращал на меня внимания. Я страшно страдала. – Администратор смущенно засмеялась. – Теперь странно все это вспоминать. Потом все прошло, конечно, но я долгое время еще интересовалась его судьбой, даже втайне ждала, что он разведется. А потом вышла замуж и прожила целую жизнь. В прошлом году мой муж погиб. А с Калемковым такая история произошла…

– С кем? – переспросил Лямзин.

– Иван Иванович Калемков, профессор математики. Он и изображен на портрете. Знаете, я ведь видела его здесь. Он крутился рядом с моим окошком, я даже хотела окликнуть, но не успела. Веселый такой был. Я ведь думала, что он уже умер, и одновременно обрадовалась, что жив, и грустно стало: как жизнь-то его побила…

– Так что за история с ним произошла, вы говорите? – напомнил Лямзин.

– Ах, да, – встрепенулась женщина. – Говорили, Калемков действительно развелся, женился на студентке, а потом с ним несчастье какое-то случилось. Вроде бы квартиры лишился и после умер от удара, что ли… А вот оказалось – жив.

– Можете подсказать, куда он брал билет?

– Конечно. Подождите немного, я погляжу по базе данных…

Лямзин оперся о прилавок и от скуки начал оглядываться по сторонам. Молодая учительница как раз ввела в зал группу детишек с рюкзачками на спинах – скорее всего, едут куда-то на экскурсию. К ним приблизилась совсем юная девушка. Неожиданно она так резко качнулась, что едва не сбила с ног нескольких ребятишек, и те стайкой отхлынули, удивленно озираясь. Вдруг ноги девушки подкосились, она упала на пол, и изо рта у нее пошла пена.

Лямзин бросился к ней.

– Что пила? – закричал он, вытирая ей рот рукавом и хлопая по щекам, пытаясь привести в чувство. – Что ты пила?

Девушка открыла глаза и слабо прошептала:

– Таблетки.

– Какие?

– Не знаю, друг дал. Кажется, экстази.

– Вот дура-то! Тянешь всякую гадость в рот, и где только твои мозги?! – в сердцах выругался Лямзин. Потом расстегнул ей куртку и ворот блузы, отнес поближе к окну.

– Воды! У кого есть холодная вода? – крикнул майор, и молоденькая учительница подбежала к нему с бутылкой минералки.

Наконец девчонка задышала ровнее, и Лямзин, оставив ее на попечение вокзального врача, вернулся к окошку администратора. Та уже ожидала, с тревогой следя за происходящим в зале.

– Вот, – протянула она листок, – я здесь все написала. В Сочи он брал билет. К теплу, значит, потянуло.

– Спасибо, вы мне очень помогли, – обрадовался Лямзин.

В отдел майор вернулся довольный и сразу отправился выбивать у начальства командировку. Но, как вскоре выяснилось, радовался он совершенно зря: начальство его оптимизма не разделило и командировку не дало.

– Чушь и бред, – заявил полковник Плановой, когда Лямзин доложил ему суть дела. – Ты, Лямзин, честно бы сказал, что хочешь пару деньков на солнышке погреться, я бы тебе не отказал. А коли хитришь – извини.

Лямзин вылетел из кабинета разозленный, тут же набрал номер Таисии и заорал в трубку:

– Тая, в Сочи хочешь на выходные? Понимаю, что ерунда, всего каких-то два дня, но погреться на осеннем солнце успеем. – И, выслушав довольный щебет Таисии, добавил: – Тогда быстро собирай вещи. Я сейчас закажу нам билеты на самолет, и сегодня же будем на месте.

В конце концов, решил Лямзин, ради того, чтобы повидаться с братом и отдохнуть с красивой женщиной, можно и потратиться.

Сначала хотелось сделать брату сюрприз и свалиться как снег на голову, но уже спустившись с трапа самолета, Эдуард решил все же позвонить. Сюрприз ожидал его самого: брата в городе не оказалось. Пришлось отправиться в гостиницу.

– Ну что, куда едем? – поинтересовался явно нетрезвый таксист и шаловливо подмигнул Таисии.

У Лямзина вытянулось лицо.

– Эээ… спасибо, мы лучше на другом автомобиле прокатимся.

– Я в очереди первый сейчас! – выскочил из салона водитель.

– А мне плевать, – повернулся к нему Лямзин. – Будешь возмущаться – позову милицию, чтобы проверили содержание алкоголя у тебя в крови.

Мужик сразу отстал и, быстро нырнув в свою машину, затих.

Следующий таксист был хотя и трезв, но как-то неприятно зол и мрачен, что чувствовалось несмотря на его молчание. С тоской покосившись на остальных «колдунов», не слишком отличающихся один от другого, Лямзин открыл заднюю дверцу и, пропустив Таисию вперед, сел рядом.

– Куда едем? – буркнул таксист.

– В приличную гостиницу, желательно в Центральном районе.

– Сделаем. – Водитель развернул автомобиль и понесся по трассе.

Таисия вжималась в кресло, завороженно наблюдая за мелькающими огоньками. Лямзин все время смеялся и шутил, что-то пытаясь показывать ей в темноте, а она крутила головой и глупо улыбалась. Наконец Эдуард притих, после чего даже ненадолго задремал. Проснулся от того, что водитель рявкнул со всей мочи:

– Ну, все, приехали!

– А? Что? – Лямзин спросонья завертел головой, разглядывая крошечный бетонированный дворик, освещенный желтым светом фонаря, и высокий унылый забор.

– Приехали, говорю, – заулыбался шофер.

– Улица Пионерская, – вглядевшись, прочитал Лямзин. – Это что такое?!

– Недорогая гостиница, как вы и просили.

– Где?

– Да вот же. Вот! – Водила ткнул пальцем в темнеющее в ночном сумраке здание. – Я уже позвонил, сейчас хозяйка выйдет.