Джек Хиггинс - Операция Экзосет

Вильерс не ответил. Он уже шел к дороге, мрачно опустив голову.

* * *

Квартира ну улице Виктора Гюго была большая и просторная. Высокие потолки, большие окна. Мебель простая, но очень оригинальная, светло-зеленые шторы, несколько картин импрессионистов на белых стенах.

Монтера погрузился в огромную малахитовую ванну, утопленную в пол. Габриель вышла из кухни, совершенно обнаженная, держа поднос с двумя чашками чая. Она подала ему одну чашку и тоже спустилась в ванну.

- За нас! - сказал он, подняв чашку.

- За нас.

В этот момент она была готова забыть ужасную ситуацию, в которой оказалась, она могла думать только о настоящем и наслаждаться близостью с любимым человеком.

Рауль удобно привалился к стенке ванны и сделал несколько глотков чая.

- Тебе не кажется, что все это уже было с нами когда-то?

Она нахмурилась и провела пальцем по полузажившему рубцу длиной шесть или семь дюймов на его плече.

- Откуда это?

- Осколок снаряда. В тот день мне просто повезло.

Ей пришлось притвориться, что она ничего не знает.

- Так ты летаешь? Летаешь на Фолкленды?

- Мальвины, - поправил он. - Никогда не забывай об этом. Да, я летаю на штурмовиках "Скайхок". Он называется "Габриель", и его каждый день показывают по телевизору в "Новостях", даже по несколько раз.

- Ты шутишь?

- Ничуть. Твое имя написано на борту большими красивыми буквами, как раз под кабиной. Так что ты все время со мной, когда я летаю в залив Сан-Карлос, любовь моя.

Она вспомнила, как однажды в магазине "Харродз" видела по телевизору бой в заливе Сан-Карлос, вспомнила голос комментатора, звуки взрывов и горящий самолет.

- Да, - грустно продолжал он, - кто бы мог подумать, что я стану звездой телеэкрана в таком возрасте!

- В твоем возрасте летать на реактивном самолете просто глупо! - Она нежно погладила его по щеке. - Там очень опасно, Рауль?

Его глаза наполнились болью воспоминаний.

- Когда я улетел из Рио-Гальегоса, мы потеряли почти половину наших летчиков. Молодые, здоровые ребята, Габриель! Им бы еще жить да жить!

Она инстинктивно почувствовала его боль.

- Расскажи мне все, Рауль. Тебе станет легче. Поделись со мной всем, что тебя тревожит.

Он крепко сжал ее руки в своих ладонях и заглянул ей в глаза.

- Помнишь, я рассказывал тебе о своем дяде, который стал тореро?

- Помню.

- Перед выходом на арену он всегда молился Деве Марии, чтобы она уберегла его от смерти. За последние несколько недель я много раз летал прямо в пасть к смерти.

- Но зачем, Рауль? Почему?

- Потому что это моя работа. Я летчик. И у меня нет выбора, Такой уж я есть. Я не могу сидеть за столом где-нибудь в штабе, когда гибнут молодые ребята. Я должен быть с ними. Знаешь, как мы называем залив Сан-Карлос? Долина смерти.

Его взгляд стал жестким, кожа на скулах натянулась.

- На корриде есть красная дверь, которая ведет на арену. Через эту дверь выпускают быков. Она называется Воротами страха. В эти ворота входит смерть - черный зверь, который хочет тебя убить. Когда я летаю в Сан-Карлос, единственное, что держит ту дверь закрытой, - ты. Однажды моя машина была так повреждена, что уже не слушалась управления. Я приготовился катапультироваться, как почувствовал запах твоих духов "Опиум", клянусь тебе. Как будто ты была рядом со мной.

- И что потом?

Он улыбнулся, напряжение ушло.

- Ты же видишь, я - здесь. Мне нужно повесить твою фотографию в кабине и написать: "Я - Габриель. Лети на мне". Ты подаришь мне свою фотографию? Я возьму ее с собой.

- Ты хочешь сказать, что вернешься и опять начнешь летать?

Он пожал плечами.

- Я здесь всего на несколько дней. Не знаю, что будет, когда вернусь.

- А что ты делаешь здесь?

- Прилетел по заданию нашего правительства. - В сущности, он говорил правду. - Эмбарго на поставки оружия, которое установили французы, вызвало у нас некоторые проблемы. Ну, хватит об этом. Лучше расскажи, чем ты занимаешься?

- Я сейчас работаю для "Пари матч".

- А твой почтенный отец снабжает тебя всем необходимым для жизни?

- Конечно.

- Я так и думал. На одной стене - Дега, на другой - Моне.

Она придвинулась к нему и поцеловала в губы, просунув язык ему в рот.

- Я совсем забыла, какой ты роскошный!

- Опять это слово! - усмехнулся он. - Неужели ты ни о чем другом думать не можешь?

- Сейчас - нет. А потом - посмотрим.

Позже, когда они лежали в постели, она приподнялась на локте и посмотрела ему в лицо. Рауль спал.

Шторы были задернуты, и в комнате царил полумрак. Вдруг он широко раскрыл глаза и сел. На лбу появились капли холодного пота.

Габриель уложила его обратно на подушки, вытерла ему лоб и ласково поцеловала, как ребенка.

- Все хорошо. Я здесь.

Он слабо улыбнулся.

- Мне опять приснился тот же сон. Он часто снится. Помнишь, я говорил тебе в Лондоне?

- Сон про орла?

- Да. Он падает прямо на меня, кажется, его когти сейчас вонзятся в мое тело.

- А ты вспомни, что я тебе тогда сказала. Опусти закрылки. Орлы тоже иногда промахиваются.

Он притянул ее к себе и поцеловал в шею.

- Как хорошо ты пахнешь! Таким женским теплом... Наверное, я говорю глупости. Иногда я не знаю, как себя держать с женщинами.

- Я объясню тебе, как себя держать. - Она тесно прижалась к нему. - Я Габриель, лети на мне!

* * *

Когда она проснулась, его не было. Она почему-то испугалась. Сев в постели, она посмотрела на часы. Четыре. И тут он вошел, в старом спортивном костюме, с газетой в руке.

- Я нашел это в твоем почтовом ящике.

Габриель пододвинулась на край кровати и опустила ноги на пол.

- Что-нибудь интересное?

- Да. Британские войска начали наступление с плацдарма в заливе Сан-Карлос. Наши "Скайхоки" атаковали их на земле. Два самолета сбиты. Монтера бросил газету на кровать и провел рукой по лицу. - Идем, прогуляемся.

- Сейчас. Дай мне пять минут.

Когда она вышла в гостиную, он сидел в кресле и курил сигарету. Она была в джинсах и в плаще, который он помнил еще по Лондону.

Они спустились вниз, сели в машину и поехали в Булонский лес. Там они пошли пешком, держась за руки. Говорили мало.

- Ты сейчас выглядишь лучше. Спокойней, - сказала Габриель.

- Это благодаря тебе, - ответил он. - Одни люди любят наркотики, другие - выпивку, а я люблю Габриель. Это лучше всего.

Она остановилась и поцеловала его.

- Какой ты милый, Рауль! Я не знаю никого лучше тебя на всем свете.

- Это ты меня сделала таким. Мне хочется быть лучше для тебя.

Они пошли назад, к тому месту, где оставили машину.

- Что будет с нами? - задумчиво произнесла она.

- Ты хочешь сказать, честные ли у меня намерения? Мне кажется, еще в Лондоне я дал это понять. Я женюсь на тебе, как только смогу. Таким образом, я заполучу Моне и Дега.

- А в ближайшем будущем?