Ксавье Монтепен - Сыщик-убийца

— Вероятно, он хочет погреться, — ответил Термонд.

— Но теперь не такое время года, чтобы греться, и, кроме того, он приказал положить дрова в нижнем этаже, вместо того чтобы положить их в сарае. Это совсем неестественно. По моему мнению, мы должны так нагреть дом, чтобы совсем сжечь его.

— Пожар! — прошептал Термонд.

— Мне так кажется, но какое нам до этого дело? Дом не наш, пожар может быть простой случайностью, и отвечать за него будет только хозяин.

— Да, Проспер Гоше.

— Он такой же Проспер Гоше, как ты и я.

— Но он хитрец: он знает, чего хочет.

— Он отлично платит и, вместо того чтобы арестовать нас, имея в кармане ордер, он, как кажется, собирается нас обогатить. Поэтому пусть делает, что хочет, мы же должны только без разговоров повиноваться. Отправимся сейчас же за покупками!

Дюбье и Термонд вышли из дома, прошли через сад и, приняв вид прогуливающихся рабочих, стали осматривать окрестности. Вокруг было довольно пустынно.

Редкие деревенские дома, стоявшие друг от друга на большом расстоянии, были заперты и пусты, один только патронный завод, на который рабочие приходили днем и уходили вечером, не имел вида оставленного дома.

За стенами завода, на расстоянии километра от дома Сервана, шла дорога в Монтрейль, по которой в то время года можно было ехать в экипаже.

— Посмотри! — вскричал Дюбье, с вниманием рассматривая дорогу.

— Что такое? — спросил Термонд.

— Я думаю, что, приехав в экипаже в Баньоле по той дороге, по которой мы пришли, можно совершенно скрыть следы, возвратясь по этой дороге.

— Да, славная идея…

Приятели запаслись в Монтрейле дровами, которые приказали доставить на имя Проспера Гоше, и заплатили наличными. По приказанию Тефера дрова были сложены в комнате нижнего этажа.

Термонд и Дюбье приготовили обед, выкурили по трубке и растянулись на постелях без простыней.

Вернувшись в Париж, Тефер прежде всего занялся службой и оставил префектуру уже очень поздно, так как более чем когда-либо желал выказать свое усердие и неутомимость, постоянно доставлявшие ему награды и одобрение начальства.

Выйдя из префектуры, полицейский позвал первый попавшийся пустой фиакр, кучером которого был Пьер Лорио, хозяин фиакра номер 13.

— Как прикажете, буржуа, по часам или за конец? — спросил Лорио.

— По часам.

Пьер Лорио вынул часы.

— На моей луковице половина десятого. Куда прикажете ехать, буржуа?

— На улицу По-де-Фер-Сен-Марсель, — ответил полицейский.

Фиакр покатился.

— Улица По-де-Фер-Сен-Марсель, — прошептал дядя Этьена. — Это тот самый номер, в который я в ту ночь возил такого забавного молодца. Неужели это тот же самый? Нет, не может быть, этот моложе и, кроме того, у него другой голос…

Герцог де Латур-Водье уже два дня не видел Тефера, и бесполезно прибавлять, что он с нетерпением ожидал своего сообщника и засыпал его вопросами.

Полицейский рассказал, что произошло, и прибавил:

— Завтра вечером, герцог, я заработаю обещанную вами сумму.

— Как только вы докажете мне, что эта девушка в вашей власти, вы получите чек на двести тысяч франков.

— Я буду вам обязан состоянием, герцог. Но, между нами, я вполне заслужу его.

— Уверены ли вы в ваших людях?

— Их собственный интерес отвечает мне за их скромность. Как только они не будут мне нужны, они поспешат оставить Францию.

— Они вас не знают?

— Я принял предосторожности, и им никогда не удастся узнать меня.

— Я хочу собственными глазами убедиться, что сирота в наших руках.

— Завтра ночью я приду сюда за вами и отвезу вас в Баньоле как раз в то время, когда Дюбье и Термонд привезут туда Берту Леруа.

— Как вы думаете, не следует ли мне переехать отсюда по окончании дела?

— Это кажется мне бесполезным… Никто не подозревает места вашего убежища, и вы знаете, что привратница вполне мне преданна. Были ли вы в прошлый раз на улице Святого Доминика, чтобы прочесть письма?

— Нет.

— Позвольте заметить вам, что вы напрасно не сделали этого; каждую минуту может произойти какое-нибудь обстоятельство, которое нам надо знать.

— Хорошо, я отправлюсь в эту ночь.

— У меня внизу экипаж, поедемте со мной. Вы завезете меня домой, а затем отправитесь в ваш дом.

— Отлично!

— Приближается минута, когда вы должны действовать относительно Клодии Варни, так как завтра вечером она дает свой бал. Я советую вам отправиться к ней завтра днем и узнать, каким оружием она думает бороться с вами.

Жорж сделал утвердительный знак.

— Господин герцог, я к вашим услугам, — сказал Тефер.

Сенатор надел темное пальто, шляпу с большими полями и вышел вместе с Тефером.

Лорио ожидал их у дверей.

— Я уступаю экипаж вот этому господину, — сказал полицейский, указывая на герцога, — и он заплатит вам, начиная с половины десятого, когда я вас взял.

— Слушаю, буржуа, куда прикажете ехать?

— На улицу Пон-Луи-Филипп.

Услышав этот адрес, дядя Этьена вздрогнул.

«Я не ошибся, — подумал он, ударив лошадь. — Этот молодец тот самый, к которому ездил мой седок прошлой ночью, и он же, должно быть, сопровождает его теперь. Что собираются делать эти ночные птицы?»

Предположение Лорио превратилось в уверенность, когда он услышал, что второй седок велел ехать на Университетскую улицу.

«Ну, — подумал хозяин фиакра номер 13, — я еще довольно проницателен для моих лет. Что меня радует. Эти люди кажутся мне страшно подозрительными, какие-нибудь воры или заговорщики против правительства. Надо посмотреть на физиономию того молодца».

На Университетской улице он остановил экипаж в указанном месте. Герцог вышел и направился к маленькой калитке в стене дома.

Корреспонденция за последние два дня не содержала в себе ничего важного, и герцог скоро вернулся обратно.

Пьер Лорио, желавший заглянуть в лицо своему странному седоку, сошел с козел и, делая вид, будто протирает фонарь, стоял около экипажа, насвистывая для развлечения. Но, когда герцог вернулся, Пьер был сильно раздосадован, так как Жорж поднял воротник пальто: большое кашне скрывало нижнюю часть его лица, а шляпа, надвинутая на глаза, совершенно закрывала остальное.

Лорио открыл дверцы, и герцог сел, а дядя Этьена мог заметить только небольшую часть морщинистой щеки и прядь седеющих волос.

— Какое несчастье, — пробормотал кучер. — Во всяком случае, он принимает слишком много предосторожностей, чтобы быть честным человеком. Что-нибудь из двух — или вор, или заговорщик».

Поспешно взобравшись на козлы, Лорио сердитым голосом спросил:

— А теперь куда вас везти?

— Туда же, где вы меня взяли, — на улицу По-де-Фер-Сен-Марсель.

Экипаж покатился, и Пьер Лорио спрашивал себя: не следует ли ему предупредить полицию, но почти сейчас же пожал плечами: предупредить? Но о чем? Разве он знает что-нибудь? Разве у него есть доказательства? Он только делает предположения, как старый дурак, и ему засмеялись бы прямо в лицо, если бы он пришел в префектуру из-за таких пустяков. Да и, кроме того, Пьер Лорио никогда не был сыщиком.