Роберт Фиш - Риск - мое призвание

— Так все-таки Оттман угрожал ему, да?

— Ну… да. Но…

— Что но?

— Да ничего, — сказал Мэннинг. — Просто мне не пришло в голову, что вас могут интересовать события четырехлетней давности.

— Вы в этом уверены?

— Да, а что? — спросил он, порозовев. — Что вы хотите сказать?

— Я ничего не хочу сказать, Мэннинг. Я говорю.

— Да, я не сомневаюсь, но почему вас так взволновала история, которая произо…

— Что ещё вы от меня утаили Мэннинг?

— Послушайте! — возмущенно воскликнул Мэннинг, вставая. — Уж не знаю, кем вы себя воображаете, но прийти в мой дом…

— Сядьте! Так что ещё вы от меня утаили?

Он побледнел и медленно опустился на стул.

— Я возражаю, — продолжал он тихим безвольным голосом. — Я ничего от вас не скрыл. Ничего. Да и зачем мне что-то скрывать? Я просто не понял, что вас интересуют события, давно канувшие в Лету.

— Интересуют, Мэннинг, в особенности если речь идет об угрозе для жизни Грира.

— Мистер Оттман просто выживший из ума старик. Он был таким всегда, таким и остался. Он просто так сболтнул.

— Он живет на Манхэттене?

— Я понятия не имею.

В кухне воцарилась тягостная тишина. Я, видно, крепко надавил на Мэннинга. Возможно, чересчур крепко. Как ни крути, а четыре года — это четыре года.

Мэннинг взглянул на часы.

— Мне пора на работу, — сказал он все тем же бесцветным голосом. Если у вас больше нет ко мне вопросов…

— Пока нет. Я могу вас подвезти.

Он печально улыбнулся и встал.

— Нет, благодарю. У меня есть машина.

— А вам-то зачем уходить, мистер Селби, — с нажимом произнесла Кара. Оставайтесь, я вам приготовлю завтрак.

— Спасибо, Кара, как-нибудь в другой раз. — Я встал. — Мне тоже надо бежать. — Я взглянул на Мэннинга. — Ну, идем?

Он медленно покачал головой.

— Сначала вы. У нас очень узкая лестница, мистер Селби. Двоим там будет тесно.

Оказавшись на улице, я прямиком отправился в ближайший салун на противоположной стороне и, пройдя через зал, зашел в телефонную будку около туалетов. В справочнике я нашел номер "Фармацевтической компании Оттман-Майер".

Меня долго переключали из приемной в разные офисы и наконец я узнал что мистер Морис Оттман до сих пор является мотором всей компании, а мистер Джейкоб Майер утратил всякий интерес к бизнесу и вышел из акционерного общества много лет назад. Мистера Оттман на месте не было. Он уехал на несколько дней отдыхать в санаторий в Кэтскилльских горах, правда, собирался вернуться на работу сегодня утром, Однако пока что не появился в своем офисе. Я попросил дать мне его домашний телефон и адрес и перезвонил Оттману домой.

Трубку сняла жена Оттмана, кому я представился приезжим бизнесменом, старым знакомым её мужа, Она сообщила мне, что Оттман звонил ей около полуночи, сказал, что выезжает из санатория и намеревается за ночь добраться до Нью-Йорка, воспользовавшись благоприятной прохладой и небольшим движением на шоссе. Похоже, она считала, что он поедет в компанию не заезжая домой, — как он обычно и поступал, — и посоветовала мне позвонить туда. Я поблагодарил её, повесил трубку и позвонил в санаторий, где отдыхал Оттман.

Менеджер сообщил, что мистер Оттман выехал в пятнадцать минут первого ночи.

Идя к своему "плимуту", я переваривал всю эту информацию.

Мы со Стэном обнаружили тело Грира около пяти утра, и к этому моменту он был мертв всего несколько минут. Оттман покинул Кэтскилльский санаторий в четверть первого. Даже если бы Оттман ехал в Нью-Йорк без излишней прыти, он бы добрался до Гринвич-Виллидж аж за час до того, как голая девица начала бегать в тумане. Оттман, отбывший из санатория около полуночи, до сих пор не появился ни дома, ни в офисе, хотя уже было почти десять.

Все эти рассуждения подвели меня к одному весьма приятному умозаключению — настолько приятному, что всю дорогу до отделения я ни разу не обругал ни нью-йоркские пробки, ни нью-йоркскую жару.

Впрочем, я выругался, едва переступив порог инcтруктажного помещения следственного отдела. В комнате стоял терпкий запах пота наших трудолюбивых сотрудников, несмотря на то, что гигантские лопасти потолочных вентиляторов столь же трудолюбиво вертелись над шкафами для бумаг, перегоняя пыль и бумажки с места на место, но при этом никоим образом не освежали воздух.

Единственным человеком в комнате, имевшим более или менее удовлетворенный вид, был Стэн Рейдер. Он сидел, с распущенным галстуком откинувшись на спинку стула, задрав одну ногу на корзинку для мусора. В руке он держал картонный стаканчик, а его слегка удивленный взгляд был уперт в стену.

— Кофе? — спросил я, подсаживаясь рядом за свой стол и мельком взглянув в пустую папку для входящей корреспонденции.

Стэн покачал головой.

— Кока-кола. Была кока-кола. А теперь там только лед. Хочешь?

— Нет, спасибо.

— Что это с тобой? Сознание собственной значимости не позволяет тебе погрызть льдинку?

— Я зарекся жрать лед. А то это уже вошло в привычку.

Он с серьезным видом кивнул.

— Кому-то удается избавиться от дурных привычек, кому-то нет. Но стоит стать рабом своих привычек, тогда берегись.

— Барни здесь?

— Нет. Он свалил минут десять назад.

— Не знаешь, куда?

— Не знаю и знать не хочу. Ты не заметил: как только нам с тобой удается обнаружить труп, Барни тут же влезает в это дело по уши.

— Что-нибудь происходит?

— Нет. Ровным счетом ничего. Я-то наделся, что уж что-то должно поступить на наш запрос о розыске Ударника Дугана и Дороти Ходжес, или на ту голую незнакомку — так ничего нет.

— Что в гараже?

— Если ты спрашиваешь, сделал ли я все, что от меня требовалось, то отвечаю: да. Если ты спрашиваешь, сломал ли я себе шею от рвения и натер ли мозоли на ладонях, отвечаю: да. Но если ты хочешь узнать, обнаружил ли я что-нибудь существенное, мой ответ: нет.

— А что наши эксперты? "Пальчики" обнаружили?

— Частично, но все смазанные. Одни отпечаток они нашли в идеальном виде, но его оставил бедняга Грир.

— Ты арестовал автомобиль?

— Угу. "Линкольн" оприходован, труп в "Бельвю", а при гараже поставлена круглосуточная охрана. — Он выудил из стаканчика кубик льда, бросил его себе в рот, промазал и поставил стаканчик на стол. — Помимо прочих увлекательных операций, мною проделанных, я покопался во внутренностях того сногсшибательного замка.

— И?

— И ничего. Ни следа взлома. Либо у нашего убийцы был ключ, либо он влез в гараж под приоткрытую дверь. Во всяком случае отмычкой он не пользовался — это точно. — Стэн закурил и откинулся на спинку стула. — Так, ну теперь ты меня просвети о своих успехах.

Я рассказал ему, что мне удалось выяснить после нашего расставания. Выслушав мой рассказ, Стэн ухмыльнулся.