Александр Ольбик - Почка для Президента

- И сколько тебе за день надо насобирать валюты?

- Если выручка меньше двух тысяч, сажают, суки, на сухой паек. На хлеб и гречневую кашу. Причем касается это всех, с кем я живу в подвале. Коллективная ответственность.

- Где твой подвал? - спросил Одинец.

- И как найти твоих хозяев? - добавил Карташов. - Ты хоть знаешь - кого как зовут?

- Одного я вам назвал - Ваня Грушевский. Другого, с перебитым ухом, кто-то из них называл Аликом...Алик Фужер...Именно эта испитая рожа жгла меня сигаретой, - Татаринов вдруг, хоть и с одной рукой, проворно задрал тельняшку и повернулся...

Одинец аж за нож схватился. Карташов побледнел и рукой осторожно провел по зажившим рубцам и язвам, покрывшими всю спину Татарина.

- Такие вещи не прощаются, - тихо проговорил он.

- Не я один такой, - сказал Татарин. - Потом ко мне кинули Гарика, бывшего пограничника из Таджикистана и Генку Рожкова, тоже обрубленного в Чечне. У них хотя бы на двоих три ноги. Но я вам скажу, их метелили похлещи, чем меня. Ребята сопротивлялись, особенно Генка, почти бездействующей ногой так звезданул Алика по черепу, что тот с катушек и потом, падла, фыркал полчаса. Во, вспомнил - Холодильник, главарь этих шестерок! Толстомясая, наглая харя, на руке, наверное, стограммовая печатка...Настоящий полпотовец...

- Где твои апартаменты находятся? - снова спросил Одинец.

- А я почем знаю! Нас возят в фургончике "ниссана", а он без окон. На работу - в нем и с работы - в нем. Все! Единственное, что могу сказать: в одном месте дорога проходит рядом с железнодорожными путями. Несколько раз я слышал сигналы электрички. И такой же характерный шум. Разгружают нас во дворике, машину подгоняют к самому порогу. Крыльцо с шестью ступеньками...

- Ладно, адрес не проблема, - Карташов налил себе водки. - Скажи, Кот, из чего ты лучше всего стреляешь?

На лице Татарина появилось новое, просветленное выражение.

- Из "града" и в упор. Впрочем, все это херня, дайте мне любой ствол, пару обойм и я найду лбы, куда их всадить...

- А чем эти фраера занимаются? - поинтересовался Одинец. - Я имею в виду официальное занятие или...

- Обыкновенные шестерни у каких-то акул. А квартиры, нищие "афганцы" и "чеченцы" - это у них что-то навроди подсобного хозяйства. Или хобби...Однажды Холодильник в суете обронил бумажку и мы ее подобрали...И как мы из нее поняли, у них в Москве раскидано 67 точек, на которых трудятся такие же, как я, калеки. Мне Гарик говорил, что эти шестерки контролируют почти все ларьки на юго-западе и два рынка. Когда однажды Фужер, забрав у меня деньги, стал их класть себе в портмоне... Вам, наверное, и не снились такие бабки, - Татарин большим и указательным пальцами отмерил толщину долларового пресса, который он видел у Фужера.

- Мцыри, когда мы этот запредельный беспредел завяжем парашютным узлом? - Одинец аж дрожал от нетерпения. - Давай сегодня же их завалим, только сначала заедем к Броду, возьмем пару гранатометов...

Татаринов ни черта не понимал - почему Карташова называют Мцыри.

- Кот, тебе, наверное, уже пора, - сказал Карташов. - Проболтали и не дали тебе поесть...

- Я отдохнул у вас, что-то даже здесь расслабилось, - он положил руку на сердце.

- Оставайся, - сказал Одинец. - Начнем новую жизнь.

- Исключено! - решительно отверг идею Татарин. - Если один из нас сбежит, двух других тут же приколют. Говорят, такое уже было.

- Мцыри, у меня нет слов...Я этих гадов буду живьем пилить ножовкой, в голосе Одинца звучало остервенение. - Ты вот что, Кот...Терпи и жди, когда однажды начнется стрельба, не удивляйся, а спокойно бросайся на пол и не поднимай головы. Понял?

- Не путай его, - сказал Карташов. Мы этим бронтозаврам подыщем другое место для справедливого суда.

- И приведения приговора в исполнение, - тут же уточнил Одинец. Скальпы снимем и засунем им в хлебало, - он так усердно затянулся сигаретой, что казалось вместе с дымом в дыхалку втянутся щеки.

- Кот, говорят, что где-то в Москве околачивается Бандо?

- Он же в октябре 93-го был в Белом доме вместе Баркашовым, а теперь зад лижет другому фашисту Бурилову. Дешевка он перелицованная... Я знаю, Серый, он тебя здорово кинул...ты сидел из-за него...

- Разберемся, - тихо сказал Карташов. - Когда нет врагов, то не бывает войны...

Добрались до метро в четвертом часу. На разведку пошел Одинец. Книжный лоток еще работал и возле него, переминаясь с ноги на ногу, стояла симпатичная девушка с замерзшими руками. На среднем пальце у нее простенькое колечко, на голове зеленая вязаная шапочка с помпоном.

Красного "ниссана" поблизости не было, однако Карташов подогнал свой "шевроле" почти к бордюру тротуара.

- Какие в вашем подвале запоры? - напоследок спросил Карташов.

- Двери закрываются на два замка, которые открыть можно только снаружи. Извини, Сергей, я обниму тебя за шею, - и они пошли. И пожалуй, единственный человек, кто не смотрел на них, была продавщица книг.

Когда Карташов опустил Татарина на ящик, тот сказал в самое ухо: "Братан, если у вас получится, оставьте Холодильника мне..." В этот самый момент, некстати заверещал мобильник, находящийся в кармане Одинца.

Карташов уже отходил от посаженного на место Татаринова, когда его окликнул Одинец.

- Мцыри, по коням, у гостиницы "Царская невеста" идет разборка, Брод просит подстраховать.

Не сговариваясь закурили.

- Куда рулить? - спросил Карташов, когда они уже сидели в машине.

- Поезжай пока прямо...

У очередного светофора, Карташов спросил:

- Скажи, Саня, когда мы на Учинском водохранилище были...Точнее, когда отрывались от милицейского "уазика", помнишь?

- Еще бы!

- Тогда ответь - зачем ты выстрелил по нему из гранатомета? Там же были такие же, как мы с тобой, ребята...

Одинец как каменный божок сидел неподвижно, но судя по происшедшей в лице перемене, этот вопрос застал его врасплох. Запоздало он пожал плечами и Карташов понял: все, что бы он не сказал, будет далеко от правды.

- Не хотелось в ту летнюю ночь кукарекать за решеткой.

- Но мы же явно от ментов отрывались.

- Да перестань ты скоблить мне по совести. У меня совести давно уже нет.

- Врешь, Саня, не в совести дело...

- Отрывались не отрывались...Да, мы явно отрывались, а я явно промазал. Есть еще вопросы? А если бы не видел, что отрываемся, будь спок, вмазал бы по фарам и глазом не моргнул... Сейчас - налево и дуй до четвертого квартала, а там посмотрим...

Одинец был раздражен. Зырнув на Карташова, сказал:

- А почему ты не льешь слезы по тому факту, когда мы, выручая тебя, палили из автомата по живым ментам?

Карташов выбросил через форточку окурок, сплюнул...

- Я вас об этом не просил...Каждый должен идти своей дорогой.

Они прибыли к шапочному разбору. Возле гостиницы "Царская невеста" уже стояли милицейские машины, две "скорые", однако ни Блузмана, ни машин третьей московской станции неотложной помощи здесь не было. И много зевак. Они наблюдали за тем, как санитары выносили из ресторана участников перестрелки.