Александр Ольбик - Почка для Президента

- Где ты была? - задал он вопрос, который со дня сотворения мира задают все рогоносцы. Он взял ее за роскошные каштановые волосы и притянул к себе.

С улыбкой Монны Лизы, со спокойствием человека, стоявшего на исповеди, она стала выкручиваться. А он видел, как полыхает в ней ложь и выкрутасы, слышал ее сбивчивые и в высшей степени неубедительные оправдания.

Он резко поднялся с дивана и врезал ей пощечину. Потом еще одну, хотел повторить, но промахнулся и напоролся на сопротивление. Подтянув рукой юбку, она подняла ногу в изящной лодочке и длинным, острым каблуком ударила его ниже колена. От боли он взвыл и едва не потерял сознание.

- Зачем же ты, сучка, ему рассказала о моей работе? - Таллер искал глазами, чем бы урезонить свою падшую любовницу. - Это же для меня расстрельная статья...

- Я ничего не рассказывала, он сам знает, чем ты занимаешься...

- Врешь, курва, это ты меня предала! - в руках у него оказалась конфетница и неизвестно, чем бы все кончилось, если бы более проворная и более любящая жизнь любовница не увернулась от вазы и не выпорхнула за дверь.

- Вокзальная проститутка! - поставил точку Таллер и, снедаемый неполнотой мщения, снова уселся на диван.

Пил вино и думал - почему он эту птичку не придушил, а выпустил на волю? К майскому соловью. Однако быстро успокоился, ибо принял однозначное и безоговорочное решение.

Не закрывая за собой дверь, он вышел из дома и сел в машину.

- В какую сторону моя блядь направилась? - спросил он у шофера.

- На углу села в зеленый "опель". Куда поедем?

- В банк "Столичный".

Из машины Таллер позвонил своему охраннику Павлу Лещуку, который выслеживал Элеонору с завмагом. Договорились встретиться в "Арагви".

В банке Таллер был недолго - взяв ключ у заведующего, он прошел в бронированный боксик. В котором все стены были испещрены квадратиками индивидуальных сейфов.

С ним был кейс, куда легло переложил все содержимое ячейки: несколько пачек долларов, завернутых в целлофан, немецкие марки, замшевый кисет, наполненный драгоценными камнями, и швейцарский десятизарядный пистолет "Сфинкс" на 9 мм. Подарок банкира из Женевы, которому два года назад пересадили правую почку от одного солнцевского бандита...

После банка он направился на свою холостяцкую квартиру, в районе Черемушек. Об этом адресе никто не знал, и, в том числе, водитель, сидевший за рулем.

Они припарковались у подъезда 2-го корпуса, Таллер прошел в него и, через сквозной переход, попал на асфальтовую дорожку, ведущую в сторону 12-этажного дома. Он не стал подниматься на лифте, боялся застрять, но больше всего боялся нападения.

В квартире стоял дух заброшенности. Но было тепло. Проходя мимо телевизора, он включил его. НТВ передавало криминальные новости. В Подмосковье опять произошло заказное убийство. В собственной ванне был застрелен один из многочисленных помощников Бурилова. Кажется, пятнадцатый по счету.

Таллер отодвинул холодильник и приподнял блок паркета. В тайничке находились несколько пачек денег и две коробки патронов для "Сфинкса". Из кейса он выложил все, что взял в банке, и снова прикрыл паркетом. Холодильник надежно встал на свое место, укрыв его от случайного постороннего взгляда. Затем он принял душ, подправил ножницами усики и освеженный французской водой пошел вниз.

В "Арагви" Таллер приехал раньше телохранителя. Тот подкатил буквально через две минуты, сославшись на уличные пробки.

Когда они подошли к двери ресторана, стало ясно, что царствующая в Москве капсистема не гарантирует гражданам свободный вход в питейное заведение. Дородный, поблескивающий позументом швейцар, тоном заевшегося мерзавца доложил им, что в "Арагви" гуляет кунцевская братва...

- А как насчет нижнего зала? - задетый за живое спросил Таллер и вытащил из портмоне десять долларов. Однако зелень не подействовала. Рука седовласого архангела земного рая знала и не такие подношения.

Они направились в "Прагу", где хоть и было просторно, однако той неповторимой атмосферы, которая царит в "Арагви", тут днем с огнем не сыщешь. Но еда была отменная, обслуживание, хоть и навязчивое, но тоже терпимое, создающее иллюзию личной неповторимости посетителя.

Когда они уселись за столик, Таллер буркнул:

- Пока я не поем, об этой проститутке ни слова!

- Да ничего особенного, - ответил Лещук, - я сам сегодня почти не ел...Что-то першит в горле, боюсь, ангина привязалась.

- Мне бы, Паша, твои проблемы. Я бы лучше согласился переболеть трижды сифоном, лишь бы не глотать того, чем меня пичкает моя Нора... Дешевка безмозглая...

- Да ничего особенного, - повторил охранник.

- Ладно, молчим! Давай для порядка бабахнем коньячку и ударим по калориям.

На входе послышался шум. Ввалилась группа мужчин, во главе которой двигался Бурилов.

- Это его любимый кабак, - прокомментировал Лещук.

- А челяди, словно у генерала Лебедя.

- Засранец он, а не Лебедь! Я в нем сильно разочаровался. Сегодня чучело в огороде более убедительно, чем этот парень.

- Зато этот парень красиво живет. Целуется с самим Хусейном и в одном бассейне купается с мисс Америкой.

- А помрет в сточной канаве или на бельевой веревке.

- Мы свободно из него может сделать донора, - с усмешкой сказал Таллер. - По-моему, клинические данные у него чудесные и габариты прекрасные...Паша, тебе не кажется, что коньяк пахнет опилками?

- Феликс Эдуардович, может, вам не стоит больше пить? - глядя в свою тарелку, сказал Лещук.

- С этим я как-нибудь сам разберусь.. - И неожиданный вопрос: - Кто этот завмаг?

Стукнули вилки с ножами. Лещук вытер салфеткой рот и взял из пачки сигарету.

- Если в общих чертах... Занимается откровенной отмывкой валюты...

- Почему так думаешь?

- Видно по стилю работы. В магазине все делается для видимости. Никто ни в чем не заинтересован. Например, за вчерашний день они продали один телевизор. Там работает шесть продавщиц, два бухгалтера, охрана и этот племенной жеребец...

- Интересно, - Таллер задумчиво уставился в бокал с коньяком. Закурил.

- Все вам говорить или что-то опустить? - поинтересовался охранник.

- Ты не статуправление, а я не Минфин...Выкладывай, Паша, все, что знаешь...

- Понятно. У этого лавочника в Ховрино живет семья - жена и двое детей. А с продавщицами у него особые отношения. Он их по очереди возит...

- Да не тяни ты, ради Бога, резину!

- Шеф, не поверите, куда он этих дешевок возит...К себе на дачу, но не в дом, а в гараж. Позавчера, когда он открыл ворота, я успел, правда, с помощью бинокля, рассмотреть...Это, собственно, не гараж, а настоящий будуар для интимприемов. Стены в обоях, люстра не хуже, чем в Колонном зале, ну и, разумеется, трахательный станок. Словом, все, как полагается. Помещение поделено на две части: слева - машина, справа - кровать и все остальное...