Эдна Бьюканан - Тени прошлого

— Пустяки. Она меня не беспокоит, — отмахнулся Стоун, беря в руки одну из фотографий. — Вы были на месте преступления, доктор?

— Нет. Это случилось в воскресенье. После церкви мы завтракали с друзьями в загородном клубе. Мне позвонили, но помощник шерифа сказал, что мое присутствие не обязательно. — Доктор посмотрел сквозь очки на один из документов. — Из протокола следует, что убитый оставался неопознанным до середины дня, когда в больницу позвонила некая Кейти Эбернети, которая интересовалась, не поступали ли к ним больные с травмами. Она сказала, что ее сожитель не вернулся с утренней пробежки. О ней доложили шерифу и вызвали в морг. Там она его и опознала. Я осмотрел тело только в понедельник. — Йенсен перелистал дело и вытащил протокол вскрытия. — Перелом лодыжки и след от радиаторной решетки на бедре свидетельствуют о том, что он стоял на ногах, когда на него наехали. От удара его подбросило вверх, и он стукнулся головой о лобовое стекло или крышу сбившей его машины. В результате образовалась рваная рана на голове и был проломлен череп. Потом его отбросило в сторону. Типичный случай наезда на пешехода. У него были также другие повреждения и переломы, но смерть наступила от раны на голове.

Глядя на тело, распростертое на земле, Стоун вспоминал молодого крепкого копа, чьи сильные руки обняли его в самую страшную ночь его детства.

— Насколько я понимаю, ни машина, ни водитель так и не были найдены?

Глядя на распечатку протокола, доктор нахмурился.

— На одежде и волосах убитого были найдены частицы белой краски, возможно, от машины «Дженерал моторс». На коже обнаружены осколки стекла и кусочки пластика от разбитой фары и поворотника. Без конкретной машины от этого всего мало толку.

Стоун сдвинул брови. Этого вполне достаточно, чтобы определить модель и марку машины.

— В этом месте была разделительная полоса?

— Да, сэр. Она и сейчас там есть. Я каждый день езжу по этому шоссе. Широкий приподнятый газон. Бегуны часто используют велосипедную дорожку, которая проложена в трех футах от шоссе. Именно на ней и сбили беднягу. Взгляните на эту фотографию: здесь видны следы от его кроссовок.

— Похоже, что дорога здесь прямая.

— Как стрела. Идет строго на север.

— Значит, погода была ясная, дорога прямая и парень бежал в нескольких футах от шоссе. Как же его могли сбить?

Доктор пожал плечами:

— Кто его знает. Водители часто отвлекаются от дороги, чтобы поднять упавшую сигарету, покрутить радио, вставить новый диск, позвонить или шлепнуть непослушного ребенка. Причины могут быть самые разные. Может, он шарахнулся в сторону, чтобы избежать столкновения с другой машиной или перебегавшим дорогу животным.

Стоун опять нахмурился.

— А может быть, водитель пропьянствовал всю ночь и был не в себе, — предположил Йенсен. — Потому и не остановился.

Стоун потер подбородок и стал внимательно изучать фотографии.

— Кто его нашел?

— Женщина, проезжавшая мимо, позвонила в службу спасения из телефона-автомата на заправочной станции в трех-четырех милях от места происшествия. Она увидела на обочине мертвое тело, но не остановилась, так как, по ее словам, опаздывала на церковную службу. Помощник шерифа поехал проверить ее сообщение и обнаружил тело.

— Гловера сбила машина, которая ехала в северном направлении, — стал вслух рассуждать Стоун. — От удара его отбросило в сторону от шоссе. Но если это так, то почему же на его коже и одежде видны отпечатки шин?

— Дайте-ка я посмотрю, — сказал доктор, поднося к глазам две фотографии, которые протянул ему Стоун. — Часто сбитого пешехода переезжают другие машины.

— Правильно, — сказал Стоун. — Но машины здесь едут на север. Посмотрите на отпечатки. Видно, что машина дала задний ход, и колесо протащило его майку в обратном направлении, частично содрав ее с тела. А вот другой отпечаток…

— На нем не должно было быть следов шин, — заметил доктор, и веки его задрожали.

— Но здесь они отчетливо видны, — возразил Стоун. — Похоже, что машина переехала уже лежавшего, раздавив его тело. На снимках из морга это видно еще отчетливей.

Они посмотрели друг на друга.

— Вижу, куда вы клоните, — вздохнул Йенсен, проводя рукой по редеющим волосам. — Не зря говорят, что первое впечатление — самое верное. Я нутром чувствовал, что здесь что-то не так. — Он поднялся и подошел к лампе, чтобы получше разглядеть фотографию. — Дело в том, что надо мной неизменно довлеет мнение полицейских следователей, — произнес доктор. — В большей или меньшей степени. Помощник шерифа, который осматривал место преступления, был убежден, что это случайный наезд.

— А у него что, был большой опыт в расследовании дорожных происшествий со смертельным исходом?

— Да нет, тогда здесь такое редко случалось.

— Вы не возражаете, если я заберу эту папку, чтобы проконсультироваться с нашим главным судмедэкспертом? Он большой специалист по таким делам.

— Конечно-конечно, — кивнул Йенсен. — Мне будет очень интересно узнать его мнение. Передайте ему привет. Я когда-то у него стажировался. На всю жизнь набрался полезного опыта. В Майами патологоанатомы сталкиваются с такими случаями, которые нигде больше не встретишь.

— Не всегда, сэр, — возразил Стоун. — Самые загадочные преступления подчас происходят там, где их меньше всего можно было ожидать.

Написав расписку, Стоун забрал папку и торопливо распрощался с доктором. Когда он уже отъезжал, из здания вышел Йенсен, сделав ему знак остановиться.

— Я только что проверил наши регистрационные записи за тот день. В то воскресенье один местный мальчик прыгнул с пирса в озеро и сломал себе шею. Он сразу же захлебнулся. А вечером разбился небольшой частный самолет. Местный чиновник с женой и дочерью возвращались на нем с семейного праздника в Мобайле. Все трое погибли. Может быть, для Майами это ничто, но для нас — явный перебор. Сейчас у меня есть ассистент, но тогда я был единственным медэкспертом на всю округу.

— Понимаю, — ответил Стоун. — Иногда от нас ускользают очевидные вещи.

Он выехал на Крокодиловую аллею и покатил сквозь темноту на восток. Мысли крутились у него в голове, не уступая в скорости его автомобилю.

На улице было тихо, свет в бабушкином бунгало не горел. Три часа ночи. Бабушка вставала рано, но Стоуну не терпелось поскорее ее увидеть. Он позвонил, потом стал стучать в дверь. Она неожиданно быстро открыла, щурясь от яркого света детектора движения, который он установил под крышей.

— Это я, ба.

— Сонни, у тебя все в порядке? Что случилось?

На ней был халат, наброшенный поверх ночной рубашки.

— Я тебя не напугал? Извини, что разбудил.