Ирина Асаба - Бриллианты в шампанском

— Ты проезжай метров пятьсот вперед, а я следом, — сказал Стас, — не отколет ли он какого фортеля.

Лере очень не хотелось, чтобы Стас видел ее загородный дом. Не хотелось знакомить с домашними, что-то кому-то объяснять…

— Стас, спасибо тебе огромное. Даже не знаю, как тебя благодарить…

— Натурой, — как-то сипло хохотнул он, подмигнув ей. И это подмигивание все превратило в шутку: мол, не воспринимай мои слова всерьез. Но… голос-то сел. Проскочила-таки предательская нотка в голосе.

— Ты не мог бы надеть на него поводок, — попросила Лера, садясь в машину. — Я хочу побыть с ним несколько часов одна. Пусть хоть немного ко мне привыкнет.

— Думаешь, легко удержать его на поводке? — ухмыльнулся Стас. — Да он с меня ростом будет, если встанет на задние лапы. В прыжке человека не раз с ног валил, силища неимоверная! Правда, сейчас он еще слаб, но тебя, если захочет, так дернет, все кусты и кочки твои будут.

— Все равно. Надень поводок и долго нас не провожай. Мы как-нибудь сами. Ведь, правда, Рэм? — Но пес Леру даже не удостоил взглядом, внимательно рассматривая прохожих.

— Лады. Только имей в виду, что если еще раз меня позовешь, я твоего хахаля на дуэль вызову. Убью или прогоню. А сам с тобой останусь. Вижу, тебе постоянно моя помощь требуется. Так что это было в последний раз. Веришь, Лер? Еще раз позовешь, от меня больше не отделаешься.

Стас зацепил за жесткий ошейник карабин поводка.

— Прощай, собака. Пусть у тебя все будет хорошо. — Он потрепал Рэма по холке и отвернулся. Лера нажала на газ.

В дороге пес вел себя хорошо. Только когда они выехали за город, стал жалобно поскуливать и высовывать морду из приоткрытого окна. Стасова «Хонда» в зеркале заднего вида больше не просматривалась.

Когда приехали, Лера, не заезжая во двор, остановила машину. Собрала всех домочадцев на веранде и объяснила им ситуацию, естественно, о многом умолчав. Попросила никого не выходить из дома и пошла к Рэму. Загнав машину во двор, открыла дверцу машины и сказала:

— Вот мы и дома. Смотри, Рэм, теперь это все твое. Видишь, какое большое хозяйство тебе досталось? Вон там, в окне — люди. Это — свои. Скоро я вас познакомлю. Ну, ты тут обживайся, а я пойду тебе что-нибудь поесть придумаю.

Тетя Вера засуетилась, забегала, хлопая дверцами холодильника и кухонных шкафов. Игорь не отрываясь смотрел в окно, а Павел Александрович стоял на балконе и доброжелательно подбадривал собаку:

— Иди, пес, иди. Не бойся.

Рэм долго нюхал воздух, осматривался с некоторой опаской и наконец вышел из салона.

— Пройди вдоль забора, — предложил Павел Александрович. — На крыльцо зайди. Не укусим, — хохотнул он.

Лера позвонила Саше на работу и предупредила, что у них во дворе появилась овчарка.

— Просто не представляю, как ты домой вернешься, — паниковала она.

— Разберемся, — не унывал Саша. — Меня звери не едят. Я несъедобный.

Потом она позвонила знакомому плотнику и попросила соорудить для Рэма вольер с будкой. Вроде бы все дела она сделала, пора было и покормить собаку. Тетя Вера налила в большую миску вчерашний суп и положила туда большую кость. Лера взяла миску и вышла во двор. Рэм, обойдя внутри забора всю территорию и кое-где поднимая ногу, теперь лежал на веранде. Лера подошла и села на корточки рядом.

— Я тебе поесть принесла. Как ты относишься к тому, чтобы поесть?

Рэм встал и внимательно посмотрел на нее.

— Ты не хочешь есть? Так, может, ты пить хочешь? Все-таки хозяйка у тебя дура! Конечно же, ты хочешь пить!

Вскоре перед Рэмом уже стояла вторая миска, полная воды. Пес жадно выпил ее, потом съел весь суп. Кость вытащил на пол и придавил ее лапой.

— Рэмушка! Тут вот какое дело, — продолжала говорить ему Лера. — Я должна тебя со всей семьей познакомить. Вон, видишь, мальчик в окно на тебя смотрит? Это мой сын Игорь. — Рэм внимательно проследил за ее взглядом. — Подожди, вот Саша приедет, тогда я тебя со всеми сразу и познакомлю.

Через час вернулся Саша. Когда он открыл калитку, шерсть на загривке пса вздыбилась, сверкнул белый оскал зубов. Саша замер.

— Сидеть, Рэм! Сидеть! Свои! — закричала Лера с веранды и бросилась к калитке. Рэм остановился и внимательно посмотрел на людей.

— Так… — пытаясь собраться с духом, начала Лера. — Так. Пора тебя со всеми познакомить. Павел Александрович! — закричала она в сторону дома. — Принесите, пожалуйста, мою черную коробочку, она у меня под подушкой лежит. Вы знаете какую. Так, наверное, спокойнее будет. Выходите все на веранду. Не машите руками. Говорите негромко и спокойно.

Домашние вышли и словно построились: первым встал Павел Александрович, за ним тетя Вера и последним Игорь.

— Рэм, к ноге! — скомандовала Лера. Пес послушно пересел к ее левой ноге. Саша спокойно отошел от забора и присоединился к группе.

— Рэм, посмотри на них, — продолжала Лера. — Это моя семья. Запомни хорошенько. Можешь подойти и понюхать. — Рэм вопрошающе оглянулся на нее и направился к людям.

— Это Игорь — мой сын. Это Павел Александрович, Вера Петровна и Саша. — Собака подходила к каждому по очереди, обнюхивала, напряженно всматривалась в лицо, запоминая, видно, запах и внешность.

— Это свои, Рэм. Их трогать нельзя. Если придет кто-то чужой, пропустишь, но только с нашего разрешения. Жить будем так. Завтра у тебя уже появится свой дом. Днем ты будешь в вольере, а ночью весь участок под твоим наблюдением. Это твоя работа. Чужих ночью не пускать! У нас равноправие, но ленивых мы не любим. Теперь ты с нами, значит, ты тоже наша семья.

Рэм обнюхал всех по второму разу и лег на веранде, опустив черную с подпалинами морду на лапы.

— Все свободны, — отпустила народ Лера.

— Идите ужинать, а то вы со своими собаками уже и про желудки забыли, — проворчала тетя Вера. — А ты у меня, Рэм, смотри! Может, я и не главная в доме, но если ты мои грядки топтать будешь, получишь у меня по первое число.

Рэм так жалобно посмотрел на Леру, что все рассмеялись. Напряжение снялось как бы само собой. У всех, как говорится, отпустило. Игорь, мгновенно почувствовав перемену, вдруг бросился к собаке и обхватил ее шею руками. Все только ахнули.

— Рэмушка! Ты моя дорогая собака.

Пес напрягся, сел, посмотрел в глаза мальчику и… лизнул его лицо шершавым, розовым языком. Игорь еще крепче обнял его и прошептал ему на ухо:

— Пойдем я тебе покажу дом.

Рэм послушно встал, и они отправились на экскурсию.

— Какая умнющая псина! Ты только посмотри! — развел руками Павел Александрович. — Электрошок-то я твой не нашел. А тут вон оно как обернулось. Везет тебе, голубка моя! И на людей, и на зверей!

Потянулись дни. Осень заморосила мелкими нудными дождями. Труднее стало вставать по утрам, и на ночь окна в доме уже не оставляли открытыми.