Елена Басманова - Карта императрицы
- Название:Карта императрицы
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Нева
- Год:2002
- ISBN:5-224-02977-5
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Елена Басманова - Карта императрицы краткое содержание
Приключения вечно находят Муру в самых неожиданных местах. Вот и теперь, едва Мура Муромцева успела познакомиться с художником господином Закряжным, как ему прямо на глазах потрясенной девушки следователь Вирхов предъявил обвинение в зверском убийстве. После этого в Петербурге произошел ряд поджогов, причем покушались на здания, где висели картины работы Закряжного. Расследуя эти загадочные преступления, Мура спасает жизнь самой императрицы.
Карта императрицы - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
< * Я не понимаю... В чем дело? (aнгл.) >
– По-голландски чешет, ишь ты, – одобрительно хмыкнул, глянув на смешавшегося Багулина, усач. – И чего он топорщится? Ну да, мы люди простые, расейские, православные. А отказать в братском христианском поцелуе сегодня и собака не может...
Он резко дернул к себе оторопевшего мистера Стрейсноу и одарил его тремя звучными поцелуями.
– Неужели живой? Неужели настоящий? – забегал вновь вокруг англичанина Модест Багулин. – Хоть я особа и незначительная, а нельзя ли и мне похристосоваться с этим чудом?
– Христос Воскресе! – требовательно произнес Закряжный, тряхнув буйной шевелюрой. – Не отвечает... Как бы объяснить ему, что он должен отправиться ко мне? Непременно, сию же минуту. Если он не согласится, то я последую за ним, буду ходить по пятам, пока он не сообразит, чего от него хотят. Эх, жаль, голландского не знаю... Ты же, Модестушка, не выпускай его из виду, нам терять его нельзя...
Закряжный быстро повернулся и оказался лицом к лицу с двумя молоденькими девушками, сопровождаемыми серьезным господином лет тридцати.
– Милые барышни, Христос Воскресе, не откажите в любезности, не знаете ли голландского?
– Help me! Doctor Corovkin! – раздался из-за спины усача высокий голос англичанина. – Come here. Miss, I am very glad to see you!*
< * Помогите мне! Доктор Коровкин! Идите сюда. Мисс, рад вас видеть! (англ ) >
– В чем дело? – сурово спросил доктор Коровкин, обходя заступившего ему путь Закряжного, и, направляясь к зарубежному гостю, перешел на английский язык. – Мы потеряли вас, дорогой мистер Стрейсноу. Надеюсь, все обошлось. Кто эти люди?
– I don't know*. – К англичанину вернулось поколебленное было спокойствие, щеки его пришли в нормальное состояние.
< * Не знаю (англ) >
– Мистер Стрейсноу, – мелодично проворковала на хорошем английском Брунгильда, одаривая всех легкой улыбкой, обращенной к каждому и ни к кому конкретно, – теперь мы не сможем войти в храм, и вам не удастся досмотреть до конца пасхальную службу. А вы так мечтали об этом!
– Позвольте, позвольте, – рядом с англичанином вновь возникла массивная фигура в серой шинели, – простите, если мы вас напугали. Но, мадемуазель, вы так прекрасны, что вы меня поймете. Христос Воскресе!
Брунгильда сделала шаг назад – несмотря на угрызения совести, ей вовсе не хотелось христосоваться с неизвестным господином в серой шинели. Клим Кириллович взял ее под руку и встал между ней и настойчивым незнакомцем.
– У вас ничто не пропало? – участливо спросила Мура англичанина и, засмеявшись, повторила свой вопрос по-английски.
– Как вы, милая барышня, можете в такую минуту, в такой час, в такую ночь, задавать такие вопросы? – обиженно воскликнул, не дав англичанину ответить, Модест Багулин. – Мы не воры, не карманники. Мы серьезные люди. Таланты в своем роде. И ваш мистер Стрейсноу нас потряс. Правда, Роман?
– Позвольте объясниться, – голос господина Закряжного стал любезным и вкрадчивым, – нынче внешность только для прикрытия внутренности существует. Вы на мою шинель не смотрите! Это я в образе! Имею честь представиться – лучший художник двадцатого века – Роман Закряжный! Лучший портретист России! Вы не видели моих работ? – Выдающийся художник современности уставился на новых знакомцев в ожидании восторгов, но, не обнаружив на их лицах ничего, кроме некоторого любопытства, стремительно выдохнул. – О, жаль! Они выставлены в галереях Москвы и Рима, но в основном украшают частные коллекции! И члены императорской фамилии не гнушаются почтить меня своими заказами.
– Доктор Коровкин, Клим Кириллович, держу частную практику, – уже более миролюбиво ответил спутник профессорских дочерей, которому доводилось слышать имя эксцентричного художника от своих весьма уважаемых пациентов. – Вместе со мной Брунгильда Николаевна Муромцева, пианистка, и ее сестра Мария Николаевна, бестужевская курсистка.
– О, весьма польщен, – склонился Закряжный, – позвольте вашу ручку.
Он приложился своими смешными усами к перчаткам Брунгильды и Муры.
– Разрешите и мне представиться. – Перед доктором и барышнями возник, как будто из-под земли, вытянув руки по швам, малорослый толстячок. – Багулин, Модест Макарович, агент российского страхового товарищества «Саламандра». Поклонник всего возвышенного.
Мура приветливо улыбнулась толстяку, смешно шаркнувшему коротенькой ножкой в галоше, и перевела взгляд на Закряжного.
– Чего же вы желаете, господа, от мистера Стрейсноу?
Услышав свое имя, англичанин, вопросительно поглядел на Брунгильду. Она, порозовев, ободряюще кивнула своему английскому другу.
– Пустяки, ничего особенного, – оскалился Закряжный, и Мура вздрогнула от его жесткого черного взгляда, подчеркивающего ненатуральность широкой улыбки. – Мы пытались объяснить господину Стрейсноу, что хотим пригласить его в гости ко мне в мастерскую, но не смогли.
– Зачем же он нужен вам в мастерской? – удивился доктор Коровкин.
– Вы все поймете, дорогие господа, если будете так добры, что не откажете мне в маленькой просьбе – и в эту святую ночь, в пасхальную ночь, ночь всеобщей любви и прощения, соблаговолите вместе с господином Стрейсноу посетить мою скромную мансарду... Вы все поймете, вы не пожалеете! К тому же у меня уже и стол накрыт – разговляться пора... Не откажите страдальцу – по-христиански, по-православному, сжальтесь.
Казалось, Закряжный готов был упасть на колени перед доктором Коровкиным и его спутницами.
– А в чем состоит ваше страдание, господин страдалец? – лукаво спросила Мура, едва сдерживая смех, – очень забавно перевоплощался человек в задрипанной шинели.
– А в том, милая моя панночка, – умильно пропел модный портретист, – что мне нужна модель, настоящая модель! Помогите бедному таланту! Не губите!
Все невольно рассмеялись.
– Господин Закряжный! – раздался вдруг откуда-то сбоку звонкий девичий голосок.
Случайные собеседники дружно оглянулись, с гранитных ступенек храма они увидели чудом пробравшийся сквозь толпу экипаж.
– Прошу прощения, одну только минуту, – поспешно бросил Закряжный и бегом помчался вниз по пологим ступеням.
Добежав до экипажа, он начал что-то быстро говорить и размахивать руками, затем открыл дверцу и помог седокам сойти на землю. Потом заспешил обратно, часто оглядываясь на следовавших за ним: на пожилую пару и более всего на стройного молодого человека в форме чиновника Ведомства Императрицы Марии и на юную девушку, хрупкую, изящную, едва достающую ему до плеча.
– Господа, господа, – запыхавшийся художник остановился перед оставленным им обществом, – сегодня воистину чудесная ночь. Позвольте вам отрекомендовать – действительный тайный советник, господин Шебеко, Ермолай Егорович с супругой, Прасковьей Семеновной. И их внучка, Катенька, Екатерина Борисовна Багреева. Катенька – фрейлина Вдовствующей Императрицы Марии Федоровны. И, наконец – служащий Ведомства Учреждений Императрицы Марии Федоровны, Дмитрий Андреевич Формозов.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: