Сидни Шелдон - Мельницы богов

– Как он мог так поступить? – ужаснулась Мэри.

– Госпожа посол, – сухо сказал Майк Слейд, – здесь врагами являемся мы, а не они. Румыния заигрывает с нами, все мы друзья-приятели, улыбки, рукопожатия. Мы идем им навстречу, потому что хотим отдалить их от русских. Но когда речь идет о чем-то конкретном, не надо забывать, что они все еще коммунисты.

Мэри сделала пометку в блокноте.

– Хорошо, я подумаю, что можно сделать. – Она повернулась к Джерри Дэвису, представителю по связям с общественностью: – А какие у вас проблемы?

– У нас возникли трудности с ремонтом жилых помещений, в которых проживают наши сотрудники. Квартиры просто в ужасном состоянии.

– А что, самим нельзя починить?

– К сожалению, нет, румынское правительство должно дать на это согласие. В некоторых квартирах испорчено отопление, в других не работают туалеты.

– А вы сообщали об этом?

– Да, каждый день в течение последних трех месяцев.

– Так почему же…

– Это называется «изматывание», – объяснил Майк Слейд. – Война нервов, которую они ведут против нас.

Мэри снова пометила у себя в блокноте.

– Госпожа посол, – сказал Джек Ченселлор, – у меня тоже есть проблемы. Из вашей библиотеки постоянно исчезают книги…

Мэри почувствовала, как у нее начинается головная боль.

Весь день она провела выслушивая различные жалобы. Все чувствовали себя несчастными. А ей необходимо еще заняться чтением. Весь стол у нее был завален бумагами: переводы статей, которые появились днем раньше в румынских газетах и журналах. В статьях из газеты «Скынтейя» речь шла в основном о деятельности президента Ионеску. На каждой странице газеты было по меньшей мере четыре фотографии с изображением президента.

Другие статьи были из «Ромыния либера», еженедельников «Флакара рошие» и «Магазинул». И это только начало. Ей также необходимо было просмотреть папку с телеграммами и сводку новостей из Соединенных Штатов, полные тексты речей видных американских деятелей, толстый отчет о переговорах, о контроле над вооружением и сводку о состоянии американской экономики.

«Это и за год не перечитаешь, – подумала Мэри, – а мне надо просматривать такую кипу каждое утро».

Но больше всего Мэри беспокоили отношения с сотрудниками. Этим надо было заняться немедленно.

Она вызвала Хэрриет Крюгер, заведующую протокольным отделом.

– Вы давно работаете в посольстве? – спросила Мэри.

– Пять лет до того, как румыны порвали с нами отношения, и три месяца сейчас. – В ее голосе звучала едва заметная ирония.

– Вам здесь не нравится?

– Как поется в песне, «Ты только покажи мне дорогу домой».

– Можно с вами поговорить неофициально?

– Нет, госпожа посол.

Ах да, ее же предупреждали!

– Почему бы нам не пройти в «Аквариум»?

Когда Мэри и Хэрриет Крюгер сидели в «Аквариуме», за плотно закрытыми дверями, Мэри сказала:

– Мне сейчас пришла в голову одна мысль. Сегодня мы проводили совещание в конференц-зале. Может, там стояли подслушивающие устройства?

– Может быть, – беззаботно сказала Хэрриет. – Но это не имеет значения. Майк Слейд не позволил бы говорить о том, что еще не известно румынам.

Опять Майк Слейд.

– Что вы думаете о Майке Слейде?

– Лучше его никого нет.

Мэри решила не высказывать свое мнение.

– Я хотела поговорить с вами, потому что у меня сложилось впечатление, что моральный дух сотрудников не на высоте. Все жалуются. Все выглядят несчастными. Я хочу знать: это всегда так или причина во мне?

Некоторое время Хэрриет Крюгер изучающе смотрела на нее.

– Хотите, чтобы я ответила честно?

– Пожалуйста.

– И то и другое. Мы, американцы, сидим здесь как в скороварке. Стоит нарушить правила игры, и начнутся большие неприятности. Мы не можем поддерживать дружеских отношений с румынами, так как потом выяснится, что они агенты секуритате. Приходится общаться только с американцами. А так как нас тут мало, все это быстро приедается. – Она пожала плечами. – Зарплата маленькая, еда отвратительная, погода мерзкая. – Она посмотрела на Мэри: – Но здесь вашей вины нет, госпожа посол. У вас две проблемы. Первая – это то, что вы политический назначенец, которого поставили во главе посольства, где работают профессиональные дипломаты. – Она замолчала. – Я не слишком разоткровенничалась?

– Нет. Продолжайте, пожалуйста.

– Большинство сотрудников настроились против вас еще до того, как вы приехали. Им хочется, чтобы все шло по-старому, а политическим выдвиженцам нравится все менять. Для них вы любитель, который объясняет профессионалам, как правильно работать. Вторая проблема заключается в том, что вы женщина. Румынам на своем флаге стоило изобразить шовинистическую свинью. Уж если американцам не нравится получать приказы от женщины, то румынам и подавно.

– Понятно.

– Однако у вас великолепный пресс-агент, – улыбнулась Хэрриет Крюгер. – За всю свою жизнь не видела, чтобы кому-то уделяли столько внимания, как вам. Как это у вас получается?

Мэри не знала, что ей ответить.

Хэрриет Крюгер посмотрела на часы.

– Ого! Так вы опоздаете. Флориан уже ждет, чтобы отвезти вас домой. Вам надо переодеться.

– Переодеться? Зачем? – спросила Мэри.

– Вы что, не видели распорядок дня, который я положила вам на стол?

– Боюсь, что у меня не было времени. Только не говорите, что мне придется ехать на какой-нибудь прием.

– Прием? Сегодня вы должны быть на трех приемах. На этой неделе вы обязаны присутствовать на двадцати одном приеме.

– Это невозможно. У меня столько…

– Ничего не поделаешь. В Бухаресте семьдесят пять посольств, и каждый вечер в одном из них проводится прием.

– А я могу сказать «нет»?

– Это значит, что Соединенные Штаты скажут «нет». Вы оскорбите их отказом.

Мэри вздохнула:

– Поеду переодеваться.

Прием в тот день проводился в правительственном дворце. Он был в честь прибывшего в Румынию высокопоставленного лица из ГДР.

Как только Мэри вошла в зал, к ней тут же подошел президент Ионеску. Он поцеловал ей руку.

– Я ждал, когда мы встретимся снова.

– Спасибо, ваше превосходительство. Я тоже.

У нее было такое чувство, что он пьян. Она вспомнила, что было записано в его досье: «Женат. Сын четырнадцати лет и три дочери. Любитель женщин. Много пьет. Тонкий наблюдатель. Умеет очаровать, когда ему это нужно. Щедр по отношению к друзьям. Беспощаден к врагам».

«Этого человека следует опасаться», – подумала Мэри.

Взяв Мэри за руку, Ионеску провел ее в угол зала.

– Вот увидите, как вам понравятся румыны. – Он сжал ей руку. – Мы очень страстные люди. – Он ждал от нее ответа, но, не услышав ничего, продолжил: – Мы потомки древних даков и их завоевателей – римлян. Столетиями о нас вытирала ноги вся Европа. Наши границы постоянно менялись. Гунны, готы, авары, славяне и монголы использовали нас как подстилку, но мы выжили. И знаете почему? – Он наклонился к ней, и Мэри почувствовала, как от него пахнет спиртным. – У нас были сильные правители. Мой народ мне доверяет, и я управляю им.