Ирина Зарубина - Госпожа следователь

— У сынишки моего день рождения через неделю, — решив, что из Клавдии получится неплохой собеседник, сосед делился с ней своими житейскими проблемами. — Игровую приставку попросил… «Всем моим друзьям, — говорит, — родители уже купили» А она чуть ли не миллион стоит, приставка эта!..

«На вокзале обязательно должно быть отделение милиции. Но где? Пока буду искать, голубчики успеют ускользнуть…»

— Ну я и говорю ему: «Сынок, совесть-то имей!» А он в слезы. Подавай ему приставку, и все тут!

«А если объяснить этому увальню всю ситуацию? Так и так, помощь нужна, физическая сила. Ручищи-то у него вон какие, как у борца-тяжеловеса!.. Нет, опасно… А вдруг у Хорька нож?..»

— А вы сами где живете? — поинтересовался здоровяк. — В Москве или в Рязани?

— В Ряз… тьфу, в Москве!

— А чего в Рязань на ночь глядя?

— К друзьям…

— Правильно, что на «Березку» сели, — одобрительно кивнул попутчик. — Спокойнее как-то. Я вот давеча на последнюю электричку заскочил. Это, доложу я вам, не самые приятные воспоминания. Едешь, никого в вагоне нет, в башку всякие страхи лезут… У меня же барахло, черт бы его побрал. Бандюги какие-нибудь отберут — пикнуть не успеешь. И еще спасибо скажешь, что не укокошили.

«Да уж, с таким в разведку не пойдешь…»

— Слушайте, — Клавдия остановила бегущую по коридору проводницу и зашептала ей на ухо: — Мне бы радиограмму отправить в милицию… Где у вас бригадир?

— Так у нас теперь и милиция своя есть, — громогласно ответила проводница. — В третьем вагоне…

Опять вступил в свою силу закон подлости — дверь милицейского купе оказалась запертой. Клавдия постучала, выбив костяшками пальцев замысловатую дробь. В ответ тишина. Она постучала еще раз, более требовательно.

— Громче надо, — подсказал ей высунувшийся из своего логова проводник. — Громче и настойчивей.

— Там кто-нибудь есть?

— Есть, есть. Вы только погромче, иначе не услышат.

Дежкина полностью выполнила указание проводника, хорошенько бабахнув в дверь ногой. И ответная реакция последовала незамедлительно.

— Кто-то у меня щас нарвется!.. — послышался из глубины купе угрожающий рык. — Я кому-то щас так постучу, башка, на хер, лопнет!..

Хрустнул отпираемый замок, дверь стремительно улетела в стену, и на пороге выросла пошатывающаяся мужская фигура в расхристанной рубашке, тренировочных штанах и пляжных тапочках на босу ногу. То, что это был именно страж порядка, можно было определить лишь по залихватски съехавшей на ухо милицейской фуражке.

Парень уже занес над головой кулак, но, увидев перед собой беззащитную женщину, удивленно хлопнул влажными глазами и заплетающимся языком спросил:

— Чего тебе надо, тетя?

— Я хотела… Я… — Дежкина даже не знала, что говорить. И как это ребяткам удалось так быстро наклюкаться? Или они еще в Москве были тепленькие? Куда же смотрит начальство?

— Ну?.. — угрюмо уставился на нее милиционер. — Долго глазки будем строить, мадам?

— Гони ее в шею! — настоятельно потребовал второй блюститель порядка, сидевший в глубине купе у столика. По своему внешнему облику и степени опьянения он мало чем отличался от коллеги. — Ходют тут всякие шлендры; мать их за ногу! — И он залпом опрокинул в себя прозрачное содержимое граненого стакана.

— Давайте, фрау… — первый милиционер нежно отстранил от себя Дежкину. — Хиляйте отседова, не мешайте работать…

— Мне нужно с вами поговорить! — без особой надежды на взаимопонимание, выдохнула Клавдия Васильевна. — Это очень серьезно!

— «Поговори со мно-ою, ма-а-ма! — проникновенно всхлипнув, фальшиво затянул сидевший у окна. — О чем-нибудь поговори-и!..»

— Очнитесь, ребятки! — Дежкина уже готова была сорваться. — Придите в себя! Мне нужна ваша помощь!

— Вы оч-чень мешаете, мадемуазель, — первый протяжно рыгнул, мгновенно распространив вокруг себя чесночное зловоние. — Не стыдно?..

— «Постой, машини-ист! Не стучи-ите, колеса! — обхватив голову руками и опершись локтями на столик, завыл второй. — Кондуктор, нажми на тормоза-а-а! Меня засосала…»

— Назовите ваши фамилии!.. — Клавдия полезла в сумочку за удостоверением. — Вы за это ответите, мерзавцы!..

— Прошу прощения, синьорита, но прием окончен… — и дверь с грохотом задвинулась перед самым носом Клавдии Васильевны.

На повторные стуки обитатели купе не реагировали, словно тут же уснули молодецким богатырским сном на тридцать три года.

Сказать, что поведение милицейского наряда шокировало, ошеломило ее, — значит не сказать ничего.

«Бывает же такое… — заторможенно размышляла она. — Руку на отсечение даю — окажись на моем месте Чубаристов, все у него сложилось бы по-другому… Интересно, существуют ли на свете люди более невезучие, чем я?»

Нельзя допустить, чтобы Харитонов и Журавлева спокойно сошли с поезда. Пока Клавдия разыщет отделение милиции, пока ее выслушают, поймут суть происходящего, будет уже поздно. С провинциальной-то расторопностью…

Хорошо, если с вокзала они отправятся домой к Ирине, там их можно легко накрыть. А если нет?.. Если Рязань — это всего лишь перевалочный пункт по дороге в тот же Верхневолжск?

Оставался один, но совершенно невозможный выход…

Не успела Клавдия Васильевна открыть тамбурную дверь своего вагона, как увидела перед собой возмущенную физиономию Харитонова. И колючие мурашки побежали по ее спине, в животе опять похолодело, а в мозгу пронзительно завыла сирена: «Бежать!» Но ноги не слушались Дежкину, будто приросли к полу. На счастье, Харитонов и молоденькая проводница не обратили особого внимания на ее появление. Они разбирались меж собой.

— Титан не работает! — противным голоском дребезжала проводница. — Где я тебе кипяток возьму? Угля нет, топить нечем! Могу предложить «Столичную» или бренди, недорого.

— Я пить хочу, понимаете? Пить! Я воблу съел!

— Я вас не заставляла ее есть. — Девица, выпятив округлую попку, водила веником по скомканной ковровой дорожке. — Наедятся всякой гадости, потом права качают…

— Ч-черт знает что такое… — хмуро проворчал Денис и хотел уже было вернуться в купе, но Клавдия нашла в себе силы окликнуть его:

— Денис?..

Харитонов вздрогнул, замер на мгновение, после чего медленно обернулся.

— Да… А мы знакомы? — неуверенно спросил он.

— Автомобильная свалка! — радостно сказала Дежкина. — Вы же хозяин! Ну, вспомнили? Мы с мужем и сыном приезжали…

«Только не переиграть, только не переиграть… Парень сейчас на взводе…»

— А, трамблер для «Москвича»? — настороженно спросил Хорек.

«Я сошла с ума. Он все знает. Он переговорил с крепышом, он помнит про вишневую «девятку». Он сейчас побежит…»

— Здравствуйте, — сказал Денис.