Дин Кунц - Темные реки сердца

– Да, в некотором роде. Я поместил в эти компьютеры некие маленькие программы. Засунул их очень глубоко и аккуратно. Каждый раз, когда кто-то полезет в мои файлы без особого пароля, который я вложил в эти программы, система добавит небольшую звездочку в конце последнего предложения в файле. Я собирался проверять их раз или два в неделю, и, увидев такие звездочки, я бы понял, что кто-то интересуется мной… Ну и, стало быть, пришло время уезжать из дома в Малибу и двигаться как можно дальше оттуда.

– Куда двигаться?

– Куда угодно. Просто двигаться не останавливаясь.

– Но это сумасшествие, – заметила Элли.

– Да, наверное, это паранойя. – Она тихо засмеялась, Спенсер присоединился к ней. Потом сказал: – К тому времени, когда я оставил работу в полиции, я уже понимал, судя по тому, как менялся мир, что за каждым из нас будет кто-то следить. И это произойдет достаточно быстро. И поэтому большинству захочется, чтобы их было сложно найти.

Элли посмотрела на часы:

– Может, нам стоит сориентироваться по карте?

– У них в кабине есть карты.

Элли смотрела, как Спенсер шел в кабину пилота. У него были опущены плечи, он выглядел усталым. Казалось, что ему трудно ходить после всех дней, проведенных без движения.

Неожиданно Элли с ужасом подумала, что Спенсер Грант не сумеет преодолеть все, что им предстоит, что он каким-то образом может весьма скоро погибнуть. Это не было предчувствием, но ей стало тревожно.

Ей стало просто плохо от одной мысли, что она может его потерять. Элли поняла, что он гораздо дороже ей, чем она признавалась себе.

Вернувшись с картой, Спенсер спросил:

– Что случилось?

– Ничего. Почему вы спрашиваете?

– У вас такой вид, как будто вы встретились с привидением.

– Просто устала, – солгала она ему. – И еще я хочу есть.

– Это можно устроить.

Он сел в кресло напротив Элли и вынул из карманов своей подбитой мехом куртки четыре шоколадных батончика.

– Откуда они у вас?

– У парней есть целая упаковка, и они поделились с нами. Кстати, они неплохие ребята.

– Ну да, особенно под дулом пистолета.

– Именно тогда, – согласился с ней Спенсер.

Рокки сел и поднял свое здоровое ухо, уловив аромат батончика.

– Это нам, – твердо заявил Спенсер. – Когда мы приземлимся, то где-нибудь купим тебе настоящую еду, что-нибудь более полезное, чем сласти. – Пес облизнулся. – Послушай, парень, – сказал Спенсер, – я не останавливался в супермаркете и не хватал дармовую «Пурину». Это ты ее там лопал. Мне необходимо съесть этот батончик, или я просто упаду от голода. Теперь ты ляжешь и перестанешь выпрашивать у нас сласти. Ясно?

Рокки зевнул, равнодушно огляделся вокруг и снова растянулся на полу.

– Вы так хорошо понимаете друг друга, – сказала Элли.

– Угу, мы два сиамских близнеца, нас просто разделили после рождения. Конечно, трудно поверить – ему пришлось подвергнуться множеству пластических операций.

Элли не могла отвести глаз от его лица. Она видела на нем не только усталость. На нем лежала печать смерти.

Спенсер опять поинтересовался, в чем дело. Он не только читал ее мысли, но и ощущал ее эмоции. Ей было труднее что-то скрывать от него.

– Спасибо за батончик.

– Если бы я мог поменять его на хороший кусок бифштекса!

Грант развернул карту. Они расстелили ее между креслами и начали изучать район Гранд-Джанкшена в штате Колорадо.

Элли пару раз украдкой смотрела на него, и каждый раз ее сердце начинало сильнее биться от страха. Она видела очертания черепа у него под кожей. Это было напоминание о могиле, которое обычно хорошо скрыто под маской жизни.

Она чувствовала себя глупой и суеверной, как слабый ребенок. Видимо, существовало и другое объяснение приметам, предсказаниям и видениям возможной трагедии. Наверное, после того Дня благодарения, когда у нее отняли Дэнни и родителей, страх станет мучить ее каждый раз, когда кто-то перестанет просто нравиться ей и она поймет, что любит его.

Рой приземлился в международном аэропорту Стэплтон в Денвере после двадцати пяти минут полета. Местный офис агентства предоставил ему для работы двух агентов. Рой попросил об этом во время полета по «чистому» телефону. Оба агента – Берт Ринк и Оливер Фордайс – ждали его на парковке. Им было лет по тридцать. Оба высокие, в черных пальто, темно-синих костюмах. Темные галстуки, белые рубашки и черные ботинки на резиновой подошве. Все именно так, как просил Рой.

Ринк и Фордайс привезли новую одежду для Роя. Она была точной копией их собственной. Рой побрился и привел себя в порядок во время полета, и ему осталось лишь надеть свежее белье и костюм, прежде чем пересесть из самолета в черный «крайслер» – длинный-длинный лимузин, который ожидал его у трапа.

День был жутко холодным. Казалось, что замерзали даже кости. Небо было чище арктического моря и глубже, чем само время. Сосульки свисали с крыш служебных зданий. Снежные сугробы обозначали границу взлетной полосы. Стэплтон находился в северо-восточной части города. А с доктором Сабриной Пальма они должны были встретиться в юго-восточном районе. Рой мог бы настоять на полицейском сопровождении под тем или иным предлогом, но ему не хотелось привлекать к себе излишнее внимание.

– Время встречи половина пятого, – сказал Фордайс, когда они с Ринком уселись на заднее сиденье лимузина, глядя в затылок Рою, сидевшему впереди. – Мы спокойно прибудем туда вовремя.

Водителю приказали ехать быстро. Они так рванули от трапа самолета, как будто у них действительно было полицейское сопровождение.

Ринк передал белый конверт Рою:

– Здесь все документы, которые вы затребовали.

– У вас с собой ваши удостоверения секретной службы? – спросил их Рой.

Из внутренних карманов Ринк и Фордайс вытащили бумажники и быстро показали голографические удостоверения с фотографиями и подлинные значки секретной службы. Ринк назывался Сидни Юджин Таркентон, а Фордайс стал Лоуренсом Альбертом Олмейером.

Рой достал свой бумажник. Его удостоверение лежало среди документов в белом конверте. Он сегодня был Дж. Роберт Соттер.

– Мы не должны забывать эти имена и будем называть друг друга только так, как указано в удостоверениях, – сказал Рой. – Я уверен, что вам не придется много говорить, а может, вообще будет лучше помолчать. Говорить стану я. Вы мне нужны, чтобы все выглядело совершенно правдиво. Вы войдете в офис доктора Пальма вслед за мной и встанете справа и слева от двери. Ноги раздвинуть примерно на полметра. Руки опустить вниз перед собою. Одна рука сжимает другую. Когда я вас представлю, вы кивнете и скажете: «Доктор» или «Приятно познакомиться». Не забывайте кивнуть. Все должно быть очень серьезно и без всякого выражения, как гвардейцы у Букингемского дворца. Смотреть вперед. Не суетиться. Если вам предложат сесть, вы вежливо ответите: «Благодарю вас, доктор, нет». Я понимаю, что все это выглядит весьма глупо, но именно так люди представляют себе секретную службу. Они судят по героям кинофильмов, поэтому, если она увидит в вас обыкновенных людей, это ей покажется странным и фальшивым. Вы все поняли, Сидни?